Рыцари умеют плавать. Но не далеко, не глубоко — по меркам Пространства. Вот кабы так до самого до Марса…
Они приблизились к шатру. Лепестки диафрагмы разошлись, впуская их внутрь, и тут же сомкнулись. Добротная трёхмерная техника, никакой магии.
— Добро пожаловать, обитатели Земли, — приветствовал их небес. Старый знакомый, Привратник (с большой буквы, у Небесов этот титул был чем-то вроде барона) Обри, встречавший ещё «Королёв». Как и большинство обитателей поселений, был он тучен чрезвычайно. Ничего удивительного, во-первых, гравитация крохотная, а во-вторых, эволюция. Слои жира прикрывали жизненно важные органы от космических частиц.
— Рад вновь видеть вас, достопочтенный Обри, — раскланялся Фомин. Кланяться в невесомости — та ещё работа.
Он представил друг другу паладина и небеса.
Паладин держался с достоинством, но без спеси, Привратник — дружелюбно, но угадывалась за дружелюбностью углеродная воля. Небесы считали себя единственными полноправными обитателями Пространства и делить его с землянами вряд ли хотели. Вам — твердь, нам — небо. Пространство гранично.
— Вижу, у всех нас добрые намерения, — начал переговоры Привратник, оглядываясь.
Действительно добрые — каждый пришёл вооружённым.
Здесь вам не равнина, здесь кодекс иной — потенциальные или действительные враги встречаются безоружными, дабы не покрошить супротивника в припадке искренности. А друзьям чего опасаться? Друг в спину не ударит, а ударит — то подарит смерть мгновенную. Потому друзья встречаются во всеоружии — так принято у Небесов.
Другая причина — на кулачки Небесы не горазды. По сравнению с землянами мускулатура у Небесов слабовата, сколько поколений не ходят — парят. И живут в своих поселениях вежливо, на мозоли друг другу не наступают, ссоры решают путём цивилизованным — суд старейшин, чей авторитет непререкаем. А если кто-то недоволен, то может идти из поселения вон. Без скафандра и, уж конечно, без катера.
Подождав достаточное время, Привратник Обри решил начать переговоры способом самым простым.
— Итак, Навь-Город вышел в Пространство, — сказал он очевидное. — Означает ли это, что Навь-Город желает подать прошение о вступлении в Союз Небесов?
Хороший вопрос. Новичок в Союзе Небесов должен века и века быть у Золотой Рыбки на посылках, выполнять самую чёрную работу: высаживаться на твердь, земную ли, марсианскую или меркурианскую; доставлять Союзу трансурановые и прочие элементы по потребности; патрулировать пространство за Внешним Периметром; чистить сапоги, подавать кофе в постель…
— Нет. Навь-Город, придерживаясь принципов Пакта Трёх, не претендует на поселения в Пространстве, но требует Свободного прохода.
— Свободного прохода? Но разве владения Навь-Города лежат за пределами Земли?
— Не столько Навь-Города, о достопочтенный Привратник, сколько его братьев по Принципу. Мы желаем иметь возможность посещать наших братьев на Луне.
— На Луне… — протянул достопочтенный Обри. Похоже, он впервые слышал о братьях Навь-Города. Ничего удивительного, Фомина тоже новость застала врасплох. Век живи, век удивляйся.
— Да. На Луне, — не моргнув глазом, подтвердил паладин Ортенборг. — Навь-Город готов компенсировать предполагаемый ущерб Союза Небесов в разумном и справедливом порядке.
Фомин слушал внимательно. «Здесь и сейчас» — вот принцип переговоров. И паладин Ортенборг, и Привратник Обри обладали всеми полномочиями. Никаких оттяжек, никаких консультаций с Императором, учредительным собранием и палатой общин. Каждый представляет свою сторону, и написанное пером можно будет вырубить только топором, топором войны, запятнав в случае поражения себя в глазах потомков клеймом неудачников.
— Союз Небесов готов предоставить Навь-Городу коридор Земля — Луна, — после непродолжительного раздумья сказал Привратник. — Десять караванов за цикл за обычную плату.
Обычной платой, согласно вековой традиции, считалась унция иридия за масс-тонну дедвейта. Специальным соглашением Крепость Кор была освобождена от платы, а более, насколько было известно Фомину, никто в Пространство и не выходит. Цикл же — синоним зимы, которая у Небесов — математическая абстракция.
— Навь-Город согласен, — после соразмерной паузы произнёс с сокрушённым видом паладин. Сокрушённый вид — тоже для протокола — показывает, что плата находится на грани приемлемости. Всем хорошо — Небесы видят, что не продешевили, а навьгородцы — что не переплатили.
— Кто будет вашим гарантом? — задал следующий вопрос Привратник.
Паладин посмотрел на Фомина.
Без гаранта никак нельзя, хоть озолоти, хоть обириди.
— Крепость Кор согласна выступить гарантом Навь-Города, — сказал он фразу, ради которой, собственно, и прибыл сюда.
Привратник удовлетворённо кивнул.
— Союз Небесов разрешает проход караванам Навь-Города по коридору Земля — Луна, — объявил он. — О каждом караване представители Навь-Города должны уведомить Союз Небесов за четыре ночи. В составе каждого каравана должен присутствовать гарант, представитель Крепости Кор.
Тут же, не откладывая, написали соответствующие пергаменты, по одному каждая из сторон. Фомин старался изо всех сил, всё-таки исторический документ. Каллиграф из него всё равно посредственный, хотя в юности чертежей от руки начертил изрядно.
Наконец Фомин спрятал вечный карандаш в золотой футляр. Вышло даже прилично, можно считать — художественный курсив.
Обменялись подписями, уложили пергаменты в цисты.
Небесы получат изрядное количество иридия, навьгородцы — Луну в небе, а Крепость Кор упрочит дипломатический престиж. Никаких проволочек, бюрократической возни, канцелярщины. Встретились три рыцаря, ударили по рукам, и дело решено. Потом, по мере развития культуры международных отношений до уровня Межпотопья, договоры будут готовиться долго, ещё дольше обсуждаться, с бесконечными оттяжками ратифицироваться — а нарушаться мгновенно.
— За сим, доблестные рыцари, позвольте откланяться, — нарушил идиллию Привратник Обри. Никакой амброзии, дружеских тостов и задушевных песен у костра. Небо есть небо, земля есть земля, и вместе им не сойтись.
Небесы готовы вежливо терпеть навьгородцев, не более того.
Ну и ладно.
Видно, то же подумал и паладин Ортенборг. Он салютовал Привратнику рукой, сделал чёткий разворот на месте и, не говоря лишнего, отправился восвояси.
Фомин, как телёнок на привязи, поплыл за паладином. Желай Привратник переговорить с глазу на глаз, как-нибудь бы устроил рандеву. Значит, нет нужды. Орёл парит в вышине и спускается вниз тогда, когда сам пожелает. Кролики и тушканчики вольны думать, что являются друзьями орла, что орёл спешит к ним с небес поделиться новостями…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
