Читаем без скачивания Эпоха мертвых. Москва - Андрей Круз

– Какая машина?

– Я не разбираюсь в них. Высокая, с маленькой башней, четырехколесная.

Я быстро набросал в блокноте силуэт «бардака», показал Михаилу.

– Похоже?

– Да очень похожа.

Понятно, значит у них еще и КПВТ с ПКТ в обороне блока имеются.

– А с дисциплиной у них как?

– Мне сложно судить, но пьяных я там не видел, кажется. Хотя наблюдал долго.

Ну да, для сугубо гражданского человека, если бойцы пьяными в грязи не валяются, то дисциплина на уровне. Хотя, наблюдение за подступами там явно не на высоте, раз гражданский их разведать сумел. А вот такой у нас еще вопросик:

– Они про этот лагерь знают, как думаете?

– Не должны. – покачал он головой. – Он ведомственный был раньше, даже дорога к нему только одна, с севера. А им, чтобы к нему доехать, надо сначала проехать мимо, в сторону Нижнего, а потом вернуться.

Это верно. По карте такая загогулина и получается. Если не знают, то это было бы неплохо. Тогда можно будет завтра… Много что можно будет, а здесь базу устроим. Если Варламов без оружия здесь прожил две недели, с детьми, то мы с нашим арсеналом вполне можем обстроиться. И жить как пионеры в лагере.

– Бензин мы вам нальем, у нас есть запас. – сказал я бывшему главврачу. – До Нижнего вам хватит с большим запасом, тут меньше ста километров. До Бора, если. Вы там город хорошо знаете?

– Неплохо.

– Борскую первую городскую больницу знаете?

– Да, разумеется.

– Там два корпуса, современный и старый. Так?

– Три, если честно, но современный один, вдоль реки построен. – уточнил Варламов.

– Он вам и нужен. К нему проехать не проблема, главное – нигде не останавливайтесь. И пожаров избегайте, их немало теперь. Мертвяков на улицах мало, они прятаться стали. Но если остановитесь отлить, например, ничего не гарантирую. Объедете корпус со стороны реки и увидите настоящий форт, с железными воротами, три здания соединены стеной, все в колючей проволоке. На крыше пулеметы и все такое. Подъезжайте к воротам, вас пропустят.

– В этих корпусах мастерские какие-то были. – наморщил он лоб. – Маленькое производство, что-то для лодок.

– Возможно. – кивнул я. – Там теперь принимают беженцев и переправляют паромом на противоположную сторону. А там, на той стороне, уже все нормально, жизнь кипит, врачи нужны. Вы оружием владеете?

– Очень немного.

– Я могу вам дать автомат, но сумеете ли воспользоваться?

– Сумею. А придется?

– Мы доехали досюда без проблем, но что будет завтра…

– Дайте, если не жалко. Я немного стрелял из него, у меня приятель служил в инженерном полку в капитанах, водил пару раз на стрельбище. Может быть и попаду во что-нибудь.

– Посидите.

Я встал, забрался в кузов грузовика, нашел один «семьдесят четвертый», четыре магазина к нему и отсчитал сто двадцать патронов, которые ссыпал в полиэтиленовый пакет. Вернулся со всем этим хозяйством к костру, протянул Варламову.

– Детям только баловаться не давайте.

– Уж постараюсь.

Я посмотрел на него внимательно, затем спросил:

– Только честно скажите – вам краткий ликбез по обращению с автоматом нужен?

– Если вас не затруднит. – кивнул тот.

Сергей Крамцов, партизанский командир.

2 мая, среда, утро.

Варламов с детьми попрощался с нами рано утром, и уехал в сторону областного центра. Мы залили ему бензина, сунули пакет с бутербродами, и еще он увозил с собой автомат из наших обменных запасов. Не думаю, что с его помощью и с его способностями он способен от кого-то отбиться, но ствол придал ему уверенности, а в нынешнее время даже возможность застрелиться можно считать высшим благом. Или застрелить кого-то из близких. Почему? Да потому что, сами подумайте.

А я решил проверить, что за бандитский блокпост такой здесь завелся. И если получится, то взять «языка». А потом с ним нежно пообщаться, доставив вот в этот самый лагерь. И узнать от него все расклады по этой части области, кто здесь правит, кем и откуда. По карте выходило, что подъехать относительно недалеко к их блоку можно по старой просеке. «Десятка» Варламова там бы не прошла, а мы вполне можем просочиться. Там есть ручей, скорее даже небольшая речушка, которая отделяет дорогу от этой просеки, и еще, если все той же карте верить – под километр леса. Нормально.

Грузовик оставили в лагере, с ним – Шмеля с сестрами. На охране и обороне, так сказать, вверенного объекта. Пускай и от них будет польза. Стрелять научились, вот пусть и стреляют во всех, кто приблизится.

Поехали на двух «уазиках» прежним составом. Шлемы и броники сняли, покрасили морды, натянули «леших». Просека оказалась достаточно проходимой, всерьез зарасти не успела, хоть и было заметно, что ей очень давно не пользовались. Несколько раз сверялся с GPS, пересчитывал все это по карте, пока не решил, что мы на самом удобном месте.

Машины загнали в кустарник, замаскировали лапником, и неподалеку от них обустроили засаду Вика с Танькой. Так оно надежней, если надо имущество охранять. Будешь торчать у своей техники как часовой, тебя и хлопнут. Поэтому охранять надо всегда из засады, издалека, с выгодной позиции. Тогда твоя техника для потенциального противника как приманка будет, он сам тебе под выстрел выйдет.

Мы вчетвером двинулись по азимуту в сторону блока. Пройдя метров восемьсот по лесу, вышли к мелкой, шумной и быстрой речке. Скорее даже ручью, с журчанием несшемуся по мелкому руслу. Расположились в кустах на своем берегу. Несколько деталей сразу бросилось в глаза. К воде натоптана тропа, причем свежая. Значит, сюда часто ходят. В кустах левее часто гадят, все завалено смятой бумагой. Выводы? Люди рядом, и при этом совсем не заботящиеся о маскировке.

Наблюдали около часа, в конце-концов увидели, как со стороны дороги появился персонаж с АКМ в руках, голый по пояс, в камуфляжных штанах и в ярких красно-белых кроссовках. Тощий торс покрыт татуировками, через плечо наискось наброшен ремень, на нем подсумок старого образца с магазинами. Стрижка – как подобает, еле отросший ежик. Зашел в кусты, присел в «позе коршуна» лицом в нашу сторону, через минуту встал, подтерся, удалился. Первая заповедь разведчика какая? Лови врага на пути к сортиру. Или в сортире. Сортир мы обнаружили, и это плюс. А зеки возле своего места гадить не будут, не то воспитание, отходят подальше. Значит, можно взять тихо.

Но вот на их опорный пункт тоже неплохо бы глянуть. Оставив Леху с Сергеичем на позиции в кустах, в неизменных уже ролях снайпера и пулеметчика, мы с Василием двинули вниз по течению, выбирая укромное место для переправы. Такое удалось найти метров через четыреста. Ручей с двух сторон зажимали заросшие кустами изгибы его русла, выполнявшие роль театральных кулис. Страхуя друг друга мы перебрались на противоположную сторону, начерпав воды в ботинки. Я с тоской вспомнил об имеющихся у нас чулках от ОЗК. Знал ведь, что реку переходить придется.

Выждав минут пять, мы переместились ближе к дороге, и вдоль нее пошли в обратном направлении, не выходя из зарослей. Шоссе местного значения было двухрядным и извилистым, лес подступал к нему вплотную, кюветы заросли кустами, поэтому нам удалось занять удобную позицию метрах в ста от почти похожего на настоящий блокпоста. Половину проезжей части перекрывали набросанные тут и там обрезки бетонных блоков. Любой, кто хотел бы здесь проехать, вынужден был бы медленно их объезжать, под прицелом находящихся в самом блокпосту. Это правильно, это они где-то видели.

Стена из таких же обрезков бетонных свай огородила участок стоянки справа от дороги, образовав не слишком умно спланированное, но крепкое укрепление. Планировали его явно без знания военной специфики, по принципу «слышал звон, да не знаю где он». Сектора огня были организованы плохо, в случае обстрела была высока вероятность рикошетов внутри укрепления, случись пуле залететь туда. Да и подойти скрытно с тыла метров на двадцать особого труда не представляло – полосу отчуждения здесь никто вырубить не догадался, даром что контингент с лесоповала. Ну и самое важное – стенка была невысокой, головы находящихся в блоке торчали вверх, как мишени в тире. Чтобы укрыться, они должны были приседать.

Рядом с блоком стояли два вагончика, бывшие когда-то придорожным магазинчиком и шашлычной. Возле шашлычной даже стоял летний навес, который с прошлого лета никто в порядок не приводил, и выглядел он покосившимся и не слишком надежно стоящим. Под ним расположились два грубо сколоченных стола и скамейки возле них. Вагончики в прошлом были строительными бытовками, которые предприимчивые шашлычники переделали в предприятие общепита. Судя по всему, именно в этих вагончиках теперь и проживали обитатели блока, род занятий которых ни на первый, ни на второй взгляд сомнений не вызывал, хоть от лагерной одежды на большинстве из них не осталось ничего. В основном они были одеты в камуфляж с военных складов и в то, что удалось награбить.