И тут, перекрывая образовавшуюся брешь, на улицу выбежали люди с копьями. Словно муравьи, они выскакивали отовсюду. Лошади, и без того уже охваченные ужасом от предсмертного ржания сородичей, увидели теперь перед собою плотно сомкнутые ряды людей: выкрикивая боевые кличи, потрясая копьями, они бежали прямо на всадников. Копья вонзались в плоть несчастных животных, те издавали ужасные, отчаянные вопли и падали, падали… А затем вечерний воздух как будто затрещал — это лучники обрушили на врагов ливень стрел, окончательно повергая в ад терзаемую болью жуткую массу, только что бывшую конницей Имперского Ордена.
Никки неспроста сомневалась, будет ли противник атаковать столицу с использованием конницы, если не раздразнить его специально. Боевые лошади не были приучены к сражениям в условиях города, не могли быстро ориентироваться среди стен и переулков, и кавалеристы теряли здесь все свои преимущества. А защитники Алтур-Ранга умело воспользовались своими. Они прятались повсюду, наносили удары из-за угла, сокрушая стройные боевые порядки имперских войск. Кавалерия обычно предназначалась для того, чтобы смять сопротивление войск, пытающихся постановить их на подступах к городу, в поле — а затем следить, чтобы никто не мог покинуть осажденный город. Если бы имперские командиры знали, что их ждет, они никогда не позволили бы себе такой сумасшедшей атаки. И Никки прекрасно об этом знала, когда предприняла свою отважную экспедицию в сердце осиного гнезда.
Лавина кавалерийской атаки захлебнулась, не успев продвинуться вглубь города, и противнику это уже стало очевидно. Смерть разила быстро и жестоко. Зрелище огромной массы поверженных лошадей и всадников казалось нереальным, невероятным. Запах крови витал над улицами.
Увидев небольшую группу солдат, скачущих по переулку в надежде ускользнуть из западни, Никки дотронулась до своего Хань и послала поток силы, ломая кости лошади, которая неслась первой. Задние налетели на передних, ломая ноги и разрывая сухожилия. Лишь нескольким оставшимся без всадников лошадям удалось перескочить эту свалку из окровавленных тел. А люди с копьями уже бежали добить тех, кто еще дышал.
Никки обогнула угол здания, чтобы добраться до главной ловушки и не дать ускользнуть ни единому всаднику Имперского Ордена. Доскакав до последнего здания, она с удовлетворением увидела, как некогда стройные ряды всадников увязают в ощетинившейся пиками и копьями массе защитников города. Никки привстала на стременах и послала в гущу схватки огненный шар. Тот слегка опалил волосы обороняющихся и угодил в самую гущу вражеской конницы, разбрызгивая капли жидкого пламени, обжигавшие и людей, и лошадей. Несчастные животные с пылающими гривами вставали на дыбы от невыносимой боли, опрокидывая своих всадников на землю.
Теперь она скакала вдоль плотного ряда зданий к узкому выходу из другой западни, куда угодила одна из самых больших групп имперских солдат. Жители города уже встретили непрошеных гостей. Всадники были рассеяны, дезорганизованы и не могли оказать серьезного сопротивления. Сражавшиеся за свою свободу люди били их с ожесточением, на которое высокомерные кавалеристы совсем не рассчитывали. Обычная тактика — ворваться, уничтожить, сжечь и растерзать — впервые дала сбой.
В надвигающихся сумерках Никки с трудом отыскала взглядом Виктора, яростно размахивавшего тяжелой булавой. Страшное оружие с хрустом проламывало голову любого врага, до которого только могло дотянуться. Никки направила Са’дина в гущу сражения.
— Виктор!
Кузнец недовольно обернулся, с трудом гася запал битвы. «Что там?» — прокричал он сквозь грохот звенящей стали. Дымящаяся кровь стекала с шипов его грозного оружия.
Никки подъехала ближе.
— Солдаты следуют за кавалерией. Это будет для нас настоящим испытанием — но нельзя позволить им передумать и отложить атаку. На тот случай, если у наших противников появятся такие мысли, я собираюсь подогреть их желание ворваться в город. Думаю, сомнений у них не останется.
— Отлично, — мрачно оскалился Виктор. — Мы все готовы к встрече.
У армии, вошедшей в Алтур-Ранг, просто не было возможности сохранить единый строй. Чтобы двигаться по разным улицам, солдаты будут вынуждены разделиться на множество групп. Каждую из этих частей могли еще более раздробить защитники города. Если бы пришельцы вздумали атаковать — или даже бежать, — они попались бы на зуб лучникам в засадах и копейщикам, не говоря уже о множестве хитрых ловушек.
Алтур-Ранг огромен. Когда темнота окончательно опустится на город, захватчики утратят направление, заблудятся в бесконечных улицах и переулках. Узкие проходы между стенами домов заставляли их двигаться гуськом и делали невозможной слаженную атаку.
Они не смогут двигаться туда, куда хотели, не смогут действовать, как им того хотелось бы, вырезая невинных и беззащитных людей; вместо этого их неотступно будут убивать и гнать повсюду. Каждая группа солдат будет с каждой минутой становиться все меньше и меньше: кто-то упадет убитым или раненым, кто-то отколется от основной части, в отчаянии пытаясь найти безопасный путь. Но Никки позаботилась о том, чтобы безопасных мест в городе не осталось.
— Ты вся в крови, Никки, — окликнул ее Виктор. — С тобой все в порядке?
— Я вымотана до предела и ухитрилась упасть с коня. В остальном все хорошо. Виктор, это должно закончиться сегодня! — напомнила она ему.
— Чтобы ты могла догнать Ричарда?
Чародейка улыбнулась, но ничего не ответила.
— Пожалуй, пора мне еще раз расшевелить это осиное гнездо, которое гналось за мной. Скоро я приведу их за собою по пятам.
— Мы будем готовы, — кивнул Виктор.
Заметив вдалеке трех солдат, пытающихся улизнуть пешим ходом, Никки замолчала, чтобы сконцентрироваться и направить по узкой улочке поток силы. Со свистом рассекая воздух, сила прошла сквозь плоть и кости, разрывая и опрокидывая наземь всех троих.
— И еще кое-что, Виктор, — промолвила она, снова поворачиваясь к кузнецу.
— Да, Никки?
— Ни один из них не должен уйти живым. Ни один.
Грохот битвы словно утих на мгновение, когда Виктор задумчиво посмотрел в ее глаза.
— Я понимаю. Ицхак будет ждать тебя. Постарайся привести это осиное гнездо поскорее.
Никки подхватила поводья Са’дина, удерживая его на месте, и кивнула.
— Они будут здесь, обеща…
Внезапно она обернулась. Огромные языки пламени поднимались на востоке. Это могло означать только одно.
Выругавшись, Виктор вскарабкался на труп мертвой лошади, чтобы получше рассмотреть зарево пожара и клубы черного дыма, поднимавшиеся над крышами. Затем он повернулся к Никки, явно недоумевая.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
