class="p1">– Не сможем, – подтвердил технодесантник. – Здесь нужны Механикум.
– Это по-прежнему не Малефикарум или иные знакомые мне силы, – отчитался Рунный жрец на невысказанный вопрос своего командира.
– Да плевать, – Белиал подошел ближе к трехмерному изображению, которое по своей четкости превосходило стандартный имперский гололит на порядок. – Смотрите, нас уже ничто не спасет.
Слова Сумеречного Рейдера воплотили истину.
Воины сразу разглядели громадный силуэт «Абрамелина», который бился на острие дальнего фронта, стоя в одиночку против трех медуз. Он потерял все суда эскорта, его пустотные щиты давно пали, флагман получал попадание за попаданием. Зеленое вещество превращало надстройки корабля в груды искореженного металла, вгрызалось в корпус по всему борту. Судно теряло ход, оно едва маневрировало. И хотя «Глориана» Солея жестоко огрызалась, намереваясь вот-вот уничтожить одну из медуз, это будет Пиррова победа. Кораблю не выжить.
Одновременно на ближнем фронте «Парка» билась с двумя последними наутилусами засадной группы. Станция едва держалась. Основные батареи макро-пушек были уничтожены, у нее не осталось зенитных турелей. Вся верхняя часть исполинского веретена была усеяна десантными капсулами ксеносов. Судя по их количеству, контингенту Механикум на борту осталось недолго.
«Храфнкель», тоже легко различимый по характерному силуэту, в окружении четырех гранд-крейсеров класса «Мститель» дрейфовал по нижней полусфере, яростно отстреливаясь макро-орудиями от наседающих наутилусов. «Мстители» были сильно повреждены, ни у одного не осталось пустотных щитов. Судя по всему, на всех этих кораблях шли тяжелые абордажные бои.
По всей сфере битвы имперский флот стремительно погибал. Для такой ситуации капитаны имели четкий приказ – пересекать границу точки Мандевилля и уходить в варп, несмотря ни на что. Но ни один корабль не мог вырваться из боя. В ущерб слаженности своих действий ксеносы связали капитальные суда имперцев. Выходит, они тоже кое-что знали о стратегии пустотных сражений.
При этом ни варагир, ни Барракуда не могли найти новый флагман Балора Келла или хотя бы один из прикрывающих его эсминцев класса «Тиамат». Также куда-то подевался «Окулус Интеритум». О том, что этих кораблей просто нет, никто думать не хотел.
А потом произошло то, чего воины, неотрывно взирающие на трехмерную карту сражения широко раскрытыми глазами, никак не ожидали. На самой границе точки Мандевилля внезапно появилось больше сотни имперских кораблей. Едва покинув Эмпиреи, они синхронно запустили субварповые двигатели и рванулись в горнило битвы стройным клином, а их место в зоне варп-перехода тут же заняла следующая сотня судов.
Корабли продолжали выходить в реальное пространство, когда первая линия смяла остатки засадной группы ксеносов фокусированным огнем лэнсов и залпами носовых пушек «Нова». Не сбавляя хода, неопознанные суда миновали «Парку» и выжившие капитальные корабли трех легионов. Клин разбился на несколько крестообразных построений, которые тут же набросились на чужих, уничтожая их по одному. На ближней дистанции они использовали всю доступную огневую мощь – от макро-батарей до торпед.
Но несмотря на безупречную стратегию и фактор внезапности, прибывающий флот тоже нес потери. За первые десять минут сражения ксеносы уничтожили двенадцать крейсеров и четыре линкора, включая исполина, во внешности которого угадывался класс «Грайя». Количество взорванных фрегатов, эсминцев и прочих судов поддержки не имело смысла считать.
– Кто это? – Белиал озвучил вопрос, которым сейчас задавался каждый из присутствующих. – И откуда они знают, какие ксеносские корабли подверглись абордажу?
Многие воины только после его слов обратили внимание, что по медузе, которую они захватили, не произведено ни одного выстрела от внезапных союзников.
– Изображение четко передает контуры судов, но не цвет и детали, по которым можно было бы определить легион, – задумчиво произнес Альвдан. Казалось, технодесантника Гончих больше волнует ксеносский гололит, чем тот факт, что всех их только что спасли.
Белиал оторвал взор от проекции схватки и посмотрел на полуптицу. Воин ощутил небывалое – чувство вины. Похоже, существо каким-то образом узнало о приближающемся флоте и решило показать план пустотного сражения. Оно будто искренне хотело помочь, несмотря на их жестокое обращение. И все же…
Капитан «Окулус Интеритум» перевел взгляд на черный монолит. Он не сомневался, что чужой как-то связан с этим объектом, хотя между ними не было видимых линий коммуникации. Монолит стал пульсировать чаще и ярче. Ксенос распластался перед ним, запрокинув голову. Он не шевелился, только грудь мелко вздымалась и опадала.
– Смотрите сюда, – голос Гримнира вырвал Барракуду из размышлений. Сумеречный Рейдер снова взглянул на ксеносский гололит. Хельхест указывал на три корабля, которые двигались в основной группе прибывшего флота. – Что вы видите?
– Похоже на, – Белиал сощурился, – «Глорианы». Но сразу три? Значит, это объединенный флот нескольких легионов!
– Или это флот одного легиона, – варагир обнажил острые зубы. – Единственного легиона, у которого три судна такого класса.
– Темные Ангелы, – припечатал Рунный жрец, имени которого Крэйлус так и не услышал. – Стало быть, Кваттур Инвикта в сборе. Совпадение?
– Не думаю, – буркнул Гримнир, отворачиваясь от гололита. – Альвдан, запакуй ксеноса и этот камень, если выйдет. Заберем их с собой. И давайте уже наконец взорвем проклятый корабль!
***
Имперский флот дрейфовал в супрасистемном заливе. Корабли образовали типовое сферическое построение с линкорами в узловых точках и маневренными группами, которые двигались вокруг капитальных судов по радиальным орбитам.
«Храфнкель» и «Абрамелин» находились в центре сферы, сейчас они не могли вести эффективный бой. Под «Глорианами» и Пограничной станцией в пустоте космоса плыл Ковчег. Он тоже получил ряд критических повреждений, но Тихон по собственной инициативе направил часть рабочих бригад на помощь ремонтникам Астартес, чтобы ускорить починку флагманов. Эксплоратор знал, что зачастую боевой дух важнее заряженных орудий.
Восстановление «Парки» определили одной из приоритетных задач, и Аластар Краков внезапно из Разрушителя Миров превратился в талантливого инженера. Эта метаморфоза не удивила только Тихона, который не зря пять лет добивался перевода Редуктора на «Кредо Омниссии».
Неожиданное прибытие Темных Ангелов в систему Адекс-Морс спасло флоты Русса, Келла и Враска от полного уничтожения. Это далось Льву немалой ценой. Он потерял двадцать пять процентов капитальных кораблей, что казалось немыслимым для скоротечного пустотного сражения, занявшего меньше двух с половиной часов. После истребления ксеносов имперцы ушли в варп, но почти сразу покинули Эмпиреи. Тяжело поврежденные корабли нельзя было починить в Море Душ, и не было никаких гарантий, что они выдержат дальний переход.
На данный момент, двигаясь над плоскостью системы вне пределов ее гравитационных искажений, изрядно потрепанная армада четырех легионов была готова в любой момент либо вступить в бой, либо
