Серым строениям не было видно конца и края. Более того, если вначале пути они стояли стройными рядами, то потом порядок нарушился. Муромцеву приходилось обходить бараки, все более петляя между ними. В конце концов, он совсем запутался и, слегка опустив веки, посмотрел сквозь Сумрак в надежде увидеть административный корпус. Сергей понимал, что из-за насыщенности Силой окружающего пространства и еще, потому что на пути стояли многочисленные строения, также излучающие Силу, его задача будет нелегкой. Но что бы настолько! Этого Муромцев не ожидал. Единственное, что он смог определить, это общее направление, но угол его был так широк, что сканирование Сумрака теряло всякий смысл. Тогда Сергей попробовал проделать тоже самое в самом Сумраке и привычно подняв свою тень, шагнул вперед. Вначале Муромцеву показалось, что у него ничего не получилось. Потом он понял, что Сумрак здесь не отличается от обычного мира. На первом слое перед ним громоздились те же самые, нисколько не изменившиеся, мрачные бетонные бараки. Единственным признаком того, что он находится в Сумраке было изменившееся небо, да холод, начавший пробираться к его телу сквозь легкую куртку. Еще шаг вперед, еще…. Второй, третий слои, а перед глазами все тот же бетон. Как и на первом слое. Менялось только небо, да облик охранника на единственной, видимой ему отсюда вышке. «Насколько же они углубились? — подумал тогда Сергей, шагая на четвертый слой». Однако и здесь была все та же железобетонная серость. Муромцев уже хотел было погрузиться еще глубже в Сумрак, в самые мрачные его слои, но вдруг понял, что ему это надоело. Тогда Сергей развернулся и сразу вышел в реальный человеческий мир. Здесь где-то стреляли. Хорошо знакомые глуховатые очереди «Калашникова» невозможно было спутать ни с чем. «Ладно, — решил он. — Будем искать просто так. В конце концов, это даже интересно».
Периодически слышимая стрельба Муромцева нисколько не интересовала и не беспокоила. Раз палят — значит так надо. Возможно, как и предупреждал Темный на контроле, кто-то из их подопечных опять сбежал. Муромцеву вспомнилось странное словечко «контингент». Так в человеческих исправительно-трудовых колониях и тюрьмах охрана называла заключенных. «Хм, — хмыкнул он себе под нос. — Контингент сбежал. Ладно. Посмотрим, — и пошел в обход ближайшего барака». Стрельба вскоре затихла, а Муромцев все шел между серых стен, медленно, но верно приближаясь к цели своего путешествия. Раз по пути ему встретились странные, разветвленные сооружения в пять-шесть этажей высотой, более всего похожие на какие-то исполинские, поставленные вверх ногами люстры. Потом Муромцев наткнулся на не менее странные решетчатые фермы из рельсовой стали, намертво сваренные меж собой. Назначение этих конструкций, так и осталось для него загадкой. Чем ближе подходил Муромцев к административному корпусу, тем чаще стали попадаться… столбы, решил он, с укрепленными на них разнообразными боевыми амулетами. В конце концом Сергей понял, что, по всей видимости, и столбы и ферменные конструкции были какими-то охранными сооружениями. Другого назначения он им придумать так и не смог.
Когда, наконец, из-за стены очередного барака показалось бледно-желтое здание администрации, Муромцев облегченно вздохнул. Мрачная серость монолитного бетона осталась позади. Небольшое желтое строение располагалось на площади диаметром около километра. Кроме многочисленных уже хорошо знакомых Сергею столбов увешанных амулетами, в несколько сужающихся концентрических окружностей, защищающих здание, на площади пытались расти несколько чахлых северных березок. Они были то ли высажены здесь специально, то ли оставлены со времен строительства спецрайона для каких-то явно неэстетических целей. Уж больно уродливыми показались Муромцеву эти местные деревья.
Входя в здание, он понял, что все это время рассматривал и рассматривает до сих пор все, что видел только с точки зрения безопасности. С существенной долей здорового практицизма. Как специалист. А куда было деваться? Он и был специалистом. Причем, пожалуй, единственным в своем роде. Специалистом по решению различных вопросов до которых прочим Иным не было дела. Как правило, они просто не могли их решать в силу своей не компетенции, слабости, а зачастую и осведомленности. Уровня возможностей, в конце концов. Тот же Владимир еще год-два назад вполне и с успехом мог бы потягаться с ним. Но только потягаться. Сейчас же равных по силе Муромцеву Иных на планете не было. Даже единственная, так называемая, «нулевая» Светлая волшебница и та серьезно уступала Сергею в Силе.
С тех самых пор, как после Усть-Усинского инцидента Сергею была раскрыта его истинная роль в подготовке к отражению инопланетян, Муромцев совершенно неожиданно для себя стал очень быстро прогрессировать. Он стремительно набирал Силу, опыт, переходил от уровня к уровню, приближаясь по своей мощи к старым опытным магам. Всего через год после вскрытия схрона Радомира у Сергея уже был первый уровень Силы, а еще через полгода Соколов на утренней оперативке попросил его задержаться. Дождавшись, когда они остались вдвоем и тревожно заглядывая Сергею в глаза, Леон сказал, что очень тревожится за него, потому что с его точки зрения Муромцев, который без году неделя, как стал Иным, уже маг Вне категорий, и что Сергей теперь мощнее его самого. И еще Соколов сказал, что такое он видит впервые. Что это, с его точки зрения, ненормально. Однако тогда Сергей легкомысленно отшутился, что все, дескать, шеф, в порядке. Что чувствует он себя как никогда прекрасно и готов выполнить любое задание. Готов служить Иному делу всей душой и Силой. «Вот именно, что любое, — непонятно сказал Соколов и, вздохнув, отпустил Муромцева с миром».
Спустя еще год, он, уже был оперативным сотрудником по особо важным делам Нижегородского Ночного Патруля. Светлым магом Вне категорий, и пожалуй, единственным, кто специализировался на очень трудных, в принципе неразрешимых делах. При этом он тесно контактировал не столько с родным Патрулем, сколько со Всемирной Инквизицией и ее Питерским филиалом, возглавляемым Владимиром.
За прошедшие с той поры годы Сергей насытился магией, перегорел жаждой применения Силы и научился экономно, только в случае крайней необходимости применять свои возможности. Чего ему не хватало, так это опыта. Его отсутствие он довольно успешно компенсировал избытком Силы. Действовал зачастую по принципу «сила есть, ума не надо». Кроме того Муромцев справедливо полагал, что опыт дело наживное, а с теми делами с которыми ему пришлось сталкиваться в последние годы — особенно. Чего стоила Сергею только неудачная попытка пройти в погоне за вновь появившимися Темными сущностями, теми, что когда-то погубили Андрея, в параллельные слои Сумрака. Тогда у него был только первый уровень, и Сергей вернулся из погони за ними выжатым как лимон. Но это тогда.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
