За окном смеркалось. Низкие, свинцовые тучи, весь день висевшие над спецрайоном рассеялись, и обзор из этого уголка столовой был просто великолепен. Жаль, что этого нельзя было сказать о самом пейзаже. Может, кто и находит прелесть в так называемой суровой красоте Севера, но сам Муромцев предпочитал более пригодные для современного человека места и красоты.
Прямо перед ним, в медленных синих сумерках полярной осени виднелись две мрачные похожие друг на друга как две капли воды невысокие скальные вершины. Их, невидимые Сергею подножья терялись в туманной мгле. Горбатые силуэты гор почему-то напомнили Муромцеву выгнутую, с торчащими в разные стороны костями позвоночника, спину псевдооборотня. Левее, там, где еще оставалось свечение от недавно зашедшего неяркого солнца, небо светилось всеми мыслимыми оттенками. От розового и лазоревого, до нежно — зеленого. Под ним громоздились казавшиеся черными в это время суток мокрые крыши блоков. Кроме них ничего не было видно. Казалось, блоки уходили прямо за горизонт. Но Муромцев знал, что периметр спецрайона равен двадцати четырем километрам. Восемь километров на четыре. Свежего Иного это впечатляло. Впечатлило и Сергея. Он посмотрел направо. На Востоке вообще почти ничего не было видно. Оттуда наступала темно-синяя, стремительно чернеющая ночь. Только неясно светилось несколько первых звезд.
Муромцев взял вилку. Решив все же начать с закуски и быстро умяв салат, он принялся за второе, которое не очень понравилось. Однако поесть было нужно, и Сергей принялся копаться в тарелке, изредка бросая мимолетные взгляды в окно. Когда он в очередной раз поднял голову, то напротив него, загораживая широкой спиной весь вид, усаживался невысокий мужчина лет сорока. На лацкане синей куртки свободного покроя у него виднелся бейджик караульного. Муромцеву не надо было даже напрягаться для сканирования его ауры. Он и так видел, что перед ним вампир, причем не из самых слабых. Отношения к кровососам у Муромцева было предвзятое еще со времен знакомства с «графом» Юсуповым. В Усть-Усинске оно и вовсе превратилось в неприязнь, граничащую с ненавистью. Опустив взгляд, Сергей недовольно буркнул, что столик занят и что он ждет товарища. На удивление Муромцева нежить совсем не смутилась и вежливо возразила, что мест свободных в зале мало, а когда его товарищ подойдет, то он, с удовольствием уступит ему свое место. Потом вампир представился: Абдуррахман, Иной, вампир. Третий уровень. Здесь уже пять лет. А… вы?
— Муромцев, Иной, Светлый, Высший уровень. Здесь в командировке, — неохотно ответил Сергей и вновь уткнулся в уже порядком остывшее пюре.
— Приятного аппетита, — произнес Абдуррахман на этот раз не очень дружелюбно, но вежливо.
— Благодарю.
Пока Сергей старательно перемешивал остывший картофель с еще чуть теплой мясной подливкой, вампир демонстративно с брезгливым отвращением рассматривал сиротливо лежащие перед ним на тарелке три котлеты по-киевски.
«Единственный в своем роде Спецэмиссар Инквизиции и местный вампир с азиатскими корнями ужинают за одним столом, — подумал Муромцев и усилием воли заставил себя не обращать на это внимания».
— Зачем вы заставляете себя есть? — вдруг спросил его Абдуррахман. — Вы же не хотите это пюре.
Сергей недовольно посмотрел на собеседника и заодно все же просканировал его ауру. Обычная коричневатость вампирского биополя была изрядно разбавлена сейчас красноватыми косинусами. «Злится, — подумал Муромцев». В слух же он поинтересовался:
— Здесь все вампиры такие надоедливые?
— Надоедливые? — иронично переспросила нежить. — Не замечал.
— Вот именно, — подтвердил Сергей и неожиданно для себя добавил. — Надоедливый сосед — кровосос, есть помеха. А от помех, да будет вам известно, я обычно избавляюсь любым доступным мне способом.
— А…, - не моргнув глазом неожиданно для мага обрадовался Абдуррахман. — Я знаю кто вы! Вы тот самый Муромцев из Нижнего Новгорода, о котором ходят легенды. Из молодых да ранних. Признайтесь, ведь это вы уничтожили группу «Святого Дозора»? Трудно было?
«А действительно? Было ли трудно? — подумал Сергей». В начале своей карьеры Иного он действительно выследил и уничтожил этих новоявленных «святош». Неожиданно для всех в группу «Святого Дозора» объединилось несколько довольно сильных Темных и Светлых магов. На самом деле они не имели никакого отношения к Нижегородским Патрулям. Сговорившись между собой, эти нарушители традиций Иных, принялись обращать людишек в новую веру. Это было очень легко, учитывая своеобразный менталитет потомков нижегородских старообрядцев. В глухих заволжских лесах, раскинувшихся вдоль стремительного Керженца, новоявленные святые демонстрировали немногочисленным местным жителям малую толику своих возможностей. Какие еще обычному человеку нужны доказательства святости, кроме обращения воды в водку? Только золотые нимбы над головами, да бесплатное кормление. Для любого, самого слабого Иного все эти чудеса — просто детские игрушки. И люди поверили. Стали приходить на проповеди. За десятки километров. Сначала это были лишь единицы. Потом паства стала быстро расти. Вскоре у «Святого Дозора» были сотни последователей. Еще немного и ситуация в мире людей могла бы выйти из под контроля. Любые проповеди представителей традиционных религий будут бессильны перед реальными чудесами, повсеместно творимыми этими лжесвятыми. И что было самое неприятное, они не нарушали Контракта. Более того, они сами уверовали в то, что творили, избежав тем самым саморазвоплощения.
Пришлось вмешаться Инквизиции. Муромцев со товарищи выследил «святош» и уничтожил. Сергею было довольно трудно. Как-никак, а всего лишь второе самостоятельное задание. Практически сразу после стажировки. Тогда у Муромцева был еще третий-четвертый уровень. Он улыбнулся, вспоминая. Сергею самому было до сего дня неизвестно, какие мысли бродили в головах простых сельских жителей лесной глубинки, когда он и его небольшая команда появилась прямо у них на глазах из неожиданно открывшегося над верхушками сосен портала. Нарочно принявшие Сумеречный облик, каратели, спустились на землю и принялись палить по «Святому Дозору» из заряженных под завязку боевых амулетов. А Муромцев в самом центре этой заварухи, с развернутыми серебристыми крыльями за спиной, со сверкающим лезвием чистой Силы, наносил врагам точные разящие удары… Ни дать ни взять — архангел, карающий отступников. Что бы стало с верой этих вновь обращенных «Святым Дозором» людей, если бы не команда зачистки! Она позаботилась об их душевном спокойствии. Сформировала ложную память и приказала забыть об уведенном, а заодно и о «Святом Дозоре». Воспоминания немного улучшили настроение Муромцева, и, он сказал, оглядываясь в тщетной надежде увидеть Станислава:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
