пытаюсь осмыслить, что здесь только что произошло – и каково сейчас должно быть Кит. Давно ли Патрик для нее не чужой? Когда это случилось? Еще до смерти Грега? И что это за встречи в лесу в два часа ночи?
Но ни один из этих вопросов я не могу ей задать, потому что Кит дрожит, как в лихорадке. Я трогаю ее за плечо.
– Ты как?
– Плохо, – голос у Кит хриплый, мне кажется, она на грани обморока. Уж не любит ли она этого типа? Меня задевает, что она не нашла в себе сил рассказать мне об этом сукином сыне. Но это огорчает меня меньше, чем то, что он оказался такой сволочью.
Я подхожу ближе и крепко обнимаю сестру. Ее тело как одеревенело, но я чувствую, как испуганным зверьком бьется сердце.
– Как хорошо, что ты приехала, – шепчет Кит. – Не представляю, как ты догадалась, но… спасибо тебе. Этот человек был… большой ошибкой.
Она отстраняется и бредет к лесу.
– Он бросил мой мобильник где-то здесь. Поможешь мне найти?
В первый момент я замираю в нерешительности – она всерьез считает, что стоит сейчас искать в лесу мобильный? Но, с другой стороны, не спорить же с ней – проще помочь с поисками. Так что я, включив фонарик на собственном телефоне, освещаю лесную подстилку.
– Знаешь, мы поехали за тобой, потому что я перепутала и решила, что ты садишься в машину другого человека. Того, кто – я уверена – действительно убил Грега, – негромко говорю я.
У Кит расширяются глаза.
– Т-ты о ком?
Где-то вдалеке по дороге проезжает большой грузовик, из-за тишины кажется, что его мотор ревет громче обычного.
– Олли Апатреа.
Кит бредет, согнувшись в три погибели, ворошит палую листву, но на этих моих словах резко выпрямляется и застывает. Проходит не меньше минуты, прежде чем Кит поворачивает ко мне голову.
– Тот полицейский?
Я киваю. У меня тоже учащенно бьется сердце. Я столько всего не успела ей рассказать. Столько всего, в чем я и сама еще не очень уверена. Впрочем, только что по дороге я изложила Полу свою теорию – обрисовала, как, сопоставив даты встреч Лоры и Грега, вычислила точную дату зачатия ее младенца, рассказала о враждебности Олли, когда я звонила его жене, а он подошел к телефону. Пол согласился, что моя догадка верна. Если так, это будет еще одним ударом для Кит. Возможно, самым жестоким. Потому что это означает, что у ее мужа есть ребенок от другой. Еще одна тайна, с которой ей предстоит научиться жить.
Трудно. Но я набираю в грудь воздуха и все же рассказываю ей об этом. Закончив, я вижу, что Кит осела на холодную землю и, обняв колени, уткнулась в них лицом.
– Господи. Это точно?
– Нет, к сожалению. – Я оглядываюсь на Пола, который подошел и стоит рядом со мной. – И дело это щекотливое, потому что Олли – офицер полиции. Если мы обратимся к детективам, они могут отказаться копаться в его делах, хотя я в этом и не уверена. Так что нам придется найти какое-то доказательство.
– Что за доказательство? – спрашивает Кит.
– Сама пока не знаю. Но я что-нибудь придумаю.
Кит кивает и тут же вскидывает голову.
– Только ребенку не навредите, – она издает странный звук вроде всхлипа. – Я же видела этого мальчика. Такие синие глаза. Нет, тогда мне ничего даже в голову не пришло, я и подумать не могла… но он же был прямо передо мной. Все это время.
Мы молча опускаем головы.
– Вот он, – вдруг вскрикивает Пол. Он светит фонариком на что-то торчащее в листве. Это уголок блестящего айфона Кит. Она хватает его и прижимает к груди. Я чувствую облегчение, что нам удалось сделать хоть что-то.
Потом мы медленно ведем Кит к «фольксвагену». Пол собирается вернуться к своей машине, но я хватаю его за рукав.
– Спасибо тебе.
Пол смотрит на меня долгим взглядом.
– Не за что, – улыбнувшись, отвечает он наконец.
У меня в горле ком размером с бейсбольный мяч. Мне так много хочется ему сказать, но я не представляю, как это сделать. Я понимаю, какой это подарок судьбы – найти человека, готового, когда ты будишь его среди ночи, не наорать на тебя, а вскочить и ехать в заброшенный парк искать твою сестру (и это после того, как ты его отвергла). Я отдаю себе отчет, что он мог бы стать для меня идеальным вариантом – по множеству причин. В частности, он помог бы мне справиться с вещами, которые я от него скрываю. Есть только одна загвоздка – я никогда не ждала, что кто-то будет мне помогать.
Поэтому я просто крепко сжимаю его руку. Сейчас это единственное, на что я способна. Завтра я ему позвоню и мы поговорим, а сейчас я должна отвезти сестру домой. Похоже, Пол понимает и это, машет нам обеим рукой и скрывается в своей машине. Возвращения домой я почти не помню – только что мы обе всю дорогу молчали. Кит съежилась на пассажирском сиденье, крепко обхватив себя руками. Я все вспоминаю типа, который надвигался на нее в лесу, и пытаюсь понять, что Кит могла в нем найти. Лишнее доказательство того, каким разным может быть в различных обстоятельствах один и тот же человек. И как трудно бывает понять, кто заслуживает доверия.
Мы подъезжаем к дому, и Кит прислоняется лбом к моему плечу, издав тонкий плачущий звук – кажется, так она выражает свою благодарность.
– Брось. – Я выхожу из машины. – Идем-ка лучше спать.
Мы беремся за руки и идем напрямик по лужайке, дрожа от ночного холода. По другую сторону лужайки стоит полицейский автомобиль с выключенными фарами… Потому-то я и не заметила его сразу – так я скажу себе позже. А сейчас я резко оборачиваюсь, услышав звук хлопнувшей дверцы и шагов.
– Стоять, ни с места! – кричат сразу несколько голосов. – Руки вверх!
Мы с Кит замираем. Кричавшие в два прыжка оказываются рядом, хватают меня за руку, разворачивают Кит и – невероятно! – защелкивают наручники у нее на запястье.
– Что происходит? – жалобно вскрикивает Кит, пытаясь вырваться. – Я Кит Мэннинг! Я здесь живу!
– Мы знаем, что вы Кит Мэннинг, – говорит один из копов, заламывая ей руки за спину. – Вас-то мы и ищем.
У Кит бегают глаза.
– Почему?
– Миссис Мэннинг-Страссер, вы арестованы по подозрению в убийстве Грега Страссера. Мы нашли в вашем гараже орудие убийства.
41
Уилла
Суббота, 6
