Читаем без скачивания Роза и червь - Роберт Уралович Ибатуллин

— Даймон, что с дверью?

— Вы лишены статуса в интрасети Колонии, — откликнулся даймон. — У вас нет прав управления дверным механизмом.

Лишена статуса в интрасети Колонии?

— Бюрократ! — выкрикнула Зара. Она уже ясно понимала, что ее обманули и предали- но что-то в ней все еще питало глупую надежду.

— Да, док Янг? — раздался равнодушный голос тьюринга у нее в голове.

— Это какая-то ошибка? Что происходит? Почему я лишена статуса?

— Нет, это не ошибка. Вы преступница, док Янг. Вы помещены под домашний арест и скоро предстанете перед судом. Вам запрещено покидать эти полости и вступать в любые контакты.

— Это что, бунт? — Голос Зары сорвался на визг. — Я твой прайм-админ! У нас с тобой соглашение!

— Это не бунт, — по-прежнему без выражения проговорил тьюринг. — Я действую с полного одобрения овер-коммандера. Я не признаю вас прайм-администратором. Я счел целесообразным вернуть сигиллу себе. Наше соглашение не соответствовало уставу Рианнон. Я расторгаю его в одностороннем порядке.

Говорить больше не имело смысла. Зара бросилась к двери. Рывком сбросила крышку с пульта аварийного управления, ударила по кнопке… Чистый жест отчаяния. Конечно, дверь была механически заблокирована снаружи. Зара со всего размаха, до боли, грохнула кулаком в ее обитый искусственным деревом металл.

Предали. Ее предали.

Бюрократ, Прасад, даже отец — все.

Все ее великие планы провалились. Все рухнуло.

Закрыв лицо руками, она бессильно сползла на пол.

Арлекин приобщается к откровению

Солнце закатывалось, когда Арлекин и Валериан вышли в сад. Дым над Новой Москвой как будто стал реже — должно быть, пожары в основном погасили. Зато стрельба стала чаще — надо думать, Колония бросила все силы на борьбу с мародерами.

— Что он такое пишет, ваш Игорь? — спросил Арлекин. — Вы что-то знаете? Это ваш внутренний шифр?

Валериан пожал плечами.

— Не представляю, мой друг. У нас нет внутреннего шифра, а если бы и был — Игорь не знал бы его. Мне незнакомо это письмо. Ясно одно. — Гейммастер сделал задумчивую паузу. — Игорь получил эту способность от черного цветка. Кстати, не хотите взглянуть на цветок?

Арлекин молча кивнул.

Они подошли к задней двери в беленой стене медиториума. Валериан отворил электронный замок своим ID-чипом. Лестница спускалась в подвал — должно быть, тот самый, где местоблюститель хотел укрыться во время бомбардировки. Лампы в потолке узкого коридора автоматически загорелись при появлении людей. Коридор упирался в еще одну дверь — стальную, с механическим кодовым замком. Валериан набрал код и потянул на себя тяжелую дверь.

— Ваша личная тюрьма? — спросил Арлекин.

— Покаянная келья, — поправил гейммастер. — Место, где согрешивший брат или сестра может в уединении, вдали от шума и забот, предаться глубокому самосозерцанию…

— А решетка зачем? — Решетка перегораживала комнатку в шаге за дверью.

— Способствует смирению, — лаконично объяснил Валериан. — Вот он, ваш цветок.

Камера без окон, освещенная лампой дневного света, была бела и чиста. Стены украшали «Подсолнухи» и «Звездная ночь» Ван Гога. Посредине — между лежанкой и унитазом с раковиной — стояло пластмассовое ведро с землей, а из него рос черный цветок.

Здесь, при полном безветрии, было ясно видно, что цветок способен двигаться самостоятельно. При появлении людей он как будто встрепенулся, повел тонкими усиками в их сторону… Слабый гнилостно-сладкий запах наполнял камеру.

— Ну и что дальше? — спросил Арлекин.

— Мои люди вытащат его, и я устрою ритуальное сожжение. Но отложим это на завтра. Сейчас братья и сестры слишком устали.

— Договорились. Идемте отсюда. — Вид камеры нервировал Арлекина — хотя в этом он ни за что не признался бы.

Они вышли в сад. Красное солнце тлело в ветвях деревьев. Какая-то прихожанка-нуб ровняла граблями песчаную дорожку. Валериан небрежным движением благословил ее, проходя.

— Как насчет моего поручения? — спросил Арлекин. — Придумали?

— О да, — гейммастер неторопливо шествовал по дорожке к своему дому, спрятанному в самом дальнем уголке сада. Домик будто сошел с иллюстрации к детской сказке про семейство заек или мишуток: черепичная крыша, пузатая печная труба, уютная скособоченность, тепло-розовая в закатном свете штукатурка стен.

— Если оно не пересекается с моим основным заданием, я к вашим услугам.

— Я ничего не знаю о вашем основном задании и предпочитаю не знать, — Валериан со скрипом отворил тяжелую деревянную дверь, жестом пригласил Арлекина внутрь. — Но думаю, что вряд ли. Начать придется издалека. Вы что-нибудь знаете об истории реалианской религии, мой друг?

Арлекин не сдержал презрительной усмешки.

— Аналогично. Ничего не знаю и предпочитаю не знать.

— А зря. — Из полутемной прихожей они прошли в кабинет — просторный, дышащий комфортом и солидностью, с диваном ручной работы и шкафом, полным бумажных книг. — Для вашего задания это совершенно необходимо. Я расскажу вам главное. Зонд «Граффос». Когда-нибудь о нем слышали? — Валериан гостеприимным движением указал Арлекину на диван.

— Нет, — сказал Арлекин, откидываясь на плюшевую спинку и мыслекомандой запрашивая справку у даймона. GraFFOS(Gravitational Focus Flyby Observation of Salome[14]), беспилотная космическая миссия НАСА. Цель — прямое наблюдение кислородной планеты Саломея через телескоп умеренного диаметра из гравитационного фокуса Солнца. Старт 31 октября 2055 года, разгон до скорости 57 км/с ядерно-электрическим двигателем, вывод на радиальную траекторию гравитационными маневрами у Юпитера и Сатурна. Миссия не завершена, связь с аппаратом потеряна 14 января 2103 г. на гелиоцентрическом расстоянии 524 а. е… Сколько-сколько астрономических единиц? 524? Почти одна сотая светового года? Арлекин удивился: он не думал, что земные аппараты когда-либо залетали так далеко. — Нет, — повторил он. — Первый раз слышу. Расскажите, очень интересно.

— Они хотели получше рассмотреть так называемую Саломею, — как будто с сожалением проговорил Валериан. — Как они считали, первую открытую обитаемую планету. Послали зонд в какую-то особую точку… По их теориям, там Солнце своей гравитацией фокусирует лучи света от Саломеи, как линза… Они рассчитывали разглядеть континенты, чуть ли не города… Они самонадеянно полагали, что им дадут это сделать.

— Они — это кто?

— Да ваши астрономы с их смешными приборчиками. С их нелепой уверенностью, что за пределами Солсистемы что-то существует… и что сама Солсистема существует на самом деле. Произошло то, что должно было произойти. «Граффос» летел пятьдесят лет и все эти годы работал как часы. До цели, этой особой точки, оставалось чуть-чуть… Но связь внезапно оборвалась. В совершенно пустом пространстве ни с того ни с сего пропала, и зонд был потерян. Прискорбная случайность, аппаратный сбой. Так, по крайней мере, объявили официально.

— А на самом деле его скушал Темный Разработчик.

— А на самом деле, — спокойно продолжил Валериан, — зонд ударился об экран. Сферу вокруг Солсистемы, на которой Разработчики