взлетел и пацаны проводили его взглядом. Когда малец подобрал упавший винт, то Платошка, протянув руку, попросил:
— Дай-ка мне.
Но малец спрятав игрушку за спину, попятился и развернувшись бросился бежать. Дернувшегося вдогонку Платошку я остановил:
— Оставь его. Пусть бежит. Игрушка простая, сам сделаешь.
Антоха, глядя на убегающего мальца, спросил:
— А что за матрешка такая?
— Ты что? Не знаешь что такое матрешка? — Удивился я.
— Не знаю.
— А вы знаете? — Обратился я к Архипке с Платоном.
— Нет. — Ответил Архипка, Платошка лишь покрутил отрицательно головой.
Однако интересно! Мне казалось, что матрешка известна с незапамятных времен, а пацаны о ней и не слышали. Ее что, еще не придумали? Тогда тем более надо делать. Примитивный токарный станок по дереву с ножным приводом у деда есть. Надо его только модернизировать; суппорт простейший сделать, резцы фасонные, шаблоны. Технологию разработать надо. Там ведь не из любой деревяшки что-нибудь выточить получится. А еще краски, лак, ну и, разумеется, рисовальщики. Блин, казалось бы простейшая вещь, а надо целое производство организовывать. Но начинать с чего-то надо. Вот на матрешках и потренируемся.
— Ладно пацаны, про матрешку я потом расскажу. Ее сделать не просто, но если мы будем сплоченной командой, то любые трудности мы вместе преодолеем и всех врагов побьем. Главное нам нужно, как мушкетерам, вместе держаться, чтобы «один за всех и все за одного».
— А кто это? — Спросил Архипка.
— Ты про что? — Не понял я.
— Ну эти… — мушкетеры….
Я несколько подвис. Полтора года живу в девятнадцатом веке, а привыкнуть не могу. Ну не знают пацаны про мушкетеров. Ни книгу не читали, ни кино не видели. Я же «Трех мушкетеров» прочитал в классе третьем, а чуть позже и французский фильм посмотрел. Первую серию — аж раза три или четыре. Не знаю как по всему Союзу, а у нас в городе сначала показали первую серию, а уж потом, года через три — вторую. Так что первую серию я выучил, можно сказать, наизусть.
— Ладно пацаны. Расскажу вам про мушкетеров.
И рассказал. Причем как-то незаметно увлекся и пересказал первую серию старого французского фильма подробно и в лицах, схватив палку, даже изобразил дуэль на шпагах. Закончил девизом: «Один за всех и все за одного». Парни впечатлились.
— Ты чё Немтырь хочешь, чтобы мы как мушкетеры стали? Так у нас и шпаг нет и драться на них мы не умеем. — несколько наивный Антоха был бесподобен.
— Мы с тобой друг Антоха не дворяне французские и длинными железками в людей тыкать не будем, а вот в капиталисты, ну то бишь в купцы, обязательно выбьемся. Но по дороге в буржуи у нас наверняка образуется много врагов. Вот чтобы с ними бороться нам и нужно держаться друг за друга, усиленно тренироваться и учиться. Читать писать, я знаю, вы более-менее умеете, но этого мало. Будем учиться дальше и больше. Ну так как — мы команда или так, погулять вышли.
— Команда. — Выразил общее мнение Платошка.
— Тогда давайте. — Я вытянул руку и сказал: — Один за всех…
Парни с недоумением посмотрели на меня.
— Архипка клади мне на ладонь правую руку, а вы накладываете свои руки сверху. Я говорю «Один за всех…», вы говорите: «Все за одного»
Я снова подставил руку:
— Один за всех! — Парни положив руки нестройно проблеяли: — И все за одного.
— Нет парни так не пойдет. Как-то вяло у нас получается. Давайте-ка еще раз. Один за всех!
— И все за одного.
— Уже лучше, но слабовато. Еще раз. — вытянул руку и громко сказал: — Один за всех!
— И все за одного! — дружно гаркнули пацаны.
— Вот так парни. Теперь если кто нибудь попытается наехать на одного из нас, то будет дело иметь с нами со всеми. Поучимся, потренируемся и любого врага в бараний рог свернем. Так что:
— Один за всех!
— И все за одного! — Проревели мои друзья.
На следующий день узнал от Архипки, что Савва Зырянов в сопровождении Пахома уехал в Барнаул. Видимо не поверил, что мы знахарке золотой корень из тайги привезли. Тем более Пронька Карась так и не появился в селе. Заподозрил Савва что-то и подался за разъяснениями и указаниями к подельнику Головану? Вполне возможно. А может это моя паранойя разыгралась? Но лучше быть пароноидальным пессемистом, чем беспечным оптимистом.
Интересно бы узнать — о чем они там говорить будут. На месте пахана Голована, чтобы я предпринял? Вот узнал я, что старатели, которых нужно было загнобить, возвратились домой как ни в чем не бывало, а Рябой, который должен уже появиться с хабаром, сгинул и его подельников тоже не видать. Одно дело, если банду всю положили, хотя это очень не просто. Умен Рябой, на кого попало не налетит. Вот в том то и дело, что умен. Прихватил хороший хабар, подельников прибил, да смылся, а его, Голована, кинул. Мог так Рябой сделать. Судя по всему, вполне мог. И что тогда Голован предпримет. Скорее всего, постарается разузнать, что и как. А у кого узнавать? У выживших старателей, то есть у нас с дедом. С Зыряновым кого нибудь отправит по наши души? Нет это заметно, скорее всего отдельно прибудут хлопцы.
Может зря я себя накручиваю. Не станет Голован заморачиваться? Черт его знает, может и не станет. Но надеется на это не надо. Не должен пахан спустить это дело на тормозах, авторитету ущерб будет. Вот же тварь уголовная! Мало мне своих проблем.
Ладно, село не город, здесь трудно от любопытных глаз укрыться. Надо пацанов озадачить и простимулировать, пусть следят за приезжими. Деда предупредить, пусть присмотрит за Егоркой и теткой Степанидой. Времена патриархальные, но кто его знает, вдруг Голован и до киднепинга додумается. Хорошо бы Зырянова подловить да пощупать за мохнатое вымя. Но в селе его не взять, а подкараулить, когда он из города поедет не получится, неизвестно когда он будет возвращаться. Да и не справлюсь я один, подключать парней еще слишком рано. Хотя по местным меркам они почти и взрослые, но на самом деле дети еще. Даже Архипке я пока всего рассказать не могу. Боюсь не удержится пацан, проболтается.
Дед информацию и мои измышления воспринял вполне адекватно, немного поматерившись, сказал:
— Ваньке надо обо всем рассказать, пусть, пока Кузьки с Митькой нету, за Кузькиной Нюркой и Анфиской приглядит. А тебе с Архипкой самим поберечься надо, летна боль!
— Ну это само собой. Подготовимся и побережемся. Тут вот еще какое дело: деньги мне нужны,
