Несколько лет назад в Порт-Луи жил один хороший художник, который от нечего делать создал копии марок с отметкой «почтамт». Моему знакомому посоветовали проверять цвет марок, смочив уголок платка. И конечно же, краска сходила. Во всех случаях, кроме единственной синей марки в два пенни, которую он и купил. Тем не менее до сих пор на Маврикии искусные мошенники изготовляют будто бы пожелтевшие от времени конверты, на которых написан адрес характерным для тех лет почерком и наклеены знаменитые марки. Когда они предлагают эти конверты туристам, разговор обычно начинается словами: «Месье, я совсем не разбираюсь в марках. Сколько бы вы дали за эту?»
В ясный день с Маврикия можно увидеть пик Снегов Реюньона, несмотря на сто двадцать пять миль, разделяющих оба острова. Реюньон некогда был колонией, а сейчас является департаментом Франции.
По форме он похож на черепаху, по площади намного больше Маврикия. Это остров гор и водопадов, кратеров, расщелин и глубоких ущелий. Это большой цветник, на котором люди зарабатывали состояния, выжимая из герани масло для духов или выращивая ваниль. Еще большие доходы приносили сахар и ром. Но среди островитян не все достаточно трудолюбивы, и в пяти городах острова — столице Сен-Дени, Сен-Луи, Сен-Пьере, Сен-Бенуа и Сен-Поле немало людей, живущих чем бог пошлет.
Говорят, что самая тяжелая работа на Реюньоне у лоцманов, которые проводят корабли в единственную гавань — Пуан-де-Гале. Это страшное место и, пожалуй, самое коварное в мире. Здесь затонул, например, пароход, который в дни моей юности считался одним из лучших.
У креолов на Маврикии существуют особые слова, когда они хотят обозначить цвет полотна ослепительной белизны: «бурбонский белый». Название ведет свое происхождение с Реюньона: остров некогда назывался Бурбон, а намек заключается в том, что на Бурбоне можно было встретить, например, людей с темным цветом лица и голубыми глазами. На Маврикии подобных сочетаний вообще не существует.
Реюньон называют Афинами Индийского океана, ибо нет другого такого же небольшого острова, который дал бы миру столько выдающихся поэтов и писателей, среди которых достаточно назвать всемирно известных Делиля[182] и Жоржа Дюамеля[183].
При случае Франция использовала Реюньон, как и Святую Елену, в качестве тюрьмы для изоляции государственных преступников. Здесь в изгнании провел годы предводитель рифов[184] Абд-эль-Керим. Пожалуй, ему повезло больше, чем Наполеону. На Реюньоне широкие возможности для передвижений, в горах здоровый воздух, да и вообще на острове можно подыскать себе климат любого типа — от тропического до континентального.
На острове имеется действующий вулкан. Геологи считают это место одним из самых интересных в мире, потому что здесь одновременно можно наблюдать и старые и новые вулканические формации, заглянуть прямо в жерло вулкана с кольцеобразным кратером диаметром в четыре мили и увидеть вулканический процесс в развитии. Правда, до сих пор вулкан вел себя весьма спокойно. Я никогда не слышал, чтобы кто-нибудь пал жертвой его деятельности.
Бори Сен-Винсент, путешественник, посетивший Реюньон в начале XIX века, писал о гигантских угрях длиной до двадцати футов, которые водятся в местных озерах. Ему не поверили. А ведь это чистая правда. Таких угрей ловят, например, в озере «Водяная Курочка» близ Салази. В тавернах подают приготовленные из них большие бифштексы. Старый канал, соединявший озеро с морем, оказался перекрытым в результате оползня, но угри не попали в ловушку. Известно, что на пути к месту своего размножения в море они могут двигаться и по суше.
В конце XIX века, еще до покорения Маврикия, Реюньон был захвачен англичанами. По условиям мирного договора остров возвратили Франции, причем это стало возможным лишь благодаря нелепой ошибке британской делегации. Англичане были уверены, что Реюньон находится в Вест-Индии, и не придали значения этому острову.
Родригес, третий из Маскаренских островов, остался английским. Мне никогда не приходилось видеть этого самого удаленного из Маскаренского трио острова, но о нем хорошо сказал один связист кабельной службы, который прожил на Родригесе три года перед второй мировой войной: «Когда, приехав с острова, я сошел на берег в Кейптауне, городской шум обрушился на меня, словно удар в челюсть».
Этот человек рассказывал мне и о других контрастах. На Родригесе до войны не было автомобилей. Ему же пришлось ехать в Кейптаун с пристани на машине, и эта поездка стоила связисту невероятного нервного напряжения. Реюньонцу все время казалось, что водитель участвует в гонках. Но спидометр показывал всего двадцать миль в час. Еще долгое время после того, как он покинул остров, городской шум действовал на него угнетающе. На Родригесе ему доводилось слышать лишь музыкальный лепет прибоя.
Родригес в административном отношении подчинен Маврикию, управляет им магистрат. Полицейские силы состоят из сержанта, капрала и трех констеблей. Имеются государственная сельскохозяйственная станция и католическая миссия. Священники ездят по острову на лошади, единственной на Родригесе.
Столица острова — Порт-Матюрин — это деревня с двумя улицами, китайскими лавками, церковью, больницей, школой, мечетью и мэрией. Еще один поселок — Сен-Габриэль — расположен в самой высокой части острова и весь скрыт в тени деревьев. Местные жители строят дома без гвоздей, бревна стен входят в пазы друг друга, а сверху привязывается крыша из листьев. Когда на острове бушуют лесные пожары или грохочут циклоны, хижины разваливаются. Но всего за несколько фунтов можно построить новый дом, так что потеря старого — не трагедия.
Родригес — обрывистый остров длиной в девять и шириной в четыре мили, перерезанный долинами. Любая прогулка по нему — упражнение в альпинизме. Поэтому излюбленный вид транспорта здесь — лодки, плоские пироги с треугольным парусом; когда стихает ветер, жители передвигаются по лагунам среди коралловых рифов, отталкиваясь шестами. Белые на острове пользуются парусными яхтами или моторными лодками.
Жизнь на Родригесе дешева хотя бы потому, что почти не нужно тратить денег на одежду. Мужчины и женщины круглый год ходят в шортах и рубашках с короткими рукавами. Здесь всегда тепло. У каждого — сад, на плодородной почве произрастает все, что душе угодно. Круглый год зреют бананы. Местный житель за несколько фунтов в месяц может содержать семью с шестью детьми, питаясь рыбой, кукурузой, бананами, ямсом, апельсинами, рисом и говядиной. Любимое развлечение — рыбалка. На удочку ловятся камбала[185], синий и желтый тунец, перокет с золотой головой, кордонье и рыба-единорог. Местные жители ловят гарпуном осьминогов, которых потом высушивают и экспортируют, а рыбу — вершей. Много лет назад на остров были завезены олени, на них иногда устраивают охоту. В больших количествах водятся здесь красноногие куропатки и цесарки.
