Да, на этих островах царит одиночество. К ним относится еще одно примечательное местечко — остров Тромлен. Тромлен — песчаная банка длиной в милю. В самой высокой своей точке она поднимается над поверхностью океана всего на пятнадцать футов. Остров местами зарос низким кустарником. Этот клочок суши лежит в двухстах сорока милях к востоку от Мадагаскара и в трехстах от Маврикия.
Сейчас на Тромлене французская метеорологическая станция, куда на шесть месяцев посылают метеоролога с двумя помощниками и несколькими слугами из местных жителей (образ жизни француза не позволяет ему вытерпеть такую монотонную жизнь более полугода). У них здесь деревянные домики и аппараты, опресняющие морскую воду. Мадагаскар своевременно получает с Тромлена предупреждения о циклонах.
В 1797 году французский транспорт «Звезда» наскочил в темноте на остров, который к тому времени не имел ни наименования, ни каких-либо зачатков цивилизации. Пресная вода сохранялась только в лужах, оставшихся после дождя. Рыбы, устрицы да иногда черепахи составляли единственную живность острова.
Когда транспорт разломился, утонули семьсот человек, сто десять добрались на волнах прилива к унылым берегам. Тридцать человек из спасшихся были французскими солдатами, а остальные — африканцами.
Белые тотчас же поняли, что долго на этой песчаной банке им не протянуть. Сколотив в отчаянье плоскодонную лодку, они забрали всю еду и отплыли в сторону Мадагаскара. Я нигде не нашел упоминаний об их дальнейшей судьбе. Наверное, солдаты погибли, так как в течение двенадцати лет после крушения ни одно судно не заходило на Тромлен.
Двенадцать лет! Почти невероятно, чтобы кто-нибудь за это время мог остаться в живых. Не говоря уже об отсутствии пресной воды, стоит вспомнить, что Тромлен в непогоду захлестывают волны. Циклоны губят здесь всякую жизнь, ветер опрокидывает хижины. Люди прячутся в кустах, виснут на деревьях, полузатопленных волнами.
И все же, когда капитан Тромлен в 1809 году проходил на судне «Дофин» близко от острова, он увидел в подзорную трубу дюжину размахивающих руками человеческих фигур на берегу. Лодка не без труда миновала рифы, и на борт были доставлены двенадцать чернокожих женщин. Они рассказали о крушении судна. Все пассажиры погибли от голода. Но им в течение двенадцати лет удавалось поддерживать свое существование скудными дарами моря черепахами, рыбами, крабами. И если бы не крабы, которые всегда были под рукой, они наверняка бы погибли. Жаль, что капитан Тромлен не описал эту историю более подробно. Он был слишком немногословен, но все же упомянул, что почти все женщины к моменту спасения поседели.
Я знаю, что погибают иногда, казалось бы, самые приспособленные к лишениям люди, в то время как в этих же условиях выживают хрупкие женщины. И все же как они могли пересилить голод и жажду? И ураганы? Загадка. Я бы заподозрил Тромлена в слишком живом воображении, если бы крушение «Звезды» и история этого судна не были описаны во французском путеводителе по Индийскому океану. Краткое сообщение об этом имеется также в навигационной инструкции британского Адмиралтейства. Правда, название судна там искажено и упоминается о спасении только семи женщин после пятнадцати лет жизни на острове. Сообщалось о том, что они питались главным образом крабами и солоноватой водой. Я полагаю, однако, что другие источники дают более надежную версию происшествия.
Теперь и здесь, на Тромлене, названном так по имени капитана спасителя этих женщин, разрушено царство тишины: начала работать радиостанция.
Сможете ли вы перенести одиночество в компании еще одного неизвестного и всеми забытого «Робинзона Крузо»? Ну что же, в таком случае к вашим услугам остров Провиденс и участки суши вокруг него, маленькие точки в океане, лежащие в пятистах милях к северу от Тромлена. Острова нетронутой тишины...
Провиденс. Так был назван остров два века назад, когда на него выбралась команда потерпевшего крушение французского фрегата «Орёз». Сейчас здесь плантация кокосовых пальм, принадлежащая фирме с Сейшельских островов. Один управляющий присматривает за черными рабочими, раз в четыре месяца сюда заходит шхуна. Провиденс — узкий остров в две мили длиной. Другие же островки этой группы представляют собой песчаные отмели или коралловые рифы. На каждом из них по нескольку кокосовых пальм, кустиков кассавы, лужи с черепахами да густые заросли дикого гибискуса[186]. На одном из островков высиживают птенцов птица-фрегат и олуша. Здесь много веков откладывалось гуано, теперь его собирают и увозят с острова.
Шестьдесят лет назад на кече[187] «Генриэтта» на Провиденс с Реюньона отплыл капитан Кремаси, молодой нормандец, который зарабатывал на жизнь эксплуатацией своего суденышка. Он вез с собой лопаты и кирки, надеясь выкопать на Провиденс несколько саженцев кокосовой пальмы (тогда остров был еще необитаемым), чтобы продать их на Реюньоне владельцам копровых плантаций.
Кремаси первым сошел на берег, нашел небольшие пальмы и послал ялик за людьми, лопатами и кирками на «Генриэтту». Ялик уже приблизился к кечу, когда налетел ураган, и команде пришлось снять судно с якоря, чтобы его не вынесло на берег. Судно было спасено, но капитан остался на острове в одной рубашке и брюках. За поясом у него был мачете — широкий тяжелый нож, похожий на абордажную саблю.
Исследуя остров, Кремаси убедился, что люди здесь бывали и до него. Они выращивали ямс. Семена папайи были либо выкинуты на берег морским прибоем, либо высажены на острове специально. Пустили здесь корни и опунции. В пальмовых рощах водились дикие голуби, на берег выползли черепахи, прилив выносил рыб, которые барахтались в лужах. Кремаси был один, но его «стандарт островной жизни» оказался роскошным по сравнению с тем, который выпал на долю женщин на Тромлене.
Кремаси боялся, что судьба сыграла с ним злую шутку. Он знал, конечно, что команда при первой возможности вернется на «Генриэтте» к острову. Но если маленький кеч пострадал во время урагана, на его ремонт уйдет еще много времени. А если судно погибло, то пройдут годы, прежде чем кто-нибудь заглянет на необитаемый остров Провиденс.
Как и находчивый Робинзон Крузо, Кремаси решил с комфортом устроиться на острове. Когда он провел первую ночь на берегу, по телу бегали крысы, так что ему пришлось соорудить себе убежище из колючих листьев опунции. Потом он вытесал столбы и построил хижину с крышей из широких пальмовых листьев. Луж с дождевой водой на острове было достаточно; он нашел также старый колодец со сносной питьевой водой. Трудно было разводить огонь. Подобно другим людям, которые пытались обходиться без спичек, Кремаси обнаружил, что методом первобытных людей, которые вращали палочку в отверстии, выбитом в дереве, и, держа наготове стружки, добывали огонь, цивилизованному человеку овладеть не так-то легко. И все же ему удалось за несколько часов терпеливого труда заставить древесину тлеть, и он ни разу не допустил, чтобы огонь погас.
