— Что ты имеешь в виду?
— Мы позаботимся о том, чтобы и Бондарук умер, не добравшись до кариатид. Он окажется в хорошей компании.
На следующее утро, в шесть часов, смартфон Сэма ожил. Звонила Сельма.
— Сельма, в такую рань… — заплетающимся языком сказал он.
— А здесь вечер. Хорошие новости. Кажется, потихоньку набиваем руку. Мы расшифровали код и подумали, что вам наверняка не терпится решить очередную головоломку.
— Ладно, отправь по электронке.
— Уже. Перезвоните мне.
Сэм растряс Реми. Она перевернулась на кровати, и в этот миг запищат электронный ящик Сэма.
— Очередная загадка, — сказал он.
— Я слышала.
Он открыл письмо, и вместе они прочитали:
Человек из Истрии, тринадцатый по традиции.Дом Лазаря в Назарете.Сын Морпета, Хранитель Левки, земля, что стоит в стороне.Вместе они покоятся.
— Есть идеи? — спросил Сэм.
— Угу. Закажи мне еще кофе.
Решив две из трех загадок, Сэм и Реми стали лучше понимать принцип их составления. Каждая загадка представляла собой наслоение двойных смыслов и туманных отсылок к истории, а разгадка обычно таилась между строк.
Через несколько часов они составили список наиболее очевидных интернет-ссылок для каждой строки.
Первая: «Человек из Истрии, тринадцатый по традиции» — скорее всего, относилась к Истрии, полуострову между Триестским заливом и проливом Кварнер в Адриатическом море.
Вторая: «Дом Лазаря в Назарете» — могла иметь сотни значений. Имя Лазарь дважды упоминалось в Библии: Лазарем звали умершего, которого Иисус воскресил из мертвых, и еще так звали нищего из притчи о богаче и Лазаре. Ну а Назарет, естественно, родной город Иисуса.
Третья: «Сын Морпета, Хранитель Левки» — также была слишком многозначной. Морпет — название города на юго-востоке Англии, а Левкой звали одну из нимф, дочь Океана.
И наконец, четвертая строка: «Вместе они покоятся» — выглядела наиболее двусмысленной из всех. Кто такие «они»? Что имелось в виду под словом «покоятся» — сон, смерть или нечто совсем другое?
— Вспомни последнюю загадку, — предложил Сэм. — Наполеон и Лоран использовали подобный ход «Гений Ионии», указывая на Пифагора. Может, здесь то же самое? Нам известно, что третья строка содержит название города, Морпет. Давай проверим, какие известные люди могли жить в Морпете.
Реми пожала плечами.
— Попытка не пытка.
В течение часа они собрали список из дюжины относительно известных «сыновей» Морпета. Но ни один из них не был настолько прославлен, чтобы казаться очевидным кандидатом.
— Давай попробуем перекрестные ссылки, посмотрим, есть ли связь между именами из списка и «Левкой». Среди них не было специалистов по древнегреческой мифологии?
Сэм пробежал взглядом список.
— Не похоже. Что еще известно об этой нимфе?
Реми пролистала записи.
— Ее забрал к себе Аид, бог подземного царства. Согласно легенде, после смерти Левки то ли сам Аид, то ли Персефона превратили ее в тополь.
— Тополь… — пробормотал Сэм, стуча по клавиатуре.
— Левкой, а точнее, Беисе по-латыни называется один из видов тополей…
Он заглянул в список с морпетскими именами.
— А вот и зацепка: Уильям Тернер, родился в Морпете в тысяча пятьсот восьмом году. Его считают отцом английской ботаники.
— Интересно. Так эта строка о Тернере или о тополях?
— Понятия не имею… А конец: «Земля, что стоит в стороне»? На ум первым делом приходят острова — земля в стороне, в окружении воды.
— Аналогично…
Сэм поискал слова «остров», «тополь» и «Тернер»… Безрезультатно.
— Несколько ссылок на заповедник «Тополиный остров» в заливе Чесапик, но Тернер там никаким боком не упоминался — разве что Тина Тернер, которая пожертвовала заповеднику энную сумму.
— Давай-ка вернемся к первой строке: «Человек из Истрии, тринадцатый по традиции».
Действуя по прежней схеме, они составили список исторических фигур, имеющих отношение к Истрии, но, как и раньше с Морпетом, ни одно из имен списка не бросалось в глаза.
Они вернулись ко второй строке «Дом Лазаря в Назарете» и попробовали копнуть глубже в поисках менее очевидных ссылок.
— Вот, например, — сказала Реми, читая с экрана ноутбука. — «В Средние века при христианских религиозных орденах существовали лепрозории, известные как „дома Лазаря“».
— Лазарь, святой покровитель прокаженных? — спросил Сэм.
— Верно. Отсюда и слово «лазарет». В Италии термин «лазарет» используется для обозначения карантинной станции для кораблей и их экипажей. Первый известный лазарет открылся в тысяча четыреста третьем году у берегов Венеции, на острове Санта-Мария-ди-Назарет. — Она подняла взгляд на Сэма. — А вот и связь между Лазарем и Назаретом.
— Уже теплее, но пока картинка не складывается, — сказал он. — Осталась первая строка.
Он еще раз поискал в «Google», меняя местами и подставляя разные слова, и наконец на сайте «Нэшнл джиографик» наткнулся на прошлогодний сюжет, посвященный находке археологов: было обнаружено массовое захоронение жертв бубонной чумы. В братской могиле покоились тела моряков, которых поместили в карантин, чтобы не подпустить болезнь к Венеции.
— Раскопки велись в местечке под названием Лаззаретто-Веккьо на островке в Венецианской лагуне, — сказал Сэм.
Реми пролистнула свои заметки.
— Веккьо… современное название Санта-Мария-ди-Назарет. Сэм, мы на верном пути.
— Может быть, но я хочу знать наверняка.
Через двадцать минут, после дюжины перестановок в строке поиска, он сказал:
— Итак, я вбил слова «остров», «Венеция» и «чума»… Всплыл ответ: Повелья. Еще один остров в Венецианской лагуне, который в семнадцатом веке использовался для карантина жертв чумы. Тела хоронили в огромных ямах — некоторых погребали заживо — или сжигали на гигантских кострах. Чума унесла примерно…
Сэм замолчал, и его глаза расширились.
— Что? — спросила Реми.
— Чума унесла от ста шестидесяти тысяч до четверти миллиона жизней…
— Ничего себе.
— И это еще не все: прежде остров назывался Попилия.
— Что-то знакомое…
— Попилия происходит от Populus — «тополь» по-латыни. Когда-то на склонах Повельи росли тополиные рощи.
— Гм… Повелья или Санта-Мария-ди-Назарет. Нам нужен один из этих островов. Ты прав: все сводится к первой строке загадки и нашему таинственному человеку из Истрии.
— Что ж… В любом случае, следующая остановка — Венеция!
Севастополь
