кому из нас он принадлежит. Казалось, мы сошли с ума, продолжая поцелуй, пока нам хватало воздуха.
Сколько продолжалось это безумие – я не знаю, мы стояли посреди дорожного тракта, потерявшись в пространстве и времени.
Над головой громко хлопая крыльями пролетела ночная птица. Я вздрогнула, чуть отстраняясь. Эндрю придержал меня за плечи, не желая отпускать, но голос сердца уже перебили доводы разума.
- Уже поздно, пора возвращаться. Завтра рано вставать, - я сделала шаг назад, отступая.
Ладони Эндрю соскользнули с моих плеч, сразу стало холоднее, словно с его объятьями ушло всё живое тепло, что нас окружало.
- Да, пора возвращаться, - согласился он,- ловя мою ладонь и зажимая в своей руке.
Так мы и шли, держась за руки, протянув мостик тепла друг к другу.
Потом, я ещё долго не могла уснуть, ворочалась в постели, глупо улыбалась, трогая кончиками пальцев чуть припухшие губы. Медж, проворчав, что я мешаю ему спать, перебрался на кресло, а я так и уснула с улыбкой на губах.
Глава 43
Гордей не вернулся ни следующим утром, ни днём, ни даже вечером. В голове крутились разные мысли от: сбежал с деньгами, до - его ограбили.
К концу дня у меня уже всё валилось из рук, так хорошо начавшийся день был испорчен. Помятуя о ночной прогулке, я проснулась в отличном настроении и обнаружила у себя под дверью охапку полевых цветов. Напевая весёлую мелодию, спустилась вниз и застала Марысю, убирающую со столов грязную посуду.
Рабочие уже позавтракали и вновь отправились на работу, выделенные им выходные закончились. Я пробежалась глазами по залу, словно прочитав мои мысли, Марыся доложила:
- Господин Эндрю тоже уехал, сказал, вернётся ближе к вечеру. Ему нужно навестить какого-то Бри... Брю…
- Бредли, - поправила я её.
- Да, его самого. Вот, он вам записку оставил.
Девушка сунула руку в карман, доставая послание. Сев за свободный столик, я развернула сложенный вдвое листок. Эндрю писал, что ему нужно заехать к управляющему, уточнить мелкие детали будущих сделок и заодно отвезти деньги семьям наших работников.
Быстро позавтракав, я повязала фартук и занялась делами. Прибыл первый дилижанс, гости шумно занимали столы, а я всё ждала, что в таверну войдёт как всегда улыбающийся Гордей, но его не было.
Не приехал он и со следующим дилижансом.
- Значит, не успел! – успокаивала я себя.
Тем более он был не один, а в сопровождении охраны. Может, что с лошадью случилось? Подкова, например, сломалась?
Дела снова закрутили меня, вытесняя из головы все лишни мысли. Вернулся Эндрю, с хорошими новостями, передавая приветы от старого управляющего.
Старику Бредли удалось найти покупателей почти под две трети будущего урожая, причём половина из них готовы были платить авансом. Сумма получалась внушительная. Немного добавить и можно выкупать закладную.
Вместе с хорошими вестями, Эндрю привёз мне небольшой гостинчик - кулёк яблочной пастилы. Моей любимой, как только догадался!
Мы успели выпить чаю и отведать пастилы, как прибыл очередной дилижанс. Гордея там не было.
Люди приезжали и уезжали, день клонился к вечеру. Наплевав на приличия, я уже встречала каждую дорожную карету лично. Эндрю тоже заметно нервничал, потом сел на лошадь и уехал к холмам. Вернулся назад с капралом. Эндрю уговаривал его отправиться в город на поиски Гордея. Вешков отвечал, что нужно дождаться утра.
Настроение было испорчено, все рано разошлись по своим комнатам. Спать не хотелось, я зажгла масляную лампу, взяла в руки книгу и постаралась отвлечься на чтение.
Некоторое время ещё были слышны голоса постояльцев, но вскоре и они затихли, таверна погрузилась в сон. Я поймала себя на мысли, что уже несколько минут пялюсь на одну и туже страницу, но не помню ни строчки из прочитанного.
Отложив книгу, подошла к окну. Полная луна освещала окрестности своим серебристым светом. На дороге мелькнул тёмный силуэт. Я уткнулась лбом в стекло, пытаясь хоть что-то рассмотреть. А через минуту в дверь таверны постучали.
Накинув домашний халат, взяв в руки лампу, помчалась вниз, на ступенях едва не столкнувшись с Эндрю. Судя по всему, он тоже ещё не ложился: рубаха выбилась из штанов и расстегнута на груди, но остальная одежда в порядке.
- Кто там? – Эндрю поднял карабин, направляя его на дверь.
- Это я, Гордей.
Мы переглянулись, голос был какой-то сиплый, совершенно не похож.
- Ты один?
Раздалось едва уловимое бормотание.
- Сделайте три шага назад, предупреждаю: у меня в руках оружие! – в голосе Эндрю проскользнули нотки металла.
Обернувшись ко мне, он велел:
- Отойти подальше, за мою спину. Если что, сразу беги на кухню и запирай дверь!
Кивнув, я поставила лампу на ближайший столик и попятилась назад, ища взглядом что-нибудь тяжёлое. Эндрю убрал засов и толкнул входную дверь, вскидывая карабин.
- Заходи, только медленно, - велел он.
Чуть покачиваясь, на порог ступила какая-то несуразная фигура. Я не сразу поняла, что это сразу два человека, просто один из них едва стоял на ногах. И да – это был Гордей.
Рыжика было не узнать: один глаз заплыл и вообще не открывался, под ним темнел огромный синяк. Скула разбита, как и распухшие губы, на которых не было живого места.
- Гордей! Кто тебя так? – кинулась я к нему.
- Ай, - застонал он, - я тоже рад вас видеть, только давайте обойдёмся без жарких объятий!
Он ещё попытался улыбнутся, но тут же скривился от боли в разбитых губах. Неисправимый оптимист, рыжее солнышко! Его придерживал на весу помощник капрала, которого тот снарядил для охраны. В отличие от Гордея, он выглядел довольно неплохо. Что же с ними приключилось?
- Ведите его сюда!
Я распахнула дверь в комнату для вип персон.
- Диван прикройте, а то перепачкаю… - пробормотал Гордей.
Сам на ногах
