В половине шестого Валерия известила о своем возвращении гудком автомобиля, и ее детишки сразу же ушли. Энни подумала, что это приехал Лаури. Взглянув на часы, она увидела, что муж опаздывает. Возможно, ему не удалось выехать в середине дня.
— Мамочка, а у тебя не найдется минутка для сказки? — спросила Сара.
Они с Дэниелом уже и сами хорошо читали, но когда дети сидели, прижавшись к матери в кресле, это было совсем другое дело.
— Только одна минутка.
Энни уже собиралась выключить телевизор, как диктор сказал что-то о дорожной аварии, случившейся на автомобильной магистрали М6, — там перевернулся грузовик. Никто не пострадал, но уже образовался хвост автомобилей, застрявших в дорожной пробке.
— Возможно, это и есть причина, объясняющая, почему нашего папы до сих пор нет дома.
Детишки по-прежнему обожали читать рассказы о Нодди. На этот раз Энни прочитала историю о Санта-Клаусе, застрявшем в дымоходе, и о том, как Нодди пришел ему на выручку, вытащив его оттуда на буксире с помощью веревки, прикрепленной к его маленькой красной машинке.
Когда она закончила, Сара почти с благоговейным трепетом произнесла:
— Смотри, мамочка, идет снег.
Сквозь большие окна было видно, как маленькие снежинки, словно светлячки, кружатся на фоне темного вечернего неба, отражая разноцветные огни рождественской елки. Окна с двойными стеклами создавали удивительный оптический эффект: глядя в снежную темноту, Энни и дети видели в глубине сада самих себя, три тесно прижавшиеся друг к другу головы — рыжую, златокудрую и темноволосую.
Энни испытывала блаженство, находясь рядом со своими детьми, и представляла, как Лаури не терпится выбраться из дорожной пробки, чтобы поскорее вернуться домой к своей семье и успеть к началу вечеринки, которая устраивалась в честь десятилетия их супружеской жизни.
В этот вечер в доме царила особая атмосфера, которая была вызвана волнующим предчувствием, всегда предваряющим какое-нибудь особенно приятное событие. Казалось, сами стены этого жилища, сложенные из кирпича и известкового раствора, знали о предстоящей вечеринке.
Сара и Дэниел тоже чувствовали это. Они сидели не шевелясь, глядя на свое иллюзорное пребывание в саду, в то время как крошечные ослепительные светлячки, кружась, летали вокруг.
— М-да, — сказала Энни, разрушив чары, — такими темпами я ничего не успею. Скоро начнут приходить гости. Я рассчитываю на то, что вы сможете самостоятельно помыться и переодеться. Думаю, ваш папа сегодня припозднится.
Сиси пришла первой, впрочем, как всегда. Энни отослала ее к соседям, чтобы напомнить Валерии о бокалах для вина, которые та обещала принести. Затем пожаловал Крис Эндрюс. Он спросил, приедет ли Мари.
— Что ж, и такие чудеса случаются, — съязвила Энни.
— Дело в том, что я написал пьесу. Мне было бы любопытно узнать, что она скажет, прочитав ее. Должен признаться, Энни, ты прекрасно выглядишь. Я никогда раньше не видел тебя в черном.
— Ты тоже неплохо выглядишь, — произнесла она. На Крисе был парчовый жилет, надетый поверх длинной свободной рубашки, и брюки-клеш. — Я дам тебе адрес Мари, и ты сможешь отослать ей пьесу. — Она назначила его ответственным за музыку. — Но боюсь, что там лишь песни шестидесятых годов: «Битлз» да «Роллинг стоунз». Я уже сто лет не покупала новых пластинок.
Пришли еще гости. Барклей принесли две бутылки отменного хереса. Сид смачно поцеловал Энни в щеку, пожелав ей счастья. Все то и дело спрашивали, куда же запропастился Лаури. Дот выкрикнула:
— Я слышала, что на автостраде М6 заблокировано движение. Я сказала об этом Берту, предположив, что, вероятно, бедняга Лаури застрял в этой самой пробке и не может никому ничего сообщить.
Майк Галлахер пришел в куртке, обшитой бахромой, — той самой, в которой женился. Его рыжие волосы были собраны в конский хвост. Он надел круглые очки в металлической оправе. Несмотря на веснушки и все такое же лукавое выражение лица, Майк имел величавый вид с тех пор, как стад успешным бизнесменом. Однако сегодня вечером он выглядел подавленным. Энни вспомнила, что на будущей неделе должен был исполниться год с тех пор, как умерла Гленда.
Каждый раз, слыша шум мотора, Энни выглядывала в холл, чтобы посмотреть, не приехал ли ее муж, но это были гости, которые продолжали прибывать: кузены и их жены, а также члены лейбористской партии. Затем на такси приехала Сильвия, несмотря на то, что отель «Гранд» был всего в десяти минутах ходьбы.
Майк открыл дверь, чтобы впустить Сильвию в дом. Они холодно улыбнулись друг другу. Сильвия схватила Энни за руку и потащила ее наверх.
— Сил! — протестуя, воскликнула Энни. — А как же вечеринка?
Сильвия, похоже, даже не слышала ее. Она втолкнула подругу в спальню.
— Я беременна! — крикнула она и бросилась на кровать. — Ребенок должен родиться в июне. Я бы отдала все на свете, чтобы увидеть лицо Эрика, когда он об этом узнает!
— О! — выдохнула Энни. — Моей радости нет предела. И когда же свадьба?
— А кто собирается жениться? У Ронни уже есть несколько жен, и у меня нет ни малейшего желания присоединяться к его гарему.
— Но ведь это значит, что ребенок будет считаться незаконнорожденным!
Сильвия весело рассмеялась.
— Да не будь же такой старомодной, Энни. Сейчас семидесятые, не забыла? И быть незаконнорожденным не значит ровным счетом ничего.
— А что скажет Ронни?
— А, Ронни! — фыркнула Сильвия. — Я сбежала от него. Для своего же блага я вернулась в Ливерпуль. Он имел наглость предположить, что ребенок от него!
— А разве это не так?
— Так, но он хотел на шесть ближайших месяцев упрятать меня в родильный дом, а потом планировал отправить ребенка своей матери. Вот нахал! — Сильвия принялась расчесывать волосы. — Мне пришлось бросить работу. Думаю, меня в какой-то степени можно назвать беглянкой.
— Вот черт!
Тут Дот закричала пронзительным голосом: «Энни, где штопор?», и она тут же вспомнила о вечеринке и о том, что Лаури так до сих пор и не приехал, хотя часы показывали девять.
Энни не могла с точностью сказать, когда чувство беспокойства сменилось стопроцентной уверенностью в том, что случилась беда. Отсутствие Лаури, длившееся уже столько часов, начало волновать всех. Люди стали вспоминать случаи, когда им тоже доводилось застревать в дорожной пробке по три, четыре, а то и пять часов. Дот решительно заявила, что если бы произошло что-то серьезное, Энни узнала бы об этом еще много часов назад. А Крис Эндрюс предположил, что у Лаури, по всей видимости, поломалась машина.
