совершили, и нервы не успокоились. Материнское сердце сжималось, будто предчувствуя нечто, хотя сам дар у нее с рождением дочери пропал, только подтверждая его наличие у последней. Вот в таком состоянии и явилась в Совет, напряженная, словно струна.
Дверь перед семьей уже привычно распахнул секретарь, приглашая пройти внутрь. А дальше последовали поздравления, расспросы, пожелания. Ну и без бюрократии не обошлось. Проведение подобных ритуалов тщательно протоколировалось.
Девочка с каким-то диким ужасом смотрела на скопление незнакомых людей и сильнее жалась к отцу, но молчала.
Единственное, на что довольно благожелательно отреагировала – когда Ника одела ей на шею цепочку с маленьким кулончиком в виде стрекозы с несколькими камушками желтого цвета на тельце. Выбрала дочка его сама, буквально вцепившись в магазине и крепко зажав в кулачке, не желая смотреть ни на какой другой. Второй такой же, но с зелеными камнями уже висел на груди Искры. Те самые парные артефакты, с помощью которых энергетически связывают ребенка с матерью во время закрытия силы, и которые позволяют магически помогать отпрыску до возвращения магии.
Затем со своих мест поднялись трое старейшин, что должны были проводить ритуал, и пригласили пройти Орловых в малый ритуальный зал, куда вела вторая дверь из приемной.
Зал оказался, скорее, комнаткой, существенно уступая и в размерах и убранстве тому, где Веронике открывали силу. Не было ни диванчиков, ни окон, лишь один маленький стол со стулом для секретаря, и в центре – люлька на высоких ножках, украшенная снаружи искусной золотой вышивкой по бордовому бархату, что на фоне белоснежной простынки казалась еще богаче. Стены же помещения разрисованы непонятными символами, наверняка магическими письменами на неизвестном или древнем языке.
Но как только старейшины попросили уложить девочку в люльку, Алиса скатилась в настоящую истерику и вцепилась в шею отца, никак не желая разжимать ручонки.
– Может, я ее подержу во время ритуала? – предложила Ника.
– Не стоит. Рядом не должно быть иных источников магии, чтобы процесс прошел как нужно. Мы же не видим, что именно закрывают наши потоки. Да и артефакты зарядить следует, а для этого требуется некоторое расстояние, чтобы камни чужие энергии не перепутали.
Убаюкивания и шушуканья на ребенка так и не произвели эффекта, лишь усугубляя ситуацию.
Тогда дверь распахнулась, и в зал вошел Игорь.
– Вас слышно издалека. – усмехнулся одними губами. – Решил, что может понадобиться моя помощь. Готов заменить одного из вас, так она будет спокойнее. Остальные члены Совета согласны.
И несмотря на то, что по правилам участвующие в ритуале старейшины выбирались обычной жеребьевкой, и смена в процессе не допускалась, на этот раз препятствовать никто не стал. Мужчина подошел ближе к девочке, протянув к ней руки. Алиса, сначала недоверчиво на него посмотрела, но потом чуть успокоилась. Ведь хорошо его знала, неоднократно видела дома, да еще и играла на его коленях. Растерла кулачками глазки, откинула упавший на лобик локон темных, уже начинавших виться как у отца волос и, чуть подумав, заметив утвердительный кивок матери, пошла на руки к знакомому человеку.
– Вот и славно, куколка. – улыбаясь погладил ее по головке, – Не стоит бояться. Здесь тебя никто не обидит. Давай-ка мы сядем вот тут, на удобную, мягкую подушку. – помял действительно воздушный матрасик, – не будем ложиться. А я устроюсь рядом. – опустился на корточки. – Мама с папой тоже поблизости. Хорошо?
Девочка, пусть и нехотя, но согласилась, хотя отказалась отпускать Игоря, норовя вновь заплакать.
А дальше случилось нечто, в мгновение ока разрядившее тяжелую атмосферу.
– Бух! – выдала Алиса и разразилась детским хохотом. Зато руку старейшины отпустила.
Присутствующие удивленно уставились на малышку, а родители напряженно переглянулись. Эдик так и вовсе губы поджал, хотя никакой иной реакции на его лице не проскользнуло.
Именно в этот момент секретарь, к тому времени уже устроившийся за столом, стремясь рассмотреть лучше, что же произошло, попытался встать со стула, да зацепившись неизвестным образом ногой за ножку стола, с грохотом повалился на пол.
Игорь кинул беглый взгляд на перепуганных родителей, чуть прищурился и мысленно усмехнулся. Что же, за эту малышку и сам порвет кого угодно. И наверное, так будет правильно. И нет, он не догадался. Вернее, сделал это, но уже давно, просто наблюдая за ней, и был полностью согласен с родителями в необходимости скрывать подобные таланты. Пока есть возможность. Да и им о сделанном открытии тоже знать не стоило. Пусть живут спокойно.
Старейшина мгновенно поднялся, предлагая мужчине помощь, которая, кстати, не понадобилась. Зато обстановка моментально разрядилась, да и девочка тоже осталась в хорошем настроении, окончательно перестав плакать. Кажется, наконец, поняла, что никто ей ничего плохого делать не собирается. Вон даже веселят.
И ритуал начался. Сначала у Ники забрали кулон, сведя пару вместе, запуская в них силу трех сильных магов. А затем плавно развели, велев один из них вернуть маме на шею.
Вероника видела толстый переплетенный жгут из разноцветных потоков, что связал артефакты. Жгут крутился, словно ввинчивался в кулоны, а затем женщина почувствовала небольшое жжение, в груди. Да и таковым его толком назвать было нельзя. Так, немного раздражающий зуд. Зато Алисе, похоже, это понравилось, судя по ее довольному личику и хихиканью.
Вот и хорошо, значит, не болезненно, как щекотку восприняла. Мама облегченно выдохнула и продолжила наблюдать.
Скоро жгут стал истончаться, сокращаться, а после и вновь исчез, оставляя лишь длинную белую полоску магии Искры. Да и та быстро испарилась, вернее, перестала быть заметной даже «видящему оку». Правда, оставила после себя весьма настойчивое ощущение созданной связи.
Что именно в это время делали старейшины, Вероника не знала, все внимание было направлено на чадо и произведенный эффект. Но в том, что это была работа именно магов – не сомневалась.
А затем они переключились и на саму будущую магичку. Выставили перед ней ладони, чем заметно ту позабавили. Хотя тут же девочка напряглась, видимо, поняв, что момент пришел, но плакать не стала.
С рук старейшин потекли цветные ручейки прямо к солнечному сплетению Алисы, обволакивая магический центр, полностью закрывая его несколькими слоями, словно коркой. Малышка сидела в напряжении, будто прислушиваясь к своему телу, так и прижимая к груди плюшевого медвежонка и пытаясь понять, что происходит, но не получалось. Определенно что-то чувствовала, некие изменения, но ввиду отсутствия опыта, не была в состоянии описать или осознать.
А после и вовсе все закончилось, и та с радостью забралась на руки к папе.
–
