Ухмыляясь, он вернулся к установке первой помощи – и даже не бегом. Почти не бегом.
Безупречная, невредимая, не счастливая и не несчастная, она лежала, окутанная светом.
Тихо приоткрылись губы, выпуская хрустальный шепот, несущий выбор. Хотя сейчас она была совершенна, существовала вероятность, что она может стать еще более совершенной, превзойдя произвольные ограничения, установленные ее первоначальной конструкцией. Умнее, быстрее, точнее – эти вещи связаны всего лишь с мелкими изменениями. Способность подчинять событие своей воле, формировать силы разума – это тоже может быть достигнуто, если она того пожелает.
Решить здесь и сейчас: остаться совершенной и столь же совершенно ограниченной – или принять величие и стать чем-то гораздо большим, чем она мечтать могла. Что она выберет?
Окутанная и поддерживаемая светом, она размышляла. И в этот момент раздумья поднялся легкий ветерок, несущий ароматы живой зелени, а свет на секунду перечеркнула тень огромного крыла.
Изумившись, она подняла взгляд – и свет померк, а голос стих. Она услышала переливчатый сигнал и открыла глаза.
Впалые щеки, черные глаза, подвижный рот… Он изо всех сил старался скрыть тревогу, и получалось это на удивление для него плохо. Она велела себе запомнить это выражение лица. Почему-то это казалось важным.
– Кантра?
Тревога просочилась и в его голос. Глубины, да этот человек буквально разваливается на части! Вот что бывает, когда разговариваешь с деревьями.
– А кто же еще?
Она подняла взгляд и увидела, что у нее над головой крышка сочится тошнотворным зеленым светом. Сделав глубокий вдох, она попробовала на вкус корабельные запахи – и тут к ней стремительно вернулась память.
– Ты ранен? – отрывисто спросила она. Джела моргнул и слабо улыбнулся.
– Здоров как бык, пилот.
– Хорошо. Корабль?
– Корабль цел и невредим – и мы на приличном расстоянии, – ответил он. Полуулыбка стала чуть кривой. – В архиве записка от Дяди с извинениями за неудобства. Он благодарит нас за то, что выкурили из норы мятежников.
Она отрывисто хохотнула.
– Вышлю ему счет, – пообещала она.
Ее шутка вызвала у Джелы искреннюю улыбку – и мышцы вокруг его глаз немного расслабились.
– Так, – сказала она, спуская ноги с лежака. – Чай есть?
Чай был выпит вместе с миской пряного риса, приготовленного ее вторым пилотом, который утверждал, что как раз собирался себе его приготовить, когда раздался сигнал, и что ему ничего не стоит удвоить порции.
И вот она прислонилась к стене, закутавшись в халат (сознательно не спросив, как он был добыт из ее каюты), прихлебывала чай и смотрела, как он работает. Она улыбнулась, когда он подал ей миску, и прошла следом за ним в рубку.
Миски уже были пусты, и Джела с Кантрой допивали чай в непринужденном молчании.
Она поставила кружку на колено и махнула свободной рукой в сторону пульта.
– Я так понимаю, ты уже задал курс. Джела чуть смутился:
– Я намереваюсь попасть на Гимлины.
– В моей бальной карточке они еще не попадались, – отозвалась она. – И что интересного на Гимлинах?
– Может быть, контакт, – ответил он медленно и посмотрел прямо на нее. – Я пытался отправить доклад, но не получил ответа.
Это его тревожило. А ее встревожило то, что он позволил ей это увидеть.
– Возможно, – сказал он, но не так, будто сам в это верил, – что мы слишком далеко.
– Возможно, – согласилась она совершенно серьезно. – Глубины порой делают странные вещи со связью. Даже Отмели могут преподносить сюрпризы.
Она допила чай, закрепила кружку, села прямее – и только потом встретилась с ним взглядом.
– Нам надо поговорить.
Он ответил ей кивком. Лицо его стало гладким и вежливым, и такое возвращение к нормальному его поведению вызвало у нее острое сожаление. Похоже, она сильно приложилась головой тогда, на причале у Дяди.
– Прежде всего…
Она подняла руку и указала на дерево, которое стояло в своей кадке, тихое и зеленое, словно на самом деле было растением.
– Что это за штука? И я не хочу слышать слова «дерево».
Джела посмотрел на дерево, о котором шла речь, откинулся в кресле и пригубил чай. Кантра вздохнула.
– Итак?
– Ты сказала, что не хочешь слышать ответ «дерево», пилот. Поскольку это – именно оно, я не знаю, как ответить, не нарушая полученного приказа.
– Твоя монета была бы потрачена с большей пользой, – сообщила она ему, – если бы у меня были основания верить, будто ты хоть раз в жизни точно выполнил какой-то приказ.
Он широко улыбнулся:
– Мне пришлось выполнить немало приказов. Просто у меня нет склонности выполнять глупые.
– Надо полагать, твои командиры в тебе души не чаяли.
– Некоторые – да, некоторые – нет, – спокойно ответил он, быстро указав пальцами себе за плечо: – Вот это – дерево, а если у него есть личное имя или имя его расы, то оно ими со мной не поделилось.
– Дерево-телепат, как я слышала, – сказала Кантра, будто кладя это предположение на стол, чтобы его можно было без спешки рассмотреть.
– А почему бы и нет?
– Это нельзя назвать обычным, – напомнила она. – Откуда оно у тебя? Если ты согласен ответить.
Джела еще раз бросил взгляд на предмет их разговора. Когда он снова посмотрел на Кантру, его лицо было серьезным.
– Я нашел его на пустынной планете – единственное живое существо на протяжении пары дней пути. Была там небольшая драка возле планеты, и меня подбили. Когда я нашел это дерево, то сам был уже в довольно хреновом виде. Оно спасло мне жизнь, и я обещал, что, если меня подберут, я возьму его с собой.
Он посмотрел куда-то вниз – возможно, к себе в кружку.
– Обещал, что доставлю его в какое-нибудь безопасное место.
– Безопасное, – повторила она, вспоминая Фалдайзу, Талиофи, Дядю и дюжину рискованных портов между ними.
– Возможно, – сказал Джела, – что «безопасность» – это термин относительный. Когда я нашел дерево, ему угрожало вымирание. Когда дела обстоят настолько плохо, то практически любое другое место окажется лучше. Безопаснее.
Он снова посмотрел в свою кружку, поднял ее к губам и допил чай.
– Я надеялся, – проговорил он, закрепляя пустую посуду, – найти планету, где у него будет шанс на хороший долгий рост…
– Что нисколько, – заметила Кантра, когда он замолчал, устремив взгляд на пустую кружку, но явно видя что-то иное, – не отвечает на вопрос, что оно такое – и как ему удалось на расстоянии ущипнуть Дядину гидропонику.
Он снова бросил взгляд назад, а потом весело посмотрел на Кантру.
– Я не знаю как именно – и что именно – дерево сделало, – сказал он. – Но меня не удивляет, что оно способно было действовать, чтобы защитить себя – и защитить корабль.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
