И погиб влюблённый Фред, соединившись с возлюбленной сестрой только в смерти - искорёженные проклятиями тела Фреда и Джинни нашли держащимися за руки.
По просьбе безутешного Джорджа их схоронили не в разных могилах, а в одной, и это не вызвало никаких подозрений - ведь они же - брат с сестрой, погибшие одновременно. Ни один преподаватель или Аурор не мог прикрыть их - они шли мстить за замученного Рона и зашли в своей ненависти слишком далеко. Оторвались от своих так, что их фигурки растаяли в море неведомых бестий, инфери и магов в чёрных балахонах и, про их дурацкому обычаю, белых масках. Масочники... Пожиратели... Ох, как же Джорджи ненавидел их всех, но больше - профессора Северуса Снейпа, члена той же же организации, что и он сам.
Ведь именно в этот момент пыток и издевательств над Фредом и Джинни, воспользовавшись заварушкой в лагере Пожирателей, возникшей для Северуса Снейпа непонятно, отчего, он и перешёл на сторону «своих». Северус просочился мимо нескольких лиц в масках и с долгожданным военным победным кличем графов Снейп перебежал, отстреливаясь Авадами от заметивших изменника бывших сомучителей, к ожидавшему его профессору Ремусу Люпину. Тот был единственным, разумеется, кроме главы «Ордена Феникса» Альбуса Дамблдора, поставленного Снейпом в известность заранее, кто вот уже полгода, как знал, что именно в любой сумятице среди Пожирателей произойдёт долгожданное сбрасывание маски, носимой многими годами.
Маски лицемерия, лжи и вынужденных убийств. Убийств, нужных Ордену, и вынужденных, из-за которых он и нужен был Ордену таким - убийцей и... за которые никто из орденцев, за исключением тех же двоих, да ещё МакГонагал, до конца не оправдал Снейпа в собственных глазах. От того и не любил Северус посещать заседания Ордена, что его там особо не жаловали, даже после примеров не подпольного, замаскированного труднопонимаемым орденцами шпионажем, а реальных, поистине героических действий во время Войны, когда Снейп, рискуя жизнью, изничтожал весь Средний Круг, стоя на линии «огня», хождения им в разведку в одиночку, пользуясь лишь обыкновенным одеянием и маской Пожирателя Смерти, заботливо сохранённым всё предвидящим Северусом за те полгода, что прошли от Битвы за Хогвартс до начала последней Войны... Масочник... Он и в Войне остался всё тем же, только перешедшим на другую сторону окончательно масочником. Джорджи и за это Снейпа ненавидел. Пока что ненавидел, но кто знает, в какую сторону повернётся столь подвижный флюгер, как молодой, да юный совсем по магическим меркам мистер Джордж Уизли?
А Пожиратели тем временем, пока сбежал от них масочник Снейп, сгрудились вокруг ненавистных Уизли - чистокровных магов, так и не пожелавших по-хорошему присоединиться к движению Волдеморта. Они, эти Уизли, вперёд многих других были бы приближены к трону Тёмного Лорда, просто за то, что подпали под его власть. За неприсоединение все Уизли, и их дрянная, нищая Нора были под наблюдением Пожирателей. Те только и ждали приказа Лорда либо сразу уничтожить магическое отребье, либо сначала вволю порадоваться их мукам. Теперь каждый желал наложить на юношу и девушку проклятие помучительнее. Так и погибли в муках и страданиях брат и его возлюбленная сестра. Сестра, так и не узнавшая... насколько и как - как женщину - любит её старший брат. - балагур, хулиган и вообще злостный юбочник.
Джордж Уизли же, в свою очередь, более всех на свете любил брата - близнеца, но, конечно, как честный человек, ни разу не говорил об этом любимому. Тем более, он видел, как брат любит, пламенно и нежно, их единственную сестру. Его сердце было крепко-накрепко занято иного рода страстью, такой же неосуществимой, как любовь Джорджа. Но Джордж, хотя бы, был рядом со своим любимым братом большую часть дня, работая в магазинчике Уморительных Ужастиков Уизли, продавая скорее на автопилоте всеразличные прикольные и Ужасно Уморительные фирменные штучки. А настоящее внимание его было приковано, словно грифон на цепи, охраняющий клад, к жестам, голосу, взглядам Фреда, направленным на него, Джорджа, их случайному скольжению, когда нужно было заняться особенно въедливой дамочкой хотящей на грош пятаков или надоедливым покупателем - оптовиком, у которого всё никак не клеился заказ, и он не мог ни на что разродиться. У Джорджа такие разговоры, пересыпаемые фирменными шуточками, приводили всегда к разрешению ситуаций с дамочками, причём обе стороны оставались довольны или большой продаже оптом по розничным ценам приколов собственноручного изготовления. Созданы они были по вдохновенным идеям Фреда. Фред был светлая голова, Джордж же был исполнителем, не более. Хотя… Джордж тоже был светлая голова, но в исключительно в общении с «трудными» клиентами и в бизнесе…
… Глава Ордена так и не ответил на страстный запрос братьев Уизли - не мог же он сказать, что вся работа его соратников имеет, как зуб, два корня. Первый - попытка смещения его, Дамблдора, с поста Директора школы. Но за своё место Альбус толком не волновался, ведь в руках у него были козыри, о которых не положено знать никому-никому, даже его мальчику Севочке. Для собственного же спокойствия Альбуса. Вроде бы магглы говорят: «Меньше знаешь, бодрее спишь», может, «быстрее», в общем, какую-то чушь в этом роде. А второй - именно Северус, его свобода от застенков Министерства и, главное, так и распростёртых для него «приветливых» объятий Азкабана.
Альбус знал, что его мальчика Северуса в Ордене недолюбливают, а потому опять засыпал всех искромётными шуточками с обязательным для всех, даже тех, кому он противопоказан, «арахисом» в виде чрезмерно большого, даже для господина Директора, «же» и «ж». Орденцы медленно, но верно, переваривали арахис, кто с явным удовольствием, кто с миной страдания, но ели все. Питались, так сказать. Орешек же весьма сытный и питательный, вот и вкушайте его все, попавшиеся на уловку хитрого Главы Ордена.
Да, старине Альбусу, как воздух, как вода, как хлеб, как даже... лимонные дольки был необходим живой, толком сам победивший Волдеморта, развеяв его прах по безвременью и вне каких-либо пространств и находящийся вне каких-либо подозрений, его заблудившийся мальчик Севочка. Ради него он и пошёл, и повёл за собою весь «Орден Феникса» на бодание телёнка с дубом.
… Я каждое утро навещаю нумера, ой вей, типун мне на язык, конечно же, покои Северуса, отчитываю Линки за непротопленные к моему приходу камины и залитые цветы, которые домашний эльф механически поливал ежедневно, а ведь так и погубить цветок можно, перегниёт его корень в прелой, излишне увлажнённой земле. Я же хочу, чтобы к обязательно состоящемуся возвращению моего мальчика Северуса в его апартаментах было всё по-прежнему, словно бы он и не покидал их вовсе никогда, разве что на месяц отлучаясь в родовой замок.
