Холодная луна безразлично озаряла медленно скользящие по степи тени. Двое беззвучных следопытов распутали клубок следов у ручья и быстро определили место возможного ночлега загоняемой дичи. Люди с обнаженной сталью медленно стали окружать один из невысоких холмов, выверяя каждый шаг, стараясь не треснуть не вовремя попавшей под ногу веткой…
– Что вас так тревожит, почтенный Гаттарам?
– Рано мы тебя отправляем, слишком рано. Ты только встал на ноги, а переход дальний…
– Не волнуйтесь, я до обряда уже вполне выздоровел, а уж после такие силы у меня появились! Как на крыльях готов лететь!
– Ладно тебе, на крыльях. Ножками пройдешь большую часть пути, ножками. С тобой будет еще девять гномов. Ты десятым. Вот только боевого опыта у тебя нет, поэтому десятником я поставил Опалыша…
– Добрый воин, я с ним караваны водил.
– Да, добрый. Остальные не хуже. К сожалению, больше тебе в подмогу я никого дать не в силах. И так эти души придется расписать по работам в дальних штреках. Одна надежда, что по дальним шахтам родня и преданные мне люди не выдадут.
– А что со мной?
– Тебя заменили чахоточным. Старик совсем истомился, родные не узнают в лицо. Личный амулет мы спрятали, опознать не получится. Поэтому ты сейчас в бреду лежишь в глубоких ярусах, под присмотром доброго Гурдо. Пусть помогут вам боги, чтобы вы прошли тихо – как мыши. Никто из наших не должен вас случайно увидеть. До Малых Снегов тайными тропами – неделя пути. Там возьмете лошадей, уже все готово. И к Хмурому в Город павших. Дикий вождь вас укроет на какое-то время. Осмотритесь, разберетесь, как поиски организовать.
– Все будет хорошо. Мы обязательно найдем Его.
– Я верю тебе, Глонг. Если вы не найдете, огромные труды пойдут прахом. Но не забывай! Сюда вести Его пока нельзя. Совет не готов не то что властью поделиться, совет не готов даже принять претендента. Поэтому постарайтесь уговорить человека поселиться рядом со сторожкой в Малых Снегах. Там место тихое, можно будет переждать зиму. Весной ситуация станет более понятной.
– А с орками что?
– С орками сложно. Они рады оружию, но ваш отряд идет туда в качестве просителей, за вами будут смотреть. Постарайтесь не показать, зачем мы ищем этого человека.
– Тяжело… Мы будем обязаны передать Ему оружие и доспехи. Понимающий в этом воин легко разберется, что за металл мы приносим в дар.
– Придумайте там что-нибудь. В любом случае, ваша задача – охранять жизнь нашего будущего Повелителя. Охранять жизнь, а не ввязываться в драку, которую затевают у наших южных границ.
– Я понял.
– Вот и хорошо. Доспехи упакованы, лично за них отвечаешь. Вот еще… – Гаттарам осторожно достал из кармана застывшую стальную слезу на витой цепочке. – Хранители библиотеки утверждают, что этот амулет спрячет истинного сына от любой магии…
Глонг с поклоном принял невесомую вещь, аккуратно уложил ее в кошель, повесил на шею и спрятал под легкую броню. Гаттарам обнял невысокого гнома и выпустил его в низкую залу, где уже ждали девять воинов маленького отряда. Через полчаса их факелы освещали стены бесконечных туннелей, ведущих к дальним южным границам Города-государства.
Сильно постаревший за эти дни верховный магистр Верхних Ярусов обессиленно присел рядом с рабочим столом. Губы беззвучно шептали:
– Пусть помогут вам все боги! Пусть этот странный человек окажется истинным Сыном Владыки, носителем крови избранных! Если мы ошиблись, судьбы многих будут втоптаны в камень… Когда еще надежда заглянет в наши темные пещеры…
Раскрашенный яркими красками шаман неодобрительно скосился на сидящего напротив него вождя.
– Ой, великий вождь, сожрет тебя этот дым! Пристрастился ты к недоброму зелью, лучше бы молодых самок покрывал!
– Если тебе надо еще табаку – скажи. Я поделюсь. А молодых самок нужно на той неделе на север отправлять… Вместе с молодняком и остатками Диких… Люди скоро пойдут в степь… Нам нежить поднимать… Нехорошо, если молодняк останется в эти дни здесь, среди мертвых стен…
Глубокие морщины бороздили мохнатый лоб Многоголового, тяжкие думы ворочались в его голове.
– Чем на мою трубку коситься, лучше расскажи, как там остальные шаманы поживают? Что подумывают, что поделывают?
– Пока молчат, ждут возвращения посольства. Дымы костров поведали, что оружие наши братья везут, обещанную помощь от Хранителей. Будем готовить следующие караваны за доброй сталью и машинами метательными. Будем учеников туда отправлять. Времени совсем ничего осталось.
– Это я уже слышал. Меня больше мои мохнатые заклинатели духов беспокоят.
– Большой Совет пока молчит. Даже самые толстолобые понимают – без тебя не выстоять. Поэтому пока смирились, на будущие дни надеются. А из самых опасных вне шаманов – только Дикий вождь. Но он в эти дни без поддержки, войска за ним не пойдут. Только если ближе к весне, когда силу наберет, себя в битвах покажет…
– С Хмурым плохо. Я обещал ему родных найти. Обещание пока не сдержал. Если выполню, верным братом мне станет, грудью закроет…
– Мы обшарили степь, их следов нет…
– Я зашел до тебя к Поющим, они подали весточку. Один дозор пересекся с ящерами, которые идут к нам на подмогу. Те видели пару кочевий у истоков Сестер. Малая часть Диких ушли туда, к воде, в камыши. Правда, клан Хмурого в эти безопасные места до сих пор не добрался. Я приказал дозору пройти рядом с западной границей. Если где есть родичи Дикого, так только в тех краях…
Орки замолчали, прислушиваясь к пению ветра за стенами юрты…
– Ладно, пойду отдыхать. А ты слушай вокруг, ни словечка не забывай. Все сгодится в будущем… Как послы вернутся, начнем готовиться к большой пляске, надо встряхнуть залежавшиеся на кладбище кости… Не думал, что плечи моих воинов в битве будут подпирать души умерших…
Глэд распахнул пустые глазницы. Что его разбудило? Звук?.. Нет, тихо вокруг, лишь ветер нашептывает что-то травам… Движение? Не похоже. Лошадь у дальних кустов копытами переступила. Степная мышь у соседнего камня колосок в норку тащит… Тишина и покой… Что же разбудило?..
Глэд осторожно оставил укрывавший его плащ и медленно пополз к ближайшему кусту. Какое-то странное чувство не давало лежать на месте… Добравшись до зелени, он собрался комком, подобрал под себя ноги и медленно перекатился, сев на широко расставленные пятки. Что-то тягучее, что-то поющее беспокоит его… Тягучее… Лук! Натянутый лук! Именно так поет дерево, когда натягивают лук!!!
Глэд всмотрелся в окружающую его тьму, отрешаясь от серебряных теней, гуляющих под ветром в свете луны. Почти сразу выступили перед ним несколько темно-багровых пятен, застывших на границе проплешины. Застывших перед финальным броском.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
