— повисшее молчание прервал голос женщины. Госпожа Ветрова была уже старушкой, когда ее убили в собственной особняке примерно полчаса назад. Эта же дама еще не подошла вплотную к «почтенным годам», но уже получила обязательные глубокие морщины, холодную остроту глаз и грубую кожу на пальцах, которая собиралась в «гармошку» всякий раз, когда дама указывала на кого-то пальцем. И в тот момент, она указывала прямиком на Григория.
— Довольно интересная теория, представьтесь, пожалуйста, и обоснуйте ее, если вас не затруднит, — сыщик обошел стороной Маргариту Андреевну и направился к девятке свидетелей.
— Валентина Семеновна, вдова Красицкая, — она даже не говорила, скорее шипела. Любому стороннему наблюдателю, вдова в строгом черном платье с утонченными манерами, идеальной осанкой и длинной белой шеей напомнила бы ядовитую змею. Впрочем, сыщика не пугали такие «персонажи» и он вплотную подошел в женщине, от которой почти все остальные предпочитали держаться на расстоянии пяти вытянутых рук.
— Сестра Валерия Семеновича? — дама обескураженно уставилась на сыщика. — У вас поразительное сходство. Жесткие черты лица и сильный характер. У обоих шершавые, стертые ладони. Значит в детстве родители заставляли заниматься тяжелым трудом, не желая вырастить чванливых представителей высшего света. Вы удачно вышли замуж, брат смог устроить свою жизнь трудолюбием. Своих родителей вы недолюбливаете, но благодарите каждый день за тяжелые уроки, сделавшие вас настоящими людьми. Это дело вы уже раскрыли самостоятельно и теперь вам не терпится блеснуть своим умом и убедить меня в том, что вы здесь спокойно бы сами справились.
— Валентина, она такая, — не смог сдержать смешок Валерий. — Это вы точно подметили.
— Прекрасно, — расплылся в улыбке Григорий. Тогда, не станем терять времени. Расскажите, пожалуйста, как же произошло убийство и кто повинен в гибели госпожи Ветровой.
— Извольте, — съязвила вдова, направляясь к телу.
*Оставшееся время: 16 минут.*
Валентина Семеновна, выпрямив спину и вздернув подбородок, направилась к лежащей на полу госпоже Ветровой. Григорий уже успел осмотреть тело жертвы и сделать необходимые выводы, а после попросил офицера Петра Олеговича накрыть несчастную своим пиджаком. Усатый мужчина тут же согласился, стараясь всем своим видом показать скорбь и непричастность к случившемуся.
Вдова даже не вздрогнула, когда коснулась пиджака и брезгливо, но без страха, оттянула его в сторону. Несколько секунд разглядывала тело с ранами на шее, плече и руке, а сыщик в это время рассматривал реакцию остальных гостей. Все, как завороженные, разглядывали труп, кроме отца Никодима, продолжающего свои молитвы Всевышнему.
— Ну вот же, — с видом любительницы детективных романов, Валентина Семеновна чуть опустилась вниз, некультурно указывая пальцем на шею потерпевшей. — Смотрите, какая уродливая, страшная рана. Прямо в горло ударил пожилую женщину. Госпожа Ветрова высокой дамой была, тут не каждый человек бы справился. Нужно высоким быть, статным. Посмотрите на женщин в этой комнате, господин сыщик. Никто из нас не смог бы такую рану нанести! Это ясно как день! Уж не знаю, чему вас учат в академиях сыска, но явно не тому, как строить догадки исходя из фактов.
С триумфальном видом Валентина Семеновна поднялась и все тем же знаменитым жестом указала на дворецкого Алексия, который был самым высоким из всех десятерых собравшихся.
— Наилучший кандидат, это вот мужик этот. Служил при госпоже дворецким, а мнил себя барином! Это всем известно. Его бы лучше первым допрашивали.
— Всему свое время, — Григорий успел заметить, как побелел молчаливый дворецкий, только о нем зашла речь. — Вы, правы, конечно же, Валентина Семеновна.
— Вот именно! За вас работу делаю, — вдова наслаждалась триумфом, пускай и не долго.
— Но…
— Какие еще «но»?
— Что, если госпожа Ветрова сидела? — Григорий легонько подтолкнул вдову, та от неожиданности оступилась и уселась на невысокую кушетку. — К примеру, на вот этой вот кушетке. И тогда, — сыщик вскинул руку вверх и почти ударил в шею даме, от чего та зажмурилась и закричала.
— Да что вы себе позволяете? — вступилая за сестру Валерий Семенович. Здоровенный детина и в прошлом неплохой рукопашный боец, все же не решился сделать даже шаг к обидчику своей сестры, предпочитая критиковать издалека.
— Ничего страшного, простой следственный эксперимент. Глядите, — Григорий повернулся так, чтобы девять свидетелей точно видели происходящее. — Если бы госпожа Ветрова сидела на кушетке, любой рост подошел бы для такой гнусной атаки. Да и потом, на ободке как раз осталась кровь, возможно, именно ее.
— Ай! — Валентина Семеновна вскочила с завидной для ее возраста прытью и оказалась за спиной Григория. — Где? Почему вы раньше не сказали?
— Вот, — сыщик указал на россыпь крохотных капель на деревянном ободке кушетке. — Убийца вряд ли это заметил, иначе бы попытался затереть. Хотя, может времени не было. Кто из вас первым нашел жертву, напомните?
— Мы с отцом Никодимом как раз отправились искать госпожу Ветрову, — кроткая девушка невысокого роста подала голос. — С вами еще не знакомились, меня зовут Ольга Михайловна. Я кузина госпожи Ветровой, хотя до сегодняшнего дня еще ни разу не видела.
— Вы точно не под подозрение, милочка, — мягко заверил ее городничий. — Может отпустить ее, господин Григорий? Девочка же совсем.
— От крови ее не мутит и в обморок она не соизволила упасть, — пожал плечами сыщик. — Значит, либо сама убийство совершила, либо раньше свидетелем была подобных картин.
— Мой отчим кем-то вроде вас работает, — кивнула девушка. — Изредка маменька меня отправляет к нему в бюро, когда не с кем меня оставить. За несколько лет я картины выразительнее видела, чем вот эта. Да и грустить не получается, я тетю не знала совсем. Грустно, что человека не стало, но до обморока такое меня не доведет.
— Вот как? Ну что ж, тогда позвольте мне продолжить расследование. Поблагодарим Валентину Семеновну за ее теорию, но на данный момент не будем торопиться с выводами. Ольга Михайловна, прошу, подойти ко мне.
Сыщик, как ни в чем не бывало, отправился обратно к своему излюбленному столу, оставляя тело на полу, а недовольных свидетелей у камина. Вдова Красицкая еще хотела что-то возразить, но увидела суровый взгляд брата и решила больше не выступать. Передумала только в последний момент, когда Ольга Михайловна уже готова была отвечать на первый вопрос:
— Вы дворецкого все же допросите, — сухо крикнула она.
— Обязательно, обязательно, всему свое
