моего.
Как только Антонина встала рядом с Анной, Имри пошла за Алисой. Платье полуфеи выглядело, словно сотканное из сверкающих кристаллов, сплетённых вместе и облегающих тело. Длинные серебристые волосы свободно свисали по спине. Мелкие цветы в её волосах прекрасно оттеняли платье, а лианы, обвивавшие предплечья, образовывали косу, поднимавшуюся до плеч.
Алиса сияла, стоя напротив Анны, по другую сторону от меня, и казалось, что от волнения чуть не выпрыгивала из своего наряда. Она бросила взгляд в сторону входа, и я увидел приближающуюся Лилию.
Из всех женщин Лилия оказалась одета наиболее близко к традиционному свадебному платью. Юбки имели сзади разрез, чтобы хвост мог свободно развеваться, и меня позабавило, что она вплела в мех ленточки. На каждом из её остроконечных ушей красовались банты, и она практически тащила Грига к алтарю, вместо того чтобы позволить ему сопровождать её.
Группа сместилась так, что Анна оказался рядом со мной, а Лилия — рядом с Алисой, оставив свободное место для Юлии. Они расположились в форме буквы V вокруг Маледикт и подиума. В нетерпении поискал глазами Юлию, желая увидеть последнюю из своих невест.
Её тоже сопровождала Имри. Я не чувствовал себя достаточно близким с Меридой, чтобы предоставить ей полноценное место на свадьбе, хотя сейчас она стояла на особо почётном месте рядом с Трак, Лугом и Дерпом, чтобы присматривать за ними. Мне и в голову не пришло бы в такой день бросить дома своих верных спутников.
Платье Юлии мерцало малиновым цветом, словно нарисованное на теле, плотно обнимая её изгибы и выставляя их на всеобщее обозрение. Она изящно скользила рядом с Имри, и также, как у дракона, её глаза засветились печалью, когда она оглядывала призраков, которые показывали ей башни.
Спохватившись, что не подумал о том, как Юлии может быть больно видеть своих ушедших близких в магии, чуть не выругался, но Анна протянула руку и сжала мою ладонь в своей. Её крепкое пожатие помогло прийти в себя, и я с тихим вздохом выпустил своё беспокойство.
Теперь все возлюбленные стояли передо мной, и мы повернулись лицом к Маледикт. Имри прошла вперёд и встала рядом с фиолетовой драконицей, чтобы помочь ей в проведении церемонии.
Маледикт открыла рот, чтобы начать, но остановилась, когда над нами пронёсся порыв ветра. Воздух глухо загудел. Над головой образовались облака, начав закручиваться в спираль. Я поднял руку, прикрывая глаза, и попытался определить источник возмущения. Где-то над нами формировалась мощная сигнатура маны.
Казалось, весь Тарил содрогнулся от происходящего.
Деревья высотой с небоскрёб заскрипели, раскачиваясь и заметно дрожа под напором ветра. Загремели раскаты грома, ослепительные молнии вспыхнули между вращающимися фронтами бури. Маледикт и Имри подняли руки, словно накладывая защитные чары на свадьбу, и не только они.
Подождите! — внезапно воскликнула Анна.
Я растерялся от внезапной радости, промелькнувшей на лице эльфийки, а затем услышал знакомый писк, и мягкий мохнатый шарик врезался мне в грудь, как пушечное ядро. Отшатнувшись на шаг назад от неожиданности, тут же потянулся, чтобы провести пальцами по мохнатой спинке Ангелины.
— Я… я думал, ты ушла? — прошептал в недоумении. Горло перехватил спазм.
Ангелина шмыгнула носом, закатила глаза, а затем высунула розовый язычок, издав низкий звук. Она шустро проползла по моей груди и с видимым облегчением плюхнулась на голову. Я даже немного прослезился, когда маленькая лапка погладила меня по волосам.
— Ладно, наверное, я тупой, — согласился с белкой, — и должен был знать, что ты никогда не пропустишь мою свадьбу. Что такое разрушение целого мира для богини⁈
Щебетание Ангелины показалось мне слишком самодовольным, но это всё мелочи. Я снова повернулся к окружающим меня дамам: — Простите, что прервал церемонию. Фрейлина немного опоздала.
По собравшейся толпе разнёсся взрыв смеха. Но я был не единственный, кто выглядел готовым расплакаться. Алиса откровенно вытирала глаза, а лицо Антонины светилось от радости. Лилия тихонько охнула, Юлия же просто сияла.
Я ещё раз огляделся, чтобы убедиться, что никто не отвлекает, и увидел, как Фиби заняла место рядом с коляской, в которой лежали близнецы. Она пристально оглядывала толпу; приёмная сестрёнка наконец-то нашла тех, кого будет опекать и защищать.
— Лучшего хранителя для своей семьи нельзя и желать, — подумал я, а затем вновь обратил внимание на Маледикт.
Пурпурный дракон посмотрела на чистое небо, затем на Ангелину. Наконец она покачала головой и подняла клинок с алтаря. Взяв его в руки, влила ману в оружие, и атам начал светиться.
— Пусть все, кто желает оспорить этот союз, говорят сейчас или замолчат навеки. Мы собрались, чтобы соединить лорда Сильверхэнда с его невестами, и все, кто противится их любви, должны встретиться с нашей объединённой силой, если хотят положить конец этому процессу.
Драконье пламя взметнулось по её руке и перетекло на клинок, образовав искрящуюся ауру, выходящую далеко за пределы его острия. Имри тоже протянула руку к рукояти, и вскоре в воздухе заплясали языки пламени цвета слоновой кости.
В лесу вокруг воцарилась мёртвая тишина.
Когда драконы опустили клинок, снова положив его на стол, Маледикт оскалилась в зубастой улыбке и подмигнула.
Поскольку никто не вышел вперёд, мы, пожалуй, начнём.
Глава 40
Маледикт перевела взгляд на меня: — Иван Стрельцов, лорд Сильверхэнд, Повелитель Демонов Тарила, ты созвал народ Глэйда, чтобы засвидетельствовать своё единение с этими женщинами, твоими Генералами. Узы магии и любви объединили вас, и теперь вы хотите сделать это соединение официальным. Так ли это?
У меня пересохло во рту, я совершенно забыл, что нужно сказать, но каким-то образом слова сами собой сорвались с уст: — Верно, да.
— Чёрт, только бы закашляться, — промелькнула мысль, и сердце молотом заколотилось в ушах. Несмотря на нервозность, взгляды, которые окружающие бросали на меня, убеждали в том, что я, по крайней мере, не выставил себя дураком.
Маледикт склонила голову в мою сторону, затем повернулась к Имри. — Веревка.
Пока Имри разматывала шёлковую веревку и скручивала её в петлю, чтобы продеть вокруг моих запястий, Маледикт продолжала говорить: — Пусть эта веревка олицетворяет вашу любовь и единство. Когда мы будем связывать вас вместе, произнесите клятвы, которые вы приготовили. Мы начинаем с Юлии, нашей целительницы.
Имри не спеша протянула веревку от моих рук к Анне, Антонине и Юлии, обвязав их запястья, а Маледикт забрала другой конец и обвязала его вокруг запястий Алисы и Лилии. Когда все были связаны, драконы свели концы вместе и соединили
