сплющился, будто из него выпустили воздух. Разговаривать тут больше было не о чем. Не прощаясь, мы покинули дом «опекуна», но меня до сих пор потряхивало. Что было бы, если бы я не встретила Рикарда?
Пожалуй, сейчас я уже была бы замужем за мерзким Асбертом Пелианом. Кошмар!
От одной только мысли меня передёрнуло, я повисла на локте Рикарда, и он помог мне сесть в экипаж.
– Теперь всё будет хорошо, Изабель, – проговорил тихо, когда мы тронулись, и погладил меня по руке.
Мы немного помолчали, а затем я вдруг вспомнила:
– То, что ты сказал вчера… Когда я засыпала. Это правда или это просто воля истинной связи?
Дракон задумался, но как будто только для вида.
– Мне кажется, то, что я чувствую к тебе, уже давно перекрыло истинную связь.
Он сказал это спокойно и взвешенно – так, что я сразу поверила, что это абсолютно искренне. Более того, я чувствовала примерно то же, метка больше не напоминала о себе, когда Рикард был рядом, как будто в этом теперь не было необходимости. Честно говоря, я даже не вспомнила о ней утром. Надо бы проверить, пропала ли она, как говорят, или ещё осталась? Любопытно, но не более. Потому что я для себя всё уже решила.
– Я тоже тебя люблю, – ответила тихо, но мои слова прозвучали удивительно чётко, словно вокруг не было больше никаких звуков.
Эпилог
Казалось бы, я хорошо знала этот храм, но сегодня словно видела его впервые. Всё выглядело иначе, даже свет, струящийся сверху через огромные стрельчатые окна, вырисовывал на полу какие-то удивительно причудливые узоры.
А может, у меня просто плыло перед глазами. Служительницы пели в глубине зала, и их голоса, сливаясь в одну прекрасную мелодию, наполняли воздух невесомым звоном.
Я шла к Рикарду, который стоял перед торжественно одетым служителем, и почти не чувствовала под собой ног. Моё небесно-голубое платье невесты казалось самым ярким пятном в этом хрустальном пространстве и приковывало к себе все взгляды. Гости улыбались, глядя на меня, тихонько переговаривались. Сатина, Илестия и даже Беатрис, которую я отыскала в бухте Креит. Она всё-таки добралась до своего возлюбленного, но он не смог приехать из-за службы.
На почётных местах – родители Рикарда: его матери на время пришлось смириться с присутствием бывшего мужа поблизости. Она даже сохраняла вполне отстранённое выражение лица, хоть и явно нервничала. Наше знакомство случилось не так давно, но я уже успела понять, что она женщина хоть и импульсивная, но беззаветно любящая сына. И если бы я приехала к ней с письмом от него, она точно приняла бы меня как родную.
С другой стороны, где положено было бы сидеть моим родителям, расположился король Дартас, а рядом с ним – официально провозглашённая невеста Вивелия шан Дегрейн. Кажется, тревога наконец пропала из глаз сестры Рикарда, и она выглядела вполне счастливой. Об их свадьбе уже было объявлено, но такая церемония требовала очень тщательной подготовки.
Наконец я остановилась рядом с Рикардом и тихо вздохнула, стараясь не выдать волнения. Служитель благостно улыбнулся, слегка раскинул руки, будто хотел нас обнять, и заговорил:
– Пред взором и волей Трёхликого дракона, светлейшего и сильнейшего во всех мирах, стоят сегодня те, кого судьба накрепко соединила и поведёт дальше по жизни рука об руку…
Что он говорил дальше, я уже не слушала – поняла вдруг, что почти забыла слова клятвы, которую мне следовало произнести. А затем встретилась взглядом с Рикардом – и позабыла даже то, что ещё помнила. Он был так ослепителен в парадном мундире, который оттенял смуглость его кожи и драконий отблеск в глазах. Рикард смотрел на меня, и по его губам блуждала задумчивая улыбка.
Мы так увлеклись друг другом, что едва не пропустили тот миг, когда служитель призвал нас произнести клятвы. Моя очередь была первой. Пока я говорила, в горле становилось всё суше, а под конец и вовсе едва не расплакалась.
Золотой браслет ласково холодил кожу, и только поэтому я ещё сохраняла какую-то видимость спокойствия, хоть от волнения готова была упасть в обморок.
За время подготовки к свадьбе между нами произошло уже очень многое, но до сих пор в присутствии моего дракона я чувствовала себя так, будто это всё сон. Какой-то чудесный, совершенно нереалистичный.
И сегодня был самый настоящий апогей.
Когда Рикард произнёс свою клятву, нас пригласили в церемониальный зал. Тот самый, откуда всё и началось, вся вереница событий, которая свела нас с Рикардом, связала крепче самой прочной верёвки.
Когда источник раскрылся перед нами, что-то в груди ёкнуло. Неужели когда-то я готова была испортить чью-то свадьбу? А если кто-то вдруг решил бы испортить мою?
Теперь мне было так совестно, но в то же время я понимала, что моя жизнь всё равно не сложилась бы по-другому.
Служительница связала наши с Рикардом запястья шёлковой лентой с нанесёнными на неё магическими символами, и мы вместе опустили руки в чашу. Она вспыхнула ослепительным сиянием мгновенно. Даже гости поражённо ахнули – настолько мощной оказалась реакция магии, и такого фейерверка не ожидал даже служитель, который слегка отшатнулся.
Когда искристое пламя вокруг нас немного опало, мужчина взял себя в руки и торжественно провозгласил, чтобы было слышно всем:
– Властью, данной мне Трёхликим, при свидетельстве его чистейшей магии и всех почётных гостей, я провозглашаю Рикарда шан Дегрейна и Изабель Лавальер мужем и женой!
Мы вынули руки из источника, и оказалось, что лента растворилась. Но наши запястья ещё оплетала призрачная нить, состоящая из тысяч крохотных жемчужин. Ещё пару мгновений она мерцала, а затем словно впиталась в кожу.
– Вы закончили? – не сводя с меня взгляда, спросил Рикард у служителя.
– Э-э, – слегка растерялся тот. – Да.
– Ну наконец-то! – Дракон потянул меня к себе. – Наконец-то я могу поцеловать свою жену.
Я прильнула к нему всем телом, чувствуя, как наши сердца бьются сейчас в одном ритме. И была уверена, что так они теперь будут биться всю жизнь. Вместе. Потому что, где бы я ни была, я всегда найду дорогу к своему истинному.
