Наконец показалась неоновая вывеска мотеля, и Лие полегчало. Когда машина остановилась на грунтовой стоянке, она открыла дверцу и пулей вылетела наружу.
— Спасибо, что подвезли, — бросила женщина, стараясь не глядеть на парня и Диего.
— Да не за что, блин! — отозвался мальчишка, а Мадера лениво вскинул руку.
Из кабины выбралась Мариса и, к ужасу Лии, явно вознамерилась напоследок перекинуться парой слов с юным водителем. Писательница решительно отпихнула подругу и захлопнула дверцу.
— Счастливого пути! — крикнула она и взмахнула рукой. Из отъезжающего пикапа донесся заливистый смех парнишки.
— Ты, наверно, здорово устала, — заметила Мариса, пока они смотрели вслед удаляющимся огням машины. — Всю дорогу молчала.
— Даже с собакой не сравнить, как устала, — проговорила Лия и двинулась к их номеру. У двери она рухнула в металлическое кресло за столиком. — Но в основном из-за всего этого… Черт, даже не знаю, как назвать-то. Из-за магии?
— Магии, — эхом отозвалась Мариса, устроившись в другом кресле.
— Ну, ты поняла. Иные миры и зверолюди, парящие и падающие тела… и прочее-прочее. После таких приключений во всем начинаешь сомневаться. Взять хотя бы этого мальчишку-водителя. Вроде обычный пацан, но, как ты думаешь, что он за животное на самом деле?
— Вовсе не обязательно ему быть каким-то животным! — возразила Мариса.
Лия выдавила улыбку.
— Да, конечно. С мистером-то Голова Пумы в качестве босса. — Она вздохнула. — Я вправду не знаю, чему теперь и верить.
Подруга какое-то время внимательно смотрела на нее, затем уставилась в темноту.
— А тебя ничего из происшедшего вроде не смутило? — поинтересовалась писательница.
— И да, и нет. Все это… Слушай, если тебе хочется, чтобы все снова стало нормальным, так и будет, достаточно лишь предоставить событиям развиваться своим чередом.
— Что ты хочешь сказать?
— Не знаю почему, но мозги у нас так устроены, что мы естественным образом забываем все необычные события в своей жизни. Похоже, мозг просто списывает подобное в архив, как неприемлемое для себя. Да и большинство людей чувствуют себя гораздо спокойнее, не заморачиваясь на всякие загадки. А вот если ты захочешь все запомнить, тебе придется постараться, иначе придумаешь какое-нибудь правдоподобное объяснение пережитым чудесам и они сами собой померкнут в памяти. И гораздо быстрее, нежели ты можешь вообразить.
— Даже представить себе не могу, что забуду сегодняшний день.
— Забудешь-забудешь, если пустишь на самотек. Джилли говорила то же самое мне и Алану после истории с нуменами Изабелл — и мы ей точно так же не верили. Но буквально через несколько дней ощутили, как события начинают стираться из памяти. И тогда мы договорились регулярно обсуждать их между собой и с Джилли. Теперь-то, думаю, то приключение основательно засело в нашем сознании.
Лия спрятала лицо в руках.
— О боже. Джилли. Стоит мне вспомнить, сколько я издевалась над ней за ее байки про фей, привидения и… Как там она называла тех чудных девиц, что живут в брошенных автомобилях? Гамми-что-то-там…
— Геммины[37].
Писательница опустила руки.
— Значит, все это правда? Картины Джилли, рассказы Кристи?
Мариса улыбнулась:
— Насчет Джилли — да. А истории Кристи, пожалуй, стоит воспринимать с некоторым скептицизмом. Он любит присочинить.
— Боже, поверить не могу, я попала в рассказ Кристи Риделла!
— Не самое худшее, что может случиться! — прыснула Мариса.
— Кажется, я поняла, — озарило Лию. — Поняла, почему они рассказывают сказки, почему Джилли рисует картины. Это их способ не забывать, пересказывать эти истории повсюду, чтобы они стали частью нашего мира, а не только странного и таинственного места, которое существует где-то на его задворках.
— Ну да, — кивнула подруга, хотя и с некоторым сомнением. — Правда, лично я не уверена, что рассказывать такие истории — хорошая идея.
— Почему?
— Понимаешь, некоторые из этих существ — этих людей — мои друзья. И если они хотят сохранить инкогнито, какое я имею право трепаться? Только им решать, когда раскрываться — и раскрываться ли вообще.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Лия задумалась, затем медленно кивнула:
— Я испытала нечто подобное, когда до меня внезапно дошло, что я могла натворить, если бы мы и вправду нашли здесь Джексона Коула!
— Именно. Но если ты выкинешь все сверхъестественные события из своей книги, это не очень здорово скажется на сюжете. Как думаешь?
— Да я не уверена, что хочу написать еще одну книгу про «Дизел Рэтс».
Мариса удивленно вскинула брови, но прежде чем Лия успела объясниться, их внимание привлекли фары заворачивающей на стоянку машины. Писательница мигом вспомнила про отшельника, с которым познакомилась прошлой ночью, но автомобиль оказался другим — седан, а не пикап. Тем не менее, когда он остановился на парковочном месте их номера, из него вышел именно Эрни.
— Да это же наша прокатная старушка! — озадаченно воскликнула Мариса.
Эрни взглянул на женщин поверх машины и прикоснулся пальцем ко лбу:
— Леди, я полагал, вы уже седьмой сон видите!
— Привет, Эрни! — отозвалась Лия. Она представила его Марисе и поинтересовалась: — А где ты нашел эту машину?
Мужчина обошел автомобиль и направился к подругам.
— Алехандро — тот парень, что подвозил меня прошлой ночью, помните? — так вот, ему позвонил Морагу и попросил перегнать ваш автомобиль от дома Эгги к мотелю.
Он покачал головой:
— Ужасная история все-таки с ней приключилась. Эгги — хороший человек. Рад, что она поправляется.
— Она нам очень понравилась, — закивала Мариса.
Эрни положил ключи от машины на столик, подтащил еще одно кресло и сел.
— Эгги все любят, — согласился он. — Кроме, пожалуй, той психованной девчонки, которая напала на нее.
— Не думаю, что все так просто, — заметила Мариса.
— Просто никогда не бывает.
На какое-то время воцарилось молчание.
— Кстати, Эрни, — заговорила наконец Лия, — спасибо, что посоветовали нам «У Джерри». Вчера утром именно такое местечко нам и требовалось! И еще мы с удовольствием поболтали с вашей приятельницей Дженис.
— О да, интересная барышня, — отозвался мужчина с неподдельной теплотой в глазах. Затем он сменил тему: — Ну и как продвигаются поиски вашего музыканта?
— Да зашли в тупик.
— Наверно, в вашей сфере это в порядке вещей.
Лия кивнула:
— Но я хотела бы продолжить тот наш разговор о происходящем в пустыне.
Эрни покосился на Марису и снова сосредоточил внимание на писательнице.
— Я думаю о том, что вы рассказали. Не могу выкинуть это из головы, — добавила та.
Мужчина кивнул и произнес:
— Я немного устал.
— Ах, я не собиралась приставать к вам с расспросами прямо сейчас. Может, завтра, в первой половине дня, например?
— Без проблем.
— Э-э… Лия, — вмешалась тут Мариса. — Завтра днем у нас рейс, а нам еще возвращаться в Лос-Анджелес.
— Знаю. Я не поеду.
— Но…
— Не беспокойся. Алан получит свою книгу, хотя, может, и не совсем ту, на которую рассчитывает. Я могу и, пожалуй, хочу протянуть связующую нить от первого увлечения «Дизел Рэтс» до своего теперешнего местонахождения.
— Я беспокоюсь не о книге. Я беспокоюсь о тебе. Это серьезное решение.
— Да, мамочка.
— Я серьезно, Лия, — нахмурилась подруга.
Эрни поднялся, улыбаясь краем рта:
— Пожалуй, оставлю вас за дружеской беседой.
Лия кивнула:
— Но когда вам удобнее всего будет встретиться?
— В любое время после часа дня, — неуверенно ответил мужчина.
— Прекрасно, — улыбнулась писательница.
— Тогда до встречи, — ответил Эрни и понес кресло обратно к соседнему номеру.
Мариса дождалась, когда он скроется за своей дверью, и снова обратилась к Лие:
— И когда ты решила застрять здесь и заняться этими мигрантами?
— Буквально в последние пять минут. Но размышлять о другой книге и других планах я начала с той минуты, когда устроилась вот тут с блокнотом вчера ночью. Прости, что обрушила на тебя вот так, без предупреждения.
