Некоторое время она водила пальцами по клавишам. На экране сменялись какие-то неразборчивые картины, Кирилл не успевал ничего разглядеть.
- Вот, - сказала женщина и убрала руку с клавиш, положив ее Кириллу на второе плечо.
Кирилл увидел дикие горные склоны, обожженные солнцем. Изображение металось, видимо, камера была установлена на машине или даже на шлеме бойца. В какой-то момент стали видны каменные развалины, занавешенные пылью.
- Это прямая трансляция, - пояснила Миоланта, и Кирилл почувствовал, как ее руки спустились немного ниже плеч - на грудь.
На экране начало что-то происходить. В кадр то и дело попадало солнце, оставляя размытые пятна, но Кириллу все равно удалось разглядеть группу одетых в лохмотья людей, которые веером разбегались по склону горы.
Вот один остановился - Кирилл успел увидеть азиатский разрез глаз, поднял камень, швырнул прямо в объектив, но не попал и побежал дальше. Слева появилась небольшая гусеничная машина - помесь танка и джипа, из раструбов на капоте били струи белого дыма или газа. Люди побежали чуть энергичней. Грохнул взрыв, все заволокло дымом...
На этом месте Кирилл отвлекся, потому что вошла японка-андроид и принесла поднос с бокалами. Миоланта выключила экран и пригласила Кирилла присесть на кожаный диванчик - такой же, как стоял наверху. Сама она устроилась рядом - непринужденно с ногами забралась на мягкую, почти бархатную кожу.
- Значит, твоя специализация - водить машины? - сказала она и звонко рассмеялась.
- Да, - Кирилл виновато улыбнулся.
- И ты всегда будешь этим заниматься?
- Не знаю. Всю жизнь трястись-то не очень охота. А чего делать?
Миоланта снова рассмеялась. Похоже, она уже немного опьянела. Да и Кирилл чувствовал, что голова помаленьку начинает идти кругом. Миоланта ему нравилась, хотя и была старше. Она была красивая, непринужденная и с ней так легко было беседовать. В военной форме она смотрелась просто потрясающе. И еще от нее пахло какими-то особыми духами, от чего сердце начинало сладко ныть.
- Может, нужно проверить, чем тебе лучше заниматься? - спросила она. Все так делают.
- А-а... - Кирилл махнул рукой. - Нас еще в школе проверяли. Вопросы всякие, картинки, квадратики, треугольнички... У меня вышло, что я должен быть учителем или что-то такое. А как я буду учителем, если меня выворачивает, как только школу издалека увижу? Лажа это.
- Но мы прямо сейчас можем точно установить твой статус-фактор!
- Это как?
Миоланта склонилась к нему и провела кончиками пальцев по щеке.
- Не бойся, - произнесла она нежным шепотом, - это совсем просто.
Кирилл вдруг обнаружил, что в полумраке ее лицо кажется не таким свежим и красивым, как было наверху. То ли оно немного опухло от выпивки, то ли здешнее освещение вредило женской красоте.
Миоланта заметила, что Кирилл ее разглядывает, и в ее глазах мелькнула тревога. Она поднялась с дивана.
- Сейчас все узнаем, - сказала она. - Я только загружу программу в машину.
Женщина вышла из помещения через неприметную дверь. Кирилл попробовал напиток из бокала. Он был очень ароматным, пузырился на языке, но хотелось привычной горькой водки. Японка не догадалась принести сюда еще десяток "шприцев".
Кирилл встал, прошелся по залу. Аппаратура заговорщицки подмигивала своими лампочками. Он вдруг увидел, что дверь, через которую ушла Миоланта, не прикрыта. Не желая ничего дурного, он заглянул.
Женщина была там. Она держала в одной руке зеркальце, а в другой какой-то предмет, которым водила про лицу. Со стороны казалось, что она бреется. Кирилл смутился и вернулся на диван, где продолжил знакомство с напитком.
- Ну, садись к терминалу, - бодро сказала Миоланта, вернувшись. Она вновь была прекрасной, просто неотразимой. Кирилл поднялся, но тут у нее на ремне пискнул маленький приборчик, и мужкой голос произнес:
- Мио, тебя вызывают по внешней линии.
- Переключи, - сказала женщина, подходя к одному из экранов.
Возникло лицо маленькой девочки с пухлыми губками.
- Бабушка, ты скоро придешь? - спросила девочка.
- Еще не знаю, солнышко, - ласково ответила Миоланта.
- А что ты мне принесешь? Принеси слоника говорящего, а то мишка совсем уже не рассказывает новых сказок.
- Постараюсь, рыбонька моя...
"Бабушка?! - в ужасе подумал Кирилл. - Ах ты дура старая! Тебя внуки ждут, а ты меня на диваны тащишь!"
Ему стало не по себе, и он поднялся.
- Пошли наверх.
- Что случилось? - искренне удивилась женщина.
- Пошли... меня Дрын там ждет.
Наверху продолжался тот же веселый шумный кавардак. Слышалось, как ржет Дрын, развлекая публику. Маленького лопоухого офицера откачивал в углу медик соревнование с Дрыном не пошло ему на пользу. Кирилл постарался сразу затеряться в толпе, чтоб престарелая Миоланта больше не брала под руку и не водила пальцами по его лицу.
Через минуту его плеча коснулась Ираида.
- Кирилл, - смущенно сказала она. - Я сейчас уезжаю. Очень жалко, что Сережи с вами нет. Ты не передашь ему кое-что?
- Какой разговор? Давай.
- Вот, - она протянула темно-серую пластинку размером с календарик. Одна сторона пластинки была закрыта непрозрачной липкой пленкой. - Только сам не отклеивай, ладно?
- Конечно.
- И спасибо еще раз за папу. Я так боялась, что вы его не найдете. Я завтра поеду к нему в госпиталь, доктор уверяет, что, вероятно, мы даже сможем поговорить. Я ему расскажу про вас.
Она улыбнулась, взмахнула на прощание рукой и ушла. Кирилла вдруг посетил приступ какой-то странной грусти. "А ведь я больше никогда ее не увижу, - подумал он. - И Хрящ тоже..."
От грусти его отвлек Дрын - веселый, разухабистый, уже прилично набравшийся.
- Чо за деваха? - спросил он. - Познакомишь?
- Это не для тебя деваха. Это Хряща.
- Хряща? Этого корявого...
- Успокойся, она тебе в дочки годится.
- Слушай, - Дрын перешел на шепот. - А узбечки-то - ничего, а?
- Какие тебе узбечки? Это японки. Ты уже мосты наводишь?
- Ну стараюсь. А что?
- Во, дурень! - Кирилл рассмеялся. - А двести двадцать вольт между ног не хочешь получить?"
- Почему? - оторопел Дрын.
- Они роботы, дубина! Специальные роботы для прислуживания.
- Да? - Дрын задумчиво поскреб щеку. - Точно? А я уже зажал одну в углу...
- Поздравляю. Ну и как?
- Нормально, - пожал плечами Дрын. - Дойки такие рабочие... Неужели роботы? То-то она ничего не сказала. Посмотрела так странно и пошла дальше.
- Ну ты комик...
- Только не говори никому дома, - нахмурился Дрын.
- Ты что? Обязательно расскажу. Пусть все знают, что у тебя эротическая тяга к сложной бытовой технике.
Дрын сокрушенно покачал головой.
- Ну ладно... Пошли колдырять, раз такое дело.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
