– Но… – начал, было, он.
– Рон! – строгим учительским тоном одернула Гермиона.
Узили возвёл очи горе:
– Ладно, ладно! Если вы обе настаиваете, девочки…
Василиск, послушный мысленному приказу, отданному Софией, открыл пасть, усеянную клыками, каждый длинной с человеческое предплечье и, словно щелкунчик, щёлкнул мощными челюстями. Раздался оглушительный, омерзительный полувизг-полускрежет. Чаша сплющилась.
Дохлая змея выплюнула бесполезный, теперь пустой артефакт на пол. Со звоном груда покореженного металла покатилась по каменным плитам.
– Мерлиновы кальсоны! – почти восторженно выдохнул Рон. – Ну, ты даешь, Гринграсс!
- Но как же мы поднимемся наверх? – обеспокоилась Гермиона. – Сейчас с нами нет феникса Дамблдора, как в прошлый раз.
София рассмеялась:
– Вот уж это точно не проблема.
Зомби василиска послушно подняло маленьких человечков наверх, к свету.
Впрочем, какой свет?
Наверху царила ночь и подступала Тьма.
Глава 23
Лили, прости…
– Нам нужно немедленно найти Гарри, – заявила Гермиона, как только проход в Тайную Комнату закрылся.
– А ты что будешь делать? Планируешь присоединиться к своим? – поинтересовался Рыжий у Софии.
– Попытаюсь отыскать Драко.
– Беги к горгулье, – посоветовал Уизли. – Хорёк наверняка там. Если, конечно, он вообще ещё в Хогвартсе.
София, Гермиона и Рон распрощались несколько сухо, так и не определившись, кто они: враги или друзья?
Чтобы никого не напугать до смерти, София навела на василиска маскирующие чары, приказав зомби следовать за собой. Пробираясь по коридорам, девушка чутко ко всему прислушивалась, пытаясь понять, началась битва или нет? Судя по тому, как вздрагивали стены и мелькали разноцветные вспышки проклятий, Волдеморт был уже здесь.
Завернув за очередной угол, София наткнулась на трех женщин, в одной из которых узнала Джинни Уизли. С пожилой дамой София однажды встречалась, но не могла вспомнить, где именно. Третьей была Нимфадора Тонкс. Или теперь уже Люпин?
– Гринграсс? – раздраженно отбросила с лица рыжие пряди Джинни. – Что ты здесь делаешь? Ваши давно эвакуировались.
– Я тоже совершеннолетняя, а значит, могу остаться
Оглушительно прогрохотало, и по стенам побежала тонкая сеть трещин.
Пробираться вперёд приходилось сквозь тучи пыли и дыма – где-то занялся пожар. Стены и потолок беспрестанно ходили ходуном, словно случилось землетрясение.
Миновав очередной коридор, София, спустившись по мраморной лестнице, вбежала в переполненный людьми Большой Зал. Она пыталась отыскать взглядом Драко, но его не было.
Подняв голову, вместо привычного волшебного неба, сверкающего звездами, София уперлась взглядом в почерневшие от времени стропила, едва удерживающие готовую рухнуть крышу. Ярко полыхал мост над пропастью, соединяющий Хогвартский двор с остальным миром. Пожар раскрасил чернильную мглу в бардовые, оранжевые и синие тона. Вспышки проклятий летели во всех направлениях, словно ядовитые цветы, расцветающие на фоне ночного неба. В воздухе остро пахло гарью.
А в следующий момент раздался оглушительный грохот, расколовший мир на куски. И София поняла, что она летит!
Нет, не летит, а падает.
***
Слух улавливал крики, треск огня…
«Кажется, я ещё жива», – подумала она.
Поднявшись, София увидела, что внушительная часть Хогвартса просто перестала существовать. Не стало целого крыла. Вместо него осталась груда оплавившегося камня. За разрушенными стенами проглядывалась часть квидичной площадки с обрывками знамен; обрушившиеся трибуны.
Кто-то надрывно кашлял. Кто-то кричал от боли. Кто-то рыдал.
В плачущей девушке София узнала красавицу Ромильду Вейн:
– Моя нога! – стенала девушка. – Мне оторвало ногу! Я её не чувствую!
– Нет, нет! Не оторвало, – поспешила утешить её София, но, взглянув на конечность Ромильды, зажала рот руками, стараясь не извергнуть содержание желудка – на месте стройной икры осталось кровавое месиво.
– Помогите! Помогите ей, кто-нибудь! – исступленно закричала София.
Откликнулся мальчик, тот самый хаффлпаффец, просивший у МакГоногалл разрешение остаться, чтобы защищать школу.
– Её ногу зажало упавшей плитой, – почти рыдала София. – Не знаю, чем помочь.
Парень, склонившись, принялся что-то шептать.
Из темноты выскользнула фигура очередного Уизли, то ли Билла, то ли Чарли?
– Нам нужен портал, позволяющий перебрасывать раненных! Ромильде срочно нужна помощь медиков.
Вытаскивать раненных из-под завалов под вспышками проклятий оказалось далеко не таким долгим делом, как хотелось бы. Слишком много их было, тех, кому помощь уже не нужна: Колин Криви, Лаванда Браун, Кэтти Джонсон, Фред Уизли… и многие, многие другие.
Со стороны полуразрушенного Хогвартса доносились скрежет, крики, удары, взрывы, свидетельствуя о том, что битва ещё не окончена. Что список погибших не завершён.
– Берегись!!!
Обернувшись, София увидела огромного жуткого паука, занесшего над ней щелкающую клешню.
«Потомство Арагога», – проскользнула очередная мысль, странно далёкая.
Вспышка, пролетевшая над её ухом, отбросила паука в сторону.
– Гарри? – с облегчением выдохнула София.
– Нужно выбираться отсюда, – протянул он ей руку, помогая подняться. – Идем, дядюшкина племянница? – прищурился Поттер. – Думаешь, Волдеморт сдержит слово? – бросил он ей уже на ходу. – Если я сдамся, он прекратит эту жуткую бойню?
- Я не знаю, Гарри, – с отчаянием выдохнула София. – Я не знаю…
– Что ж? – поправил очки Поттер. – Пошли, проверим.
Стараясь не обращать внимания на вспышки, прорезающие тьму, на шум озера, гудящего, словно море; на странный скрип деревьев при полном безветрии они пробирались в сторону Запретного Леса.
– Туда, – сообщил Поттер, указывая на Дракучую Иву.
Поттеру удалось ловко ускользать от ударов. Когда он подбежал к стволу, дерево замерло, будто из него выдернули скрытую пружину, и София получила возможность беспрепятственно нырнуть в подземный лаз.
Вперёд они не столько продвигались, сколько протискивались. Приходилось двигаться ползком, пока впереди не показалась полоска света и до них не донеслись приглушенные голоса. В щели, между ящиками, закрывающими проход, удалось рассмотреть комнату с облупившимися обоями и заколоченными окнами.
Грохот сражения доносился сюда, но был гораздо тише. В единственном, не зашитом досками окне, мелькали огненные вспышки. Саму комнату освещала тусклая масляная лампа.
Волдеморт, стоя посредине комнаты, задумчиво крутил в пальцах волшебную палочку. Перед ним на коленях стоял Люциус Малфой. Лицо у него было разбито, один глаз заплыл и не открывался.
– Повелитель!.. – слышался его хриплый голос. Малфой то опускал голову, то вскидывал её снова, чтобы заглянуть в бесстрастное нечеловеческое лицо своего Темного Лорда. – Умоляю!.. Там мой сын!
– Если твой сын погиб, я в этом не виноват, – равнодушно отозвался Темный Лорд. – Он не явился ко мне. Должно быть, переметнулся на сторону наших врагов, а?
– Не может быть! – снова опустил голову Люциус.
Когда он вновь поднял её, открытый глаз его полыхал адским пламенем. Люциус горячо взмолился:
– Повелитель! Разрешите мне пойти туда и отыскать моего сына и Софию. Я лично приволоку эту девчонку…
– Белла справится с этим лучше.
– Послушайте, милорд!.. – София видела, как на лбу старшего Малфоя вздулись бугры, как блестят бисеринки пота над его разбитыми губами. – В пылу сражения Поттер может погибнуть. И Поттер, и София! – Люциус вновь поднял искаженное мукой лицо. – Простите, но… я думаю, стоило бы остановить битву…
Волдеморт тихо рассмеялся:
– Люциус, Люциус, – погрозил он ему длинным пальцем. – Мой скользкий друг. Как забавно ты вьёшься ужом. Ну, кого ты хочешь обмануть, а? Думаешь, я не понимаю, что тобой движет? Не нужно особой прозорливости, не нужно владеть магией, чтобы понять твои мотивы. Они шиты белыми нитками. Ты хочешь остановить битву, чтобы узнать, что там с твоим сыном, – Темный Лорд покачал головой. – Мне нет нужды искать Поттера, он сам вот-вот явится. Прямо сюда. Но ты, если хочешь, можешь убираться. Иди, сражайся; ищи в окрестностях Хогвартса кого пожелаешь. Только сначала приведи ко мне Северуса.
- Снейпа? – вздрогнул Малфой. – Но… зачем, Повелитель?
– Не. Твое. Дело, – печатая каждое слово, прошипел Волдеморт. – Не досаждай мне больше. Зови Снейпа и убирайся прочь.
Видимо, лорду Малфою здорово досталось. Он шел, спотыкаясь, натыкаясь на предметы, на стены, точно пьяный.
– Нагайна, - прошипел Волдеморт, повернувшись к змее, – другого способа нет. Мне очень жаль, что всё так выходит. Очень.
