Вот и третье правило появилось в его перечне.
– Да, но надо было быть осторожным. Удели ей каплю внимания, и она уже пытается забраться к тебе на колени. Цепкий ребенок. Ей и вправду было многое нужно.
– Потому что она хотела забираться к вам на колени?
– Да. – Отец Саммер затих на мгновение и вздохнул. – Конечно, иногда я скучаю по тем временам. Интересно, а если бы я не действовал только в своих интересах, когда мне выпадал шанс? Я все время старался сделать ее более независимой, но… возможно, нам была нужна еще одна дочь, и мы могли бы правильно воспитать вторую. Кто знает. Саммер, видно, совсем потеряла контроль над собой. Думаю, все еще пытается привлекать к себе внимание.
– Значит, вывод такой. Если у меня будет дочь, я позволю ей забираться к себе на колени столько раз, сколько она захочет. Спасибо за совет.
Сам же Люк позволил бы и матери этой девочки забираться к нему на колени, когда бы ей ни захотелось. Его сердце сжалось при мысли о том, как они обе одновременно сидят у него на коленях. Саммер держит на руках черноволосого младенца, а Люк держит их обеих…
Сэм Кори мрачно взглянул на Люка:
– Думаешь, у тебя получится лучше?
– Я всегда думаю, что у меня получится лучше. И до сих пор оказывался прав.
Сэм Кори заворчал:
– Знаешь, скажу тебе, как один высокомерный сукин сын другому, ты мне почти… слово «нравишься» не годится.
– Это хорошо. Я и сам не хочу вам нравиться.
Голубые глаза Сэма блеснули намного ярче, чем у его дочери, намного жестче.
– С таким я встречаюсь впервые. Мужчина хочет нравиться моей дочери, а не мне.
Потребовалось время, чтобы до Люка дошел смысл сказанного.
– Putain, – сказал он наконец. – Впервые? Вы уверены? Ведь она прекрасна сама по себе.
– Ты вообще-то представляешь себе миллиард долларов?
Люк попытался быстренько вообразить, но не очень-то хотел напрягаться. Сейчас много всего другого занимало его голову.
– Не особо. Впрочем, я, наверное, мог бы сосчитать число нулей, если бы захотел.
Один из самых богатых в мире людей, сделавший себя сам, недоверчиво хохотнул.
Люк пожал плечами:
– Видите ли, в чем дело с этими нулями. Для большинства людей, если у них их нет, то только они и имеют значение. Но как только их цепочка становится достаточно длинной, они навевают тоску.
– О, ради бога, – сказал Сэм Кори. – Ну почему все же она так дерьмово ко мне относится?
– Вы серьезно говорите, что я первый мужчина, для кого ваша дочь гораздо важнее ваших денег? Это же безумие. И вы непременно хотите, чтобы она вышла замуж за того, для кого деньги важнее ее самой? Почему вы ее так ненавидите?
Сэм Кори напрягся:
– Я не ненавижу ее! Что, черт возьми, она тебе наговорила? Она моя дочь. Я люблю мою девочку. Это не значит, что я хочу, чтобы она делала любую глупость, какая только придет ей в голову. И к тому же кто-то ведь должен руководить холдинговой компанией после меня, и уж точно это не ты.
– Верно, не я, – с отвращением сказал Люк. – Найдите гребаного генерального директора или как его там называют в вашем бизнесе.
– Кто-то же должен присматривать за генеральным директором! И этот «кто-то» не будет девочкой, которая хочет провести жизнь, качаясь в гамаке!
– Так подберите лучших членов правления, merde. – Разговор начал надоедать Люку. – Конечно, вы не нуждаетесь в моих советах, как решать ваши деловые проблемы. Но если захотите, то я могу вам предложить как следует перетрясти ваш руководящий состав.
Сэм Кори стал мертвенно бледен.
– Знаешь, не получится так хорошо, как тебе кажется. Этой девочке нужно слишком много внимания.
– С этим у меня полный порядок.
– Да? Представь, что тебе предстоит сумасшедший день. Столько всего надо сделать и принять очень много важных решений. У тебя едва есть время вздохнуть, а она дуется, потому что ты не хочешь все это бросить ради нее. И как, интересно, тогда ты поступишь?
– Думаю, об этом я буду говорить с ней, а не с вами. И она не дуется, между прочим. Ни разу не видел. Мне кажется, вы давным-давно отбили у нее охоту дуться, заставив ее нацепить улыбку.
Сэм Кори оскалился:
– Не тебе перечислять, что я сделал неправильно с моей дочерью.
– Я скажу все, что захочу. И если вы со всеми этими вашими деньгами не захотите нанять киллера, то ничего не сможете сделать, чтобы остановить меня.
Сэм заворчал:
– Не провоцируй меня.
– Вы должны позволить ей уйти. Бросьте свои безжалостные попытки подгонять ее под ваши представления о совершенстве, только чтобы представить ее миру в выгодном свете. Освободите ее. И кстати, она не бездельничает в гамаке. Она преподает в школе на далеком острове детям, которых иначе отправили бы в школу-интернат на другой остров. Оторвали бы от родителей, чтобы дать им образование. Вы когда-нибудь задумывались, почему ей так важно, чтобы дети оставались с родителями?
– Школа-интернат может принести им огромную пользу, – небрежно заметил Сэм Кори. – Для чего Саммер их учит? Чтобы они могли вырасти и бездельничать в гамаках?
– Знаете, когда я сказал, что не хочу вам нравиться, это было преуменьшение. Вы не могли оскорбить меня сильнее.
Люк шагнул к двери.
– Я даже не понимаю, что она в тебе нашла, – с отвращением сказал Сэм Кори. – Не твои же красивые десерты? Мне казалось, я добился своего, когда она была ребенком. Ведь единственный способ, каким можно было заставить ее вести себя как следует, а не егозить весь вечер и устраивать неприятности за обеденным столом, состоял в том, чтобы забрать у нее за это десерт. Но в ней больше стали, чем можно себе представить со стороны. Дошло до того, что стало бесполезно держать десерты у нее над головой, потому что она вообще перестала обращать на них внимание. Конечно, к тому времени она научилась вести себя прилично, поэтому я думаю, что в конечном счете мой метод сработал.
Люк напрягся от шока и ярости. Он повернулся резко, как щелкает бич.
– Вы ублюдок.
Брови Сэма поднялись.
– Кажется, я велел тебе не провоцировать меня.
– Ты украл это у меня. Ты гребаный придурок.
Сэм Кори остался надменным.
– Для человека, самоконтроль которого считают таким…
– Я-то себя контролирую. Вы понятия не имеете, как я могу себя контролировать. Вы держали десерты у нее над головой? Ведь так? За что вы наказывали ее? За то, что она вела себя не так, как вам хотелось? Не соответствовала вашим требованиям?
– Ну и какого черта ты бы хотел, чтобы я делал вместо этого? – раздраженно спросил Сэм. – Шлепал ее? Позволял ей безнаказанно делать все, что захочет? Скажу тебе вот что. Когда вырастишь и воспитаешь собственных детей, тогда и поговорим.
