улыбка. Почему-то послышалось хрипловатое мяуканье. Женек хотел отползти. Но Лис нагнулся и схватил его за ногу над щиколотками. От него пахнуло потом. Его мощный торс под рыжеватой «кожанкой» блестел капельками в шерсти. Лис рванул его ногу вверх. Вниз головой Женя нашел глазами друзей.
Митя отмахивался молотом от Качка. Рыж пытался выдернуть кирку, которую ногой придавил Блондин. Это двери по-кошачьи проскрипели, мелькнуло в голове. Следом она затылком заскользила по полу. Лис потащил его в сторону лестницы.
– Вот и свиделись, шкет. Добро пожаловать в гости.
Женек размахнулся свободной ногой и ударил, особо не целясь. Но никуда не попал – шестипалая лапа поймала стопу.
– Даже не начинай, – усмехнулась огненно-рыжая морда.
Шершавые пальцы сжали железом ее до хруста. Женя вскрикнул от боли, но тут же запер крик за зубами. Лис ухватил обе ноги за лодыжки и закинул на плечо. И легко продолжил путь. Женек мешком болтался сзади. Извернулся, пытаясь вцепиться в половицы. Не выходило, и его разворачивало обратно. Краем глаза он ловил ребят.
В один момент Качок держался за рукоятку молотка, а Митя тянул ее на себя, Рыж махнул ногой, целясь по голени Блондина, и тот, уворачиваясь, поднял ногу от кирки. В другой момент Митя изловчился и пнул Качка между ног, и колени того уже подгибались. А Коля занес кирку для удара.
Когда удавалось попасть пальцами в щель между досок, Лис просто дергал сильнее и шел вперед. Пальцы соскальзывали, ловя занозы. Да и ладонь, помеченную ожогом, пронзала боль.
Женя решил, что не будет кричать, но кричал все равно. От внезапной боли, от отчаяния и тающей надежды. И голос его сливался с криками и руганью друзей и их соперников. Неизменно молчаливая комната наполнилась ором. И, кажется, была этим недовольна: ее стены и пол сгущали черноту.
Лис, единственный, кто кричать не думал, зашагал в своих домашних тапочках по лестнице. Когда ступенька первый раз врезала по затылку, в голове раздался дикий вопль. Спустя секунду Женек сообразил, что вопль не в его голове, а в комнате.
Стрельнул взглядом. Вопил Блондин, пытаясь устоять, – его бедро насквозь пронзал шип кирки. Глаз успел ухватить и испуганное лицо Коли, рукоятку, правда, не отпустившего.
Под спиной проползла новая ступенька. Женя пригнул голову и уберег затылок. А затем рывком повернулся и вцепился в эту самую ступеньку. Решил во что бы то ни стало не отпускать ее. Тело спиралью натянулось. Боль из ладони устремилась в пальцы, в предплечье.
Лис замер на мгновение, затем дернул. Щиколотки сдавило тисками. Он рванул сильнее, потянул с напором. Позвоночник застонал. Но пальцы не разогнулись. Женек сжимал челюсти. Щеки намокли от слез, но он не плакал. Не боялся, только злился.
Повернул голову, чтобы не смотреть на белые от напряжения пальцы. Обстановка у окна поменялась. Блондин, сильно хромая, пятился к двери, оставляя на полу кровавый след. Качок крикнул ему, куда это он собрался. Крикнул лежа, получая удары молотом по ногам и корпусу. Невероятная и оттого вдвойне приятная картина вселила в Женька надежду, придала сил. Но не избавила от боли.
– Какие цепкие пальцы, просто шик, – обронил Лис. – Заберу себе, если не отпустишь.
Он снова дернул за ноги. Женя напряг руки, чтобы они не выскочили с мясом, как у пластмассовой куклы. И все равно заметил, как сместился на несколько сантиметров. Пальцы вроде не соскальзывали… Проверил – оказалось, край ступеньки отошел, приподнялся. Мгновенно родилась идея.
– Что, силенок не хватает? – крикнул он мучителю.
Но тот лишь усмехнулся:
– Попрощайся с первым.
Женек не понял, о чем он. Но в следующий миг мизинец правой стопы пронзила дикая боль. Не надо было поворачивать голову, чтобы догадаться – Лис вцепился зубами в палец. Вырвать ногу из двенадцатипалой хватки было невозможно. Но Женя от боли дернул стопой. И боль взлетела до кошмарной, выстрелила по всей ноге. И взорвалась в голове. Он завопил. Рука отпустила ступеньку. Здоровая рука. Он чувствовал грызущие зубы, мерзкий язык. А затем эти ощущения пропали. Вместе с пальцем. Все заполнила боль.
– Маховат, – коряво проговорил Лис. И плюнул через плечо. Женек отвернулся.
Лис потянул за ноги с новой силой. И пальцы соскользнули. Указательный и мизинец. Два пока цеплялись за край ступеньки, которая отошла сильнее, поскрипывая от давления. А еще уши сквозь звенящую боль уловили далекие шаги.
Друзья, подумал Женя. И собрав всю волю в соскочившую руку, извернулся и махнул ею. Пальцы ударились о край доски. Он потянулся снова и все-таки ухватился за ступеньку. И тогда она, простонав, отошла вся. И оказалась в его руках.
Спина врезалась в ступень повыше и поползла вверх. Женя тоже теперь смотрел вверх. Лис, поднимаясь, кончиками рыже-черных ушей уже касался тьмы. Женя взялся за один конец вырванной ступеньки, из другого торчали два рыже-черных гвоздя. Он размахнулся дрожащими руками и, извернувшись, ударил. Конец доски угодил точно по голой голени Лиса. И по его крику стало ясно – гвозди угодили поглубже.
От боли или неожиданности он вскрикнул, глянул на ноги, и руки его метнулись к доске. Выпущенный из оков, Женек полетел вниз. Доски били по спине и копчику. Раз кувыркнувшись через голову, он оказался у подножия лестницы. Хотелось застыть, переждать, не двигаясь, чтобы понять, уцелел он или как. Но времени на это, конечно, не было. Женя разжал веки, посмотрел вверх.
Первое, что увидел, – как Лис выдернул конец доски из ноги. Второе – лица пацанов. Они помогли ему подняться. Было больно опираться на правую ногу. Щиколотки ныли, позвоночник и спина ныли, руки гудели. Лишь голову, на удивление, он не ушиб.
– Ты! Мелкий гавнюк! Ублюдок! – выругался Лис. И на миг показалось, что он сейчас сдерет с лица маску. Но этого не случилось.
Лисья морда была все так же невозмутима. Довольна и опасна. А вот ниже… Под рыжей бородой вздувались желваки, рыжий подбородок окрасился в кровавый, вены набухли на шее. Раскосые глаза гневно глядели. Он больше не смотрел вниз, на ногу, по которой стекала струйка крови. Его рука нырнула в карман джинсовых шорт. А когда он вытащил ее обратно, из кулака с щелчком выскочило лезвие ножа.
– Неплохо, мелочь, – кивнул Лис и улыбнулся коричнево-красным оскалом. – Неплохо.
Он рассмеялся. И шагнул вверх.
Медленно, спиной вперед, преодолел несколько ступеней, погружаясь в черноту.
– Он готов. Теперь готов. Время пришло… – пропел он и исчез во мраке. А хохот его еще некоторое время сбегал по ступеням.
– Мы пойдем за ним? – очень спокойно спросил Рыж.
Женек
