смотрели.
Смертельная битва
– Пожар!! Пожар!! – донеслось с улицы.
Кричали дети. Совсем не испуганно, звонкими голосами они звали поглазеть. Вслед за удаляющимися голосами послышался топот ног.
– Господи, что же это такое? – заохала бабушка в зале. И, шоркая тапочками, кажется, подошла к окошку на улицу.
Женя приподнялся на кровати, куда его уложили мама и дядя Юра. Тетя Лиза побежала в магазин, взять что-то от ожогов. Хотя Женьку казалось, что огонь его почти не задел. С Катей они прошли больше половины пути домой, прежде чем наткнулись на Юру и маму, спешащих к ним. Дальше дядя Юра-Великан понес его на своих огромных руках, пускай Женек и не испытал к тому времени сильных болей.
– Ох, видать, в самом деле, – причитала бабуля. – Кто же это горит?
Катька отошла от постели и тоже выглянула на улицу.
– Эй! Нужна помощь! Скорее! Мужики? – в этот раз кричали взрослые.
Новый пожар? Удивительное совпадение. Не прошло и получаса, как бабушка своими силами потушила огонь, вспыхнувший на кухне, и вот – снова где-то полыхает. Пламя совершенно неожиданно вырвалось из жерла печи на пол, охватило коврик и покусало половицы. Мария сумела залить его водой, подготовленной для жаркого, а подоспевший Юра закрыл печкин зев заслонкой.
– Что же это творится? – распереживалась она. – Юр, куда ты?
Женя не расслышал, что ответил дядя Юра, видимо, уже в дверях.
– Только осторожно! – крикнула ему вслед Мария.
Спустя пару минут Катька усмехнулась:
– Дядя Юра с ведрами побежал. Соседи напротив тоже.
Женек присел в кровати, пока мама не видит. Сильнее всего болела ладонь, в самом ее центре продолжала наливаться красным пылающая звезда. Мама дала ему сжимать в руке пакет с замороженными ягодами из морозилки. А небольшие алые и розовые участки на груди и животе смазала холодной сметаной, которая, правда, уже нагрелась. Эти огненные поцелуйчики ощутимо болели только при резких движениях и трении. Он приподнялся, пытаясь глянуть над плечом сестры.
– Аня, позови Лешу и Гришу, пускай тоже бегут! Давай-давай, людей не хватает! – послышалось еще через несколько минут.
– Мамуль, я тоже, наверно… Надо же помочь, – сказала встревожено мама бабушке.
– Лен, Лена! Не надо, останься! Найдутся люди, – попробовала уговорить та.
– Не надо если, посмотрю просто и вернусь, мам. Я быстро. – Затем мама заскочила в комнату. – Сметану давайте по новой. Кать, намажь, в холодильнике возьми. Я скоро.
И она ушла.
– И где, интересно, Оля с Ларисой? – обронила Катька, направляясь на кухню. – Тоже глазеют, по-любому.
Женя потянулся за полотенцем, которое висело на спинке кровати. Кожа под лопаткой натянулась, и боль резанула. Полотенцем он стал легонько вытирать подсыхающую сметану. Пока спешили домой, пока укладывали на кровать и смазывали «поцелуйчики» сметаной, во всей этой суматохе ни мама, ни бабушка так и не спросили, как так вышло, что он горел. Но он догадывался, что допроса ему не избежать, и даже обдумывал, не рассказать ли все, все, все.
Больше минуты криков с улицы не долетало, зато донесся слабый запах гари. Женек бросил взгляд в окно – дыма не заметил, поймал лишь макушки промчавшихся мимо пацанов.
Спустя несколько секунд в зале снова раздался бабушкин голос:
– Чего вам, ребята? – После паузы она произнесла: – Ну, заходите тогда во двор.
Затем послышались ее приближающиеся шаги.
– Женя, тебя там зовут, – сообщила она с порога комнаты. – Коля и Митька прискакали.
– А? – не поверил ушам Женек.
– Иди, выгляни в окно. Скажи только, что гулять не выйдешь, – погрозила пальцем бабуля.
Коля и Митя? Зачем они прибежали? Почему?.. Что такого приключилось?
На секунду Жене захотелось прикинуться, что дойти до окошка ему не под силу. Но он отбросил эту недостойную мысль, да и бабушка уже слиняла.
С неприятным волнением, перекрывшим даже боль от «поцелуйчиков», Женек проковылял до окна, выходящего во двор. От него же самого не укрылось, что, конечно, дойти он мог быстрее и легче, без этой липовой походки. На кухне Катька спрашивала у бабушки, какую сметану ей взять.
На бетонной дорожке стояли рыжий-рыжий Колька и розовоухий Митька, оба казались встревоженными.
– Привет, вы чего? – спросил Женек, вытягиваясь на носочках. И голос звучал участливо и скромно.
– Жек, говорят, за тобой Тоха гнался? – спросил в ответ Коля, и на праздное любопытство это похоже не было.
– Ну, да, – произнес Женя, невольно дернув плечами.
– Он не говорил, куда хотел тебя забрать? – выдал вдруг Митька и покосился по сторонам.
– Нет, – вырвалось у Женька, потом он задумался, – не помню… А что? Это из-за пожара?
Пацаны переглянулись. Лица их стали бледнее. Уши Мити покраснели.
– Кажется, Тоха забрал Русю, – выдавил Коля, сглотнув.
Женя шлепнулся на пятки. А затем куда-то глубоко упало и сердце.
– Что?! Как? Когда?! – Все «поцелуйчики» разом вспыхнули.
– Юрики. Они нашли нас. Минут двадцать назад, – зачастил Митька, взгляд его бегал от окна в сторону улицы.
– Сказали, что видели, как Руся села в его «девятку», – подхватил Коля. – Внизу, как раз у поворота на Садовую.
– Когда? – Женек снова вскочил на носочки и, забыв про жжение, упирался ребрами в подоконник.
– Как увидели, сразу побежали за нами. Минут десять. Хорошо – пожар, искать нас не пришлось, все там, – ответил Коля. Он коротко постригся и выглядел еще старше.
– И они прям уверены? Погоди… Разве Юрики знают Русю? – голова шла кругом.
– Конечно, знают, мы вместе в футбол играли, – тут Рыж замялся, – помнишь, тогда… на стадионе…
Женя вспомнил. Кивнул, отводя взгляд. И, кажется, покраснел.
– И потом еще… тоже играли, – договорил меж тем Коля.
– А с машиной они уве…
– Да все знают его тачку, Женек, – оборвал Митя. – Ты знаешь или нет, куда он мог ее увезти?
И тут Жене действительно стало страшно. Этот урод, этот зверь забрал Марусю! Сволочь! И что самое ужасное – он мог увезти ее куда угодно, не найти ни в жизнь! Конечно, кто-то наверняка видел, куда умчалась «девятка» и где мелькала еще, но разве кто-то сдаст, разве настучит?
А затем стало трудно дышать, пот выступил на спине – ее могли похитить из-за него! Да, из-за него ее схватили! Сегодня он не дал Мяуку то, чего тот желал. И он пожелал Русю, чтобы отомстить. Он подослал Тоху на рыжей «девятке», Тоху в лисьей маске. Все встало на свои места: Горелый Лис и Кошачий Бог, Тоха-на-девятке и Черный Мяук. Но легче от этого не было. Хотя…
– Кошачий Дом! – вырвалось у Женька. Он сообразил, что знает, где искать Русю.
Ребята, уже шагнувшие к двери, обернулись.
– Из легенды? Сгоревший
