таким ты был, когда мы встретились? Такое ощущение, что у тебя не венец, а душа погасла. Это неправильно, Тэль. Так быть не должно.
— А если я не найду корону, тогда что?
— Найдешь! Даже не сомневайся! — я изо всех сил старалась, чтобы мои собственные сомнения и тревога за мужа не прозвучали в голосе.
Эльф снова с сомнением посмотрел на меня, вздохнул и сказал, что ему нужно еще подумать.
— О чем тут думать⁈ — возмутилась я. — Ты же сам говорил, как для тебя важно признание света творения. Сейчас у тебя есть возможность не просто получить его и вернуть статус Владыки эльфов, но и отыскать потерянную родовую реликвию. Да если бы не клятва, которую стребовал с меня хранитель, я сама бы за ней отправилась, только бы все стало как раньше.
Тэль снова задумчиво посмотрел на меня и попросил оставить его одного, пообещав, что даст ответ утром. Ночевать домой он в тот день не пришел, зато на официальном завтраке официально объявил, что намерен отправиться на поиски короны Первого Владыки и это стало главной новостью не только дня, но, пожалуй, и всего месяца.
Сборы в путешествие длились чуть более декады. Тэль повторял отдельные заклинания, привыкал постоянно ходить в абсолютнике, подбирал оружие и экипировку. Вейлер с Элином разработали для него комплекс индивидуальных тренировок, позволявший подготовить тело в предстоящим нагрузкам. При этом оба считали, что времени на подготовку недостаточно, я была с ними солидарна и несколько раз пыталась уговорить мужа отложить поход хотя бы на месяц, но он оказался непреклонен. А мне с каждым днем становилось все страшнее и до дрожи не хотелось отпускать его в лабиринт миров.
И, судя по всему, переживала по этому поводу не я одна, потому что вскоре к нам начали приходить эльфы, принося своему Владыке уникальные артефакты. Именно Владыке. Похоже, Тэль являлся одним из немногих, для кого погасший венец имел решающее значение, остальные были готовы идти за ним и без артефактного подтверждения легитимности правления.
Чего там только не было. И пространственный концентратор в виде фляги размером с мою ладонь, в которую можно было набрать ведро воды. И что-то вроде кастета, в действительности оказавшееся защитным артефактом, создающим выносной щит. И странная загогулина, цепляемая на ухо и позволяющая в несколько раз усилить слух. Артафекторы несли свои лучшие изделия, алхимики — эликсиры, лорды — родовые реликвии. Я знала, что эльфы ценят своего Владыку, но такого все же не ожидала. Тэль ни от чего не отказывался, хотя уже на второй день стало понятно, что всю эту кучу ему не утащить даже в самом лучшем пространственном концентраторе. Под хранение принесенного был выделен отдельный стеллаж в центральной дворцовой сокровищнице и приставленный к Тэлю парнишка из младших придворных тщательно фиксировал указания Владыки кому и что следует вернуть впоследствии, а кому выплатить денежную компенсацию. При этом давались указания не в присутствии принесшего и не относительно всех из них.
А еще он, хоть и не поменял мнения о текущем статусе, стал вести себя намного увереннее. Я смотрела на него и радовалась, но ровно до тех пор, пока не настало время отправляться в путь. Кто бы знал, как мне не хотелось его отпускать. Полжизни отдала бы за то, чтобы с ним пойти. Но было нельзя. И дело не только в клятве, но еще и в том, что Айн был уверен, не пройдет и месяца с нашего ухода, как страна утонет в интригах, а после и в кровавой резне. Первой ее жертвой станет Тар, который окажется на пути жаждущих власти, дальше придет черед Олиста, как имеющего возможность отправиться на путь. За себя отец Тэля особо не беспокоился, но и узурпировать власть не собирался. Зато обещал и дальше помогать мне во всем, и я решила довериться ему, провожая мужа с тяжелым сердцем, но тщательно отрепетированной уверенностью на лице. И только ненадолго оставшись одна после отбытия Владыки я закрыла лицо руками, шепотом умоляя свет творения помочь ему в пути.
Глава 33
Разумом я понимала, что подобное путешествие должно занять немало времени. Но если первую декаду просто переживала, вторую уже нервничала, то дальше начала просто сходить с ума от беспокойства, проклиная тот день, когда рассказала Тэлю о короне и лабиринте миров. Днем с головой уходила в работу, заучивая речи, разбираясь с Айном в имущественных спорах дворян, принимая доклады и раздавая ценные указания, заранее согласованные с профильными советниками. Со стороны могло показаться, что из меня получился неплохой правитель. В меру жесткий, в меру демократичный, уверенный в себе и готовый положить жизнь на служение народу эльфов. Но те, кто знал меня достаточно близко, видели, насколько тяжело мне все это дается. Срывающиеся заклинания на тренировках, бессонница, когда мне казалось, что стоит закрыть глаза и мне приснится, как гибнет Тэль. И не просто приснится, а будет отражением далекой реальности. Но снился мне Путь. Я раз за разом оказывалась возле арки выхода, не понимая, что должна сделать. Иногда я знала, что это сон, но чаще происходящее воспринималось мной как реальность. Я пробовала активировать арку, пробовала воспользоваться нитью и пойти за Тэлем или вернуться в наш мир, но ничего не получалось. И я ощущала, что делаю что-то не так, вот только никак не могла понять, что именно. Просыпалась я после этого с острым чувством разочарования, которое быстро вытеснялось тревогой за любимого.
Спустя три месяца в возвращение Тэля не верил почти никто. Снова начались покушения. Служба безопасности настоятельно советовала устроить показательную казнь всех членов рода заговорщиков после одного из них, но для меня это было уже за гранью. Двоих братьев, непосредственно участвовавших в покушении, все же публично казнили на площади у мэлронов, официально объявив, что их семьи уничтожены при захвате. В действительности еще троих мужчин, четырех женщин и двух детей переселили в поместье герцога Эльса, обязав заключить долгосрочный контракт на оказание магических услуг. И доходчиво объяснили, что живы они только благодаря милости Владычицы, хотя я при этом и не присутствовала. После этого на некоторое время все стихло, в отличии от моей тревоги за Тэля.
Прошел год. Я все больше тонула в управленческой рутине и собственном отчаянии. Даже выпускной друзей пропустить умудрилась, поняв это только когда получила приглашение на вступление в должность и одновременно помолвку посла Лисиртинтуриэля. Ох и нашумело же его назначение.
