Какой школе, станции юннатов, колхозу или даже заводу не захочется сейчас быть обладателем или шефом своего заповедника? Небольшой — да свой! В этом и заключается надежная охрана такого мини-резервата безо всяких затрат, за исключением разве легкой ограды. О шмелином заказнике под Исилькулем знают все вокруг, многие помогали в его организации и работе. Иначе без помощи общественности — любителей природы, студентов, школьников — не удалось бы до сих пор создать ни один энтомологический заказник и микрозаповедник.
А теперь прикиньте, насколько может возрасти площадь охраняемых территорий, если микрозаповедники (охраняемые участки площадью менее 10 гектаров) возникнут хотя бы по одному в каждом районе! Сопоставьте эту цифру с площадью имеющихся микрозаповедников — то есть больших государственных заповедников. Заодно вспомним, что в зоне интенсивного земледелия и градостроительства таких «макро» уже не устроить. И придете к выводу, что эта новая форма охраны природы, очень доступная, будет и очень рациональной.
Сумей же и ты, читатель, юный и взрослый, внести свой пусть малый, но реальный вклад в это нужное и интересное дело!
Жизнь стоит только защитить — а это так нетрудно! — и она начнет кипеть в поразительном многообразии даже на маленьких «пятачках». Пусть же их будет как можно больше — этих живых музеев под открытым небом, хранилищ живых существ Природы — хрупкой, сложной, древней.
И во многом, как вы в этом теперь убедились, загадочной.
Послесловие
Пока эта книга готовилась к печати, «набежало» немало новостей; главнейшими из них поделюсь с читателями-природолюбами.
Новость первая. Ко второй половине лета на луговинах нашего омского энтомозаказника многие растения уже отцветают, а вокруг — поля, большей частью с монокультурой злаков. Так вот совхоз «Лесной», идя навстречу и нам, и исилькульским юннатам, работающим в заказнике, посеял в 1989 году впритык к участку 3 гектара подсолнечника — красивая ярко-желтая полоса за многие километры сияла между колков. Подсолнухи цвели здесь весь июль и август, досыта кормя любителей нектара и пыльцы. И на тысячах больших и малых «солнц» пили нектар бабочки, набивали тяжелым желтым цветнем свои щетки и корзиночки шмели, андрены и мегахилы.
Но нектар у подсолнуха — не только в цветках. Сладкими липкими капельками в жаркие дни были усеяны стебли, черешки листьев и пазухи в их основании, и на солнечно-желтое поле слетались многочисленные наездники всех размеров; здесь же отъедались горячим ароматным нектаром другие насекомые-энтомофаги[3] — одиночные осы-охотницы помпилы, аммофилы, краброниды, сфексы и многие-многие другие помощники земледельца.
Поэтому на зимовку в том году пошла намного более многочисленная, чем прежде, армия энтомофагов — это показали специальные учеты. Так что заказник перестал быть замкнутым хрупким островком Жизни среди полей; совхоз обещает и впредь подсевать у заказника культуры, богатые пыльцой и нектаром.
Хороша и вторая новость. Когда-то к западным окраинам Исилькуля примыкал огромный — гектаров в сто — старинный парк с великолепными рощами и аллеями совсем «нездешних» деревьев: елей, дубков, груш, кедров, лиственниц и сосен, с обильными яблоневыми садами, и все это бережно и очень гармонично было вписано в природные ландшафты — колки, степные поляны, болотца, грибные и ягодные луговины. Однако в последние десятилетия все это рукотворное и природное богатство пришло в упадок: растущий город уже вторгся в колки, сады и аллеи, высылая далеко вперед свой непременный «авангард» — мерзкие кучи свалок; деревья гибнут целыми рощами, скудеет и животный мир этой Страны Жизни, открывший мне в далекой юности много-много насекомьих тайн и загадок, а моим детям и ученикам (я преподавал в художественной школе) — неповторимые красоты Природы.
Так вот удалось добиться официального решения Исилькульского горсовета № 203 от 17 августа 1989 г. «Об организации экологического Памятника природы на территории плодосовхоза «Мичуринский», берущего под охрану остатки наблюдаемых мною уже без малого полсотни лет здешних степей — злаково-полынной, типчаковой, ковыльно-солончаковой; лесного разнотравного луга; березового колка, очень богатого муравейниками. Районной станции юннатов, с которой у нас давние хорошие отношения, поручено организовать здесь и освоить познавательно-экологическую тропу по памятнику природы «Реликтовая степь» с пятью различными участками общей площадью 5,2 гектара. Вдобавок ко всему исилькульские юннаты опробовали на природе многотрубчатые насекомьи гнездовья моей конструкции и уже приготовили большое их количество.
Новость номер три. Весной 89-го мне посчастливилось выступить на Последнем звонке сельской школы омского совхоза «Украинский», тоже недалеко от Исилькуля. Неподдельный интерес к опылителям люцерны мегахилам проявили не только школьники и преподаватели, но и совхозное начальство, директор и агроном. Закипела работа по изготовлению трубок, укрытий — радости моей не было предела. Добыв коконы в далеком Шушенском, мы с сыном Сергеем и совхозными старшеклассниками с упоением и надеждой проработали там, на стогектарном поле, все жаркое лето, включая уборку и обмолот валков.
И оказалось, что наши звонкокрылые маленькие питомцы — их было 122 тысячи — наработали совхозу сверх «фона» 4,3 тонны семян люцерны (прикиньте доход по главе «Ключ от цветка люцерны») — и это несмотря на убийственную засуху. Мегахилки же увеличили свое «поголовье» почти в три раза; к слову сказать, ценность и перспективность листорезов уже «раскусили» некоторые хозяйства, и кокон вздорожал до семи копеек за штуку.
Но случилось невероятное. Несмотря на твердые публичные обещания, директор совхоза В.М. Эйсмонт отверг результаты труда своих же сельских школьников — не говоря уже о мегахилках и их новосибирских покровителях. Обидно и за ребят, полюбивших эту работу и надеявшихся ее продолжить, и за совхоз, школьному музею которого мы обещали в благодарность организовать отдел экологии, и за бескорыстных трудяг-мегахилок, которых придется везти теперь бог знает куда — уважаемый Виктор Михайлович не пускает их больше на родину: мол, они «неубедительны»...
Четвертая новость напрямую связана с третьей. На дальнем 6-гектарном клинышке того же совхозного поля отлично сработали местные шмели, пчелы-мелиттурги и рофиты, что изображены на цветной вклейке, — дав сверх «фона» 0,2 тонны семян люцерны. Оказалось, что рядом, на сохранившихся степных луговинах, их подземные гнезда; кроме того, тут же обитает масса других редких и красивых насекомых — жуки-огнецветки, усачи, бронзовки, «краснокнижные» бабочки... И школа, по моей рекомендации, устраивает здесь энтомологический заказник из двух участков общей площадью 6,5 гектара; огромное спасибо за это учителю биологии, искреннему другу Природы, Федору Яковлевичу Штреку и Украинскому сельсовету, утвердившему этот заказник специальным решением. Как бы хотелось, чтобы директор совхоза не воспрепятствовал хотя бы в этом, а лучше бы помог и школе, и насекомым (ума не приложу, за что он их так невзлюбил)...
