Четвертая новость напрямую связана с третьей. На дальнем 6-гектарном клинышке того же совхозного поля отлично сработали местные шмели, пчелы-мелиттурги и рофиты, что изображены на цветной вклейке, — дав сверх «фона» 0,2 тонны семян люцерны. Оказалось, что рядом, на сохранившихся степных луговинах, их подземные гнезда; кроме того, тут же обитает масса других редких и красивых насекомых — жуки-огнецветки, усачи, бронзовки, «краснокнижные» бабочки... И школа, по моей рекомендации, устраивает здесь энтомологический заказник из двух участков общей площадью 6,5 гектара; огромное спасибо за это учителю биологии, искреннему другу Природы, Федору Яковлевичу Штреку и Украинскому сельсовету, утвердившему этот заказник специальным решением. Как бы хотелось, чтобы директор совхоза не воспрепятствовал хотя бы в этом, а лучше бы помог и школе, и насекомым (ума не приложу, за что он их так невзлюбил)...
Новость номер пять. Под Новосибирском, в излучине речек Ини и Шабанихи (Березовское урочище), организован первый в Сибири мирмекологический — для муравьев — заказник площадью 55 гектаров, утвержденный облисполкомом. Плотность «муравьеграда» — 59 гнезд на гектар, высота куполов — до полутора метров! О муравьином городе первыми сообщили соседствующие с ним дачники, и, надо отдать им должное, не нарушают заповедный режим участка. Лесничество установило объявления, готовит материал для ограды. Заботливые опекуны заказника — видные новосибирские ученые-мирмекологи Жанна Ильинична Резникова, Наталья Михайловна Бугрова и, конечно же, их молодые помощники — аспиранты и студенты.
Шестая новость печальнее. На землях СО ВАСХНИЛ под Новосибирском вконец уничтожены целых пять микрозаповедников, устроенных нами с Сергеем и Олей и давших в былые годы уникальные научно-познавательные материалы. Причины разгромов разные: один якобы попадает под застройку, через другой проложили сточную канаву, у третьего некому и не на что восстановить рухнувшую ограду, и так далее. Общество охраны природы и Госкомприрода от помощи отступились...
Новость седьмая. Энтомологи вступили в тяжкую, тоже неравную борьбу за сохранение Буготакских сопок в Тогучинском районе Новосибирской области, на которых сложился неповторимый биокомплекс: свыше 80 видов дневных и 600 видов ночных бабочек, несколько тысяч видов жуков, шмелей, пчел, двукрылых, наездников, муравьев, прямокрылых; немало краснокнижных насекомых. Энтузиасты спасения Сопок — энтомолог Юрий Петрович Коршунов и молодой специалист по бабочкам Вадим Ивонин. Но уж очень неравны силы: дорожники-строители крушат эти небольшие холмы на щебень (Наука и жизнь, 1979, № 10), и, если буквально сейчас этих вандалов не остановят, уникальный Островок Жизни лет через пять исчезнет с лика Земли.
Восьмая, и последняя, новость — отличная: упоминавшийся в этой книге чувашский колхоз «Ленинская искра», начавший когда-то перестройку всей своей экологии с сети энтомологических заказников по примеру первого моего исилькульского, вот уже десять (!) лет не применяет никаких химикатов. Таких заказников было у них 13, теперь их расширили и слили, и стало их 9, общею длиной 85 километров. Колхозный энтомолог Владислав Иванович Потапов и председатель Аркадий Павлович Айдак подсчитали, что естественно возродившиеся в заказниках насекомые-опылители дают чистой прибыли 151 тысячу рублей в год (Наука и жизнь, 1990, №1), не считая огромной пользы от насекомых-энтомофагов.
Недавно туда, в Чувашию, ездила за опытом (неудобно говорить, но... гребенниковским!) группа ученых-аграрников Сибирского Института земледелия... И тем не менее я рад, что наши здешние трудные зерна дают такие замечательные всходы.
Жаль только, что не в Сибири...
И до боли мучает меня вопрос: что же здесь, на просторах Западно-Сибирской низменности, по большому экологическому счёту — просторах бесхозных, в конечном итоге восторжествует: Воинствующее ли Невежество или же Экологический Разум?
Подрастайте же скорее, юные мои читатели: времени-то у вас на эту трудную и срочную работу совсем-совсем мало...
Новосибирск — совхоз «Украинский» — Исилькуль, 1990 г.
Цветные вклейки
(галерея работ В.С. Гребенникова)
В.С. Гребенников с «макропортретом» одного из своих любимцев. Фото Ю. Лушина.
На цветущей вербе — первые вестники весны: лимонница, траурница, пчелка-андрена, степной шмель.
Ночные бабочки Сибири: мучная огневка, совка-металловидка; ниже - глазчатый бражник, серебристая лунка, кольчатый коконопряд, желтая медведица.
Златоглазка: «портреты» взрослого насекомого; яйца, личинки, коконы.
Этого пятисантиметрового голиафа художник выбрал натурщиком не за рост, а за лаковый блеск с этаким глубинным отливом...
На декоративных плитках, технология которых придумана В.С. Гребенниковым, травяные клопики трех видов и бабочки: червонец, голубянка, бархатница.
Одно из «действующих лиц» главы «Паучьи тайны» — крошка-ложноскорпион запечатлено в чеканном металле.
Самка садового шмеля на цветущем клевере; сценка в гнезде малого земляного шмеля.
Земляные пчелы рофит и мелиттурга — ценные сибирские опылители.
«К дальней поляне» — так назвал автор эту картину, посвященную медоносным пчелам.
Цветные подвижные вспышки и узоры, возникающие иногда в глазах, называются фосфенами. А эти, что на рисунках, — лишь немногие из обширного альбома фосфенов, возникших у людей, которые сидели под искусственными «сотами» или старым осиным гнездом (об этом подробно в главе «Секрет пчелиного гнезда»).
Наш сибирский жук-носорог со своеобразной полостью, ограниченной рогом, горбом и ложбиной меж ними. Это — резонансно-волновой «паспорт-маяк», у каждого вида насекомых (на набросках вокруг носорога) он свой.
Микрозаказник среди полей эспарцета в научном городке ВАСХНИЛ под Новосибирском. «Квартиры» пчел-листорезов, ближе — подземная колония пчелок-рофитов.
Микрозаказник в Воронежской области. Шестиногие облюбовали здесь старый противотанковый ров и его окрестности.
