София подошла к дочери, и они крепко обнялись. Между тем Дамиан и Кристина настороженно смотрели друг на друга из разных углов комнаты.
– Лорна утверждает, что вы спасли Роберту жизнь и помогли пронести его через вражеские укрепления. Как же вам удалось заставить вашего друга полковника Джемисона закрыть на это глаза? – сурово обратился Дамиан к Кристине.
Пораженная девушка молчала. Неужели этот сумасшедший по-прежнему ревнует ее? Если бы он ничего не чувствовал к ней, ему было бы все равно, что она сделала ради спасения жизни его брата. Дождаться благодарности от этого человека просто невозможно.
Не успела Кристина открыть рот, как Мара опередила ее.
– Дамиан Дрейтон, ты ужасное, самовлюбленное чудовище! Ты не заслуживаешь такой женщины, как Кристина, и поделом тебе будет, если она полюбит кого-нибудь другого! Но если ей придется оставить тебя из-за твоего несносного характера, я пойму ее, так и знай!
Кристина нежно посмотрела на Дамиана. Гневная филиппика Мары удивила ее. Дамиан ответил ей взволнованным взглядом.
– Похоже, чтобы дать вам взбучку, как вы того заслуживаете, нам придется уединиться. Не возражаете, леди, если мы покинем вас ненадолго? – Дамиан схватил Кристину за руку и повел к двери.
Войдя в комнату и закрыв за собой дверь, они пристально посмотрели друг другу в глаза. Горделиво поднятая золотоволосая голова Кристины едва касалась заросшего бородой подбородка Дамиана.
– Вы ждали меня? – несколько смущенно произнес Дамиан.
– Ждала. – Неужели он начал понимать ее? Неужели до него, наконец, дошло, что она тоже имеет право на свободу и выбор? И вправе распоряжаться своей жизнью так же, как и он? Если бы Дамиан только намекнул на это, все сразу встало бы на свои места. Кристина даже не спрашивала, любит ли он ее. Она хотела одного – чтобы Дамиан видел в ней личность.
– Я поклялся доверять вам, поэтому не стану спрашивать, что вы сделали, но мне хочется пересчитать Джемисону все ребра.
– Полковник для меня только источник информации. Мы видели, как затонул «Морской лев»!
Рука Дамиана сжимала щеколду. Он опасался, что уступит желанию и прикоснется к этой обольстительной женщине. Он смотрел Кристине в глаза, боясь увидеть полную грудь и соблазнительные изгибы несколько округлившегося тела, напоминавшего о совместно проведенных ночах.
– Простите, я снова заставил вас страдать, потому что не мог послать весточку. Французы спустили на воду шлюпки и вытащили нас из воды. Все это время я был у них. Кристина…
Ее сердце радостно забилось, когда его взгляд потеплел. Поняв, что Дамиана терзают противоречивые чувства, Кристина положила руку на его широкую грудь.
Прикосновение обожгло обоих. Не успела Кристина отстраниться, как Дамиан заключил ее в объятия. Их губы слились в сладостном поцелуе. И тотчас же забылись дни и ночи, проведенные в тягостной неизвестности, будто их и не было вовсе.
Кристина обвила руками шею Дамиана, а он осыпал поцелуями ее лицо, шею, грудь. Если бы Дамиан ослабил объятия, Кристина без чувств упала бы на пол. Но он крепко прижимал ее к себе, и она таяла от наслаждения в его сильных руках.
Они разомкнули объятия, лишь осознав, что время неумолимо летит вперед. Не желая отпускать от себя Кристину, Дамиан с тоской погладил длинные волосы, золотистым каскадом ниспадавшие на высокую грудь.
– Кристина, вы приняли решение? Возможно, пройдет несколько месяцев, прежде чем я вернусь. Позвольте мне жениться на вас. Я хочу, чтобы вы носили мое имя.
Наконец-то он умолял ее! Сердце Кристины разрывалось от желания дать согласие, но Дамиан пока еще не сказал того, что она хотела услышать.
– Я или ребенок? – настороженно спросила девушка. Дамиан нахмурился.
– Если бы я заботился только о ребенке, то давно притащил бы вас к священнику. У меня на примете есть один. Он неодобрительно относится к появлению на свет внебрачных детей и к упрямым женщинам. Этот обвенчал бы нас даже без вашего согласия. Но оно нужно мне, Кристина. Я хочу, чтобы вы связали со мной свою судьбу добровольно.
Его суровый взгляд не пугал ее, как прежде. Теперь она знала, что под маской суровости Дамиан скрывает свои нежные чувства. Надежда вновь всколыхнулась в ней.
– А если я скажу, что предпочла бы связать свою судьбу с Джереми? Мой дядя хочет этого и сделает все, чтобы мы были счастливы.
Плечи Дамиана поникли. Он знал, как Кристина дорожит семьей, а Джереми был бы для нее более надежным и благоразумным мужем, способным обеспечить уют и душевный покой на родной земле. Л что мог пообещать Кристине он, Дамиан? Участие в затяжной войне? Он даже не знал, будет ли когда-нибудь у них свой дом. При дурном повороте событий его могут повесить как шпиона и изменника родины. Разве это хорошая перепектива для женщины на пятом месяце беременности, нуждающейся в надежной защите? Особенно теперь, когда Дамиан знал то, во что еще не успел посвятить ее.
Вздохнув, он печально посмотрел Кристине в глаза.
– Если Джереми способен сделать вас счастливой, а я нет, значит, вы должны быть с ним. Я слишком люблю вас, чтобы снова разрушить вашу жизнь.
Безумное счастье захлестнуло Кристину, и слезы навернулись на глаза, когда она услышала то, на что вовсе не надеялась. Губы ее задрожали. Кристина погладила заросшую жесткой щетиной щеку Дамиана, обдумывая слова, которые связали бы их навеки.
– Любовь моя, я не теряю надежды обрести счастье с вами. Но я больше не та робкая провинциалка, которую можно запугать или принудить к чему-то силой.
– Я никогда бы не стал принуждать вас. Я долго думал, прежде чем предложить вас стать моей женой. Занимайтесь тем, что вам по душе, но с одним условием: вы должны каждую ночь проводить в моей постели. Я не желаю ни с кем делить вас.
– И я тоже, мой Неистовый Янки. – Лицо Кристины светилось счастьем, но голос звучал твердо. – Раз уж я решила связать свою жизнь с вами и терпеть ваш несносный характер, то должна получать удовлетворение от сознания того, что я единственная женщина в вашей жизни.
Дамиан усмехнулся:
– Вы слишком многого требуете, леди, но я просто одержим мыслью повести вас к алтарю. Есть еще какие-нибудь неприятные сообщения, которыми вы огорошите меня, прежде чем я сделаю необходимые приготовления?
Он шутил, и Кристину успокоил теплый свет его угольно-черных глаз. Тихо вздохнув, она позволила Дамиану снова обнять себя. Его подбородок прижался к золотистым волосам.
– Пообещайте мне вернуться невредимым, хотя, боюсь, это не в вашей власти.
Кристина не видела, как насторожился Дамиан.
– Я не был до конца честен с вами, Кристина, и должен это исправить. Я знаю, вы мечтаете иметь свой дом и семью, однако до окончания войны могу предложить все это лишь условно. Я пытался удержать вас, умолчав о другой возможности, которая понравилась бы вамбольше.
