Читаем без скачивания Начало пути - Василий Баранов

— Рано о старости, Свен. Но позаботиться будущем не помешает. Согласен. Доживать последние годы в большом светлом доме с близкими людьми. Чего еще желать.

Очередное утро на Тракторной улице. Он привык к череде миров. Такая жизнь стала для него рутиной. Без такой чехарды ему, пожалуй, было бы скучно.

Он с вечера прихватил с собой подарок Жанетты, что б показать маме. Сейчас встал, оделся и на кухню. Знал, мать там. Встал в дверях, оперся рукой на косяк.

— Мама, посмотри, какая рубашка.

— Ой — Мария Петровна всплеснула руками, — какая прелесть. Там купил?

— Нет. Это Жанетта сшила и мне подарила. Хуану то же сшить обещала. А здесь парусник вышит. Это "Скиталец".

— Замечательная рубаха. Ты ее береги. Если у нас увидят, мода пойдет на такие. Модельеры накинутся

— Мама, такие шьет только Жанетта. Нашим Кутюрье до нее далеко.

— Я бы ее на выставку, если ты разрешишь, взяла.

— На несколько дней можешь взять. Это подарок, я обещал его беречь.

Часть 25

Они собрались втроем на квартире у Макса. Встретились, что бы расстаться на пару недель. Ребята уезжали отдыхать. Макс с родителями уезжал в круиз по Средиземному морю, а Славка со своими на Алтай. Данька рассказывал друзьям о том, что делал на своем далеком Карибском море.

— Парни, я решил прикупить фазенду.

— Сколько соток? Шесть или побольше? — Посмеивался Славка.

— Побольше. Ронни будет где работать. Местным мужикам дело. Работы хватит.

— Ты у нас помещиком будешь. Холопам чубы драть. — Славка перевернул стул задом наперед и оседал его, облокотившись на спинку.

— А что? Помещики тоже люди. Я цилиндр на голову надену, сюртук. В петлицу цветок. Трость в руках. Извозчик. Тростью его по плечу бряк: поехали, милейший. Вам и не снилось. Не личный шофер, а кучер. Не внедорожник, а коляска. Мотор — две лошадиных силы. Круто. Красавицы из местных дарят мне томные взгляды. Украдкой посылают воздушные поцелуи. А если серьезно, буду ходить на "Скитальце" в море. В садовых делах я не мастер. Полоть грядки, малину по осени подвязывать не обучен.

— Редиску выращивай. — Ляпнул Макс.

— А ты знаешь, как она растет?

— На кустах, как вишня. Слышал. Мужик говорил, по весне редиску продаю, по пятьсот рублей в день имею, как с куста. На кустах она растет, ясно. — Макс прикалывается.

— Мне Леон поможет, Хуан. Даже капитан решил войти в долю. Грустно, думать о старости, но Свен и Леон может, потом там будут жить. Не знаю, как это будет, но планы на далекое будущее не помешают.

— Флинт и Черная борода в парке на скамейке о походах вспоминают. Рядом внуки бегают. Картина маслом.

— Зря вы так. Свен другой. Он не правильный пират.

— Не обижайся. Мы не со зла. Верим, что Свен настоящий мужик, честный.

— Данька, — вдруг Славке пришла в голову шальная мысль. — Тебе бы там пару тракторов завести.

— Как я их туда попру? На себе? А бензин? Запчасти?

— Может тебе для корабля что надо. Пара торпед. Им бензин не нужен.

— Фантазер. Ты Славик. Я, по твоему, лечь должен спать в обнимку с торпедой, что б ее прихватить с собой? Иначе не получается. И на "Скитальце", с какого боку торпедные аппараты прикажешь шнурками привязать.

Славка не сдавался. Идеи так и били из него фонтаном.

— А если вражеские корабли жечь при помощи зеркал, как в Сиракузах.

— Это только легенда. Сфокусировать зеркала, которые держат люди не реально. Точность наводки не та.

Бредовые идеи — вещь заразная, но увлекательная. Не удержался и Макс, такой рассудительный обычно.

— Греческий огонь. Это не легенда. Коктейли Молотова тому подтверждение. Греки такие снаряды огненные делали, историки пишут, смесь горела на воде. Думаю, что-то типа нефти или масла.

Мальчишки играют в войну. Мужчины до седых волос остаются детьми. Природа создала этот механизм. Забыть о риске, об опасности, о смерти. Открыть Америку. Идти нехожеными тропами. Спуститься на дно океана. Рваться в космос. Война — сбой в работе механизма. Придет наладчик, подкрутит гайки, и механизм будет работать без ошибок. Программа войны будет исключена.

— Будете поджигать вражеские корабли, — предлагал Макс.

— Захватить корабль и тут же его пожечь? Не знаю.

— Зачем сжигать? Можно при атаке использовать. За спиной врага пламя. У них паника. Бери их голыми руками, а пожар потушить потом.

— Фантазеры вы. — Данька взял из вазочки на столе печенье и задумчиво стал его жевать. — Ладно, там я разберусь. Давайте здесь создадим братство, единство. Дадим клятву, что не изменим нашей дружбе. На корабле мы братья, я и тут хочу, что б мы как братья были.

— Один за всех? — Спросил Славка.

— Можно и так. Заединщиной назовем. Слово такое было встарь.

— Будем! — Одобрил Макс.

Слова клятвы произнесены.

Пока корабли стояли в гавани, у Даньки было много свободного времени. Капитан по — прежнему проводил с ним тренировки. Иногда выпадала вахта на "Скитальце", но время оставалось. Данька не отбросил полностью мысль о греческих огнях. Он покупал на рынке маленькие глиняные горшочки. Такие лучше бьются. При ударе о палубу расколются. Горючая смесь быстро разольется. В горшки наливал масло, подбирал горючие смеси. Приделывал фитиль к своим снарядам. Подсыпал порох. Выезжал на пустыри и там пробовал. Получалось не все. Но труд увенчался успехом. Он сделал неплохой снаряд. Поджог фитиль, бросил, он разобьется или порох разорвет его. Горючая смесь разлетается в стороны, поджигает все вокруг. Кусты вспыхивают. Так и на вражеских солдатах может одежда загореть. Тут шпагой не помашешь.

На корабле он обдумывал мысль о единстве. Если с другими парнями объявить это на словах. Не только в сердцах, но в слове закрепить его. Не только в душе, но и мыслях.

Данька любил ходить на рынок. Он ходил туда за горшочками и просто понаблюдать за жизнью. Вон две женщины обсуждают то ли кулинарные рецепты, то ли своих подруг. Увлечены. Какая мимика, жесты. Смотришь, как в телевизоре, звук выключил. Вон покупатель торгуется. Готов броситься на торговца. Тот в долгу не остается. И на прохожих по дороге можно поглядеть. Пытался угадать, кто есть кто. Данька решил, что будет следователем, наблюдательность надо тренировать. Ему нравилось создавать воображаемые характеристики прохожих. Замечать характерные жесты, взгляд, внешний вид. Одежда то же о многом может рассказать. Однажды он приметил девчонку. Хрупкая. Невысокого роста. Тащит огромную корзинку. Пыхтит. С рынка идет. Не рассчитала, лишнее взяла. Не дотащит, решил он. Может, помочь. Красивая, главное. Не грех помочь. Будь страдалица с корзиной постарше, потолще, не было бы у нее таких озорных глаз и каштановых кудряшек, спал бы в тебе спасатель сном праведным. Храпел бы так, что стены соседних домов дрожали. Эка! Побежал. Башмаки на бегу не потеряй. Спасатель.

— Мадмуазель, позвольте вам помочь. У вас такая тяжелая корзина.

— Я сама справлюсь, сударь. — Голосок мелодичный. Как тут отказать в помощи?!

— Мне больно смотреть, как такая хрупкая девушка надрывается, такую тяжесть несет.

Он взял корзину, пошел рядом. Они болтали о пустяках.

— У вас чудесное платье. Оно вам очень идет.

— Это мой батюшка сшил. Он портной. У него многие женщины заказывают платья.

— Как я не догадался сразу. Только любящий отец мог сшить для своей прекрасной дочки такое платье. А как вас зовут?

— Анжелина. А вас?

— Дэн, матрос Дэн.

Он проводил девчонку до двери ее дома. Попрощался и побежал домой. Теперь у него появилась еще одна причина ходить на рынок. Снова увидеть Анжелину. И удача была на его стороне. Он часто встречал Анжелину. Забирал у нее корзину и провожал до дома. Так было несколько раз. Но однажды, когда они подошли к дому, она скала:

— Дэн, вам не следует провожать меня и приходить к нашему дому. Это не хорошо.

— Почему? Что случилось? Я вас обидел?

— Нет. Но больше мы не будем с вами встречаться. Я прошу вас. — Она забрала корзинку, зашла в дом и закрыла дверь.

Он стоял и не мог понять, от чего все так неожиданно закончилось. Матрос? Перекати-поле. Брайан говорил. Дэн, ты получил горький урок. Ступай домой.

Он шел, от обиды на жизнь хотелось кричать. Вспомнил грустного Хуана, когда тот боялся, что Свен запретит ему встречаться с соседской девчонкой. Он не хотел, что бы кто-то увидел его печаль. Никто не увидит, решил он. Подпрыгнул, насвистывая веселую мелодию, пошел домой. Прятать свою печаль.

Кому он нужен. Пират. Матрос. Ушел в море и не вернулся. Она поступила правильно. Не стоит обижаться. Будь счастлива, Анжелина. Весь вечер дома он был очень весел. Смеялся и шутил. Капитан смотрел на своего матроса с грустью. Не все у тебя в порядке, парень. Не твое это веселье. Но спрашивать не стал.

Во время вахты Дэн рассказал Брайану и Солу о греческих огнях.