так, будто моя вина была доказана в суде.
– Вот, Тереса, и организуйте отход студентов на безопасное расстояние! – распорядился ректор. – Возьмите в помощь своих старшекурсников, пусть поставят заградительные щиты. Никто не справится с этой задачей лучше вас!
Что ответила донья де ла Гуччо, я не расслышала. Надо мной, шипя и оставляя после себя едкую вонь, один за другим пролетело несколько файерболов. Я непроизвольно пригнулась, хотя удар пришёлся выше. Какие-то снаряды пролетели мимо, какие-то взорвались снопами искр на зеркально-чешуйчатой шее дракона. Они не нанесли серьёзного урона, но Диего зарычал, отгородил меня крылом от нападающих, среди которых я успела заметить чёрную макушку Луи и белобрысую Андреса, и выпустил в ответ струю пламени.
– Крис, что творят твои идиоты?! – заорал нервный дон Игнасио.
– Это наши общие идиоты, – возразил дон Кристобаль после того, как выброшенный им магический щит отбил пламя, и заорал во всю лужёную тренерскую глотку: – Не открывать огонь!!! – Потом более спокойно добавил: – Для первого курса неплохо. Глупо, но бесстрашно. Джи, давай…
– Бьянка! – оторвал меня от подслушивания голос Рика. – Бьян-ка!
Я выглянула из-под крыла на голос. Рикардо прятался за цветущим кустом. В общем-то, сомнительная защита. Говорят, драконы два раза в одно дерево огнём не плюются. Во второй просто не во что плевать. Но уж совсем в открытую выходить было бы тем более глупо. Хоть и бесстрашно.
– Сфера! – закричал Рик, заметив, что я услышала, и показал вверх. – Амулет!
И тут я осознала, что значило то самое «выбить» из уст декана боевиков. Он говорил не о де ла Ньетто. Он говорил об Амулете Удачи. Кто-то насильно вытащил из Диего дракона, который полностью подавил в нём человека. И началось всё в тот момент, когда он передавал мне артефакт. Возможно, для активации использовали что-то другое, но этот вариант был самым очевидным. Рик тоже пришёл к этому выводу.
Я изогнулась под крылом и руками показала Рику шар, а потом изобразила бросок. Тот кивнул, огляделся и стал снимать одежду. Я подумала, чтобы удобнее было замахиваться, но когда следом за сюртуком он начал расстёгивать рубашку, у меня возникло подозрение, что у приятеля от переживаний немного стартанула крыша.
Но ошиблась. Идея Рикардо была простой до гениальности. Рубашку он увязывал в тугой комок. Я рубашку снять не могла, но подъюбник подходил не хуже. Пользуясь ширмой из крыла, задрала подол и отодрала по шву волан от нижней юбки. Так же, как и Рик, я стянула кусок белой ткани в шар, и на счёт «два, три!» мы швырнули свои самопальные мячи дракону.
Возможно, в нём сейчас и не было ничего от человека, как считал дон Дженаро, но тогда страсть к крылоболу у обеих ипостасей была общая. Потому что поймать два мяча, летящих с разной скоростью и из разных мест одновременно – это мог только де ла Ньетто. И он это сделал! Но амулет из лап пришлось выпустить. Мне казалось, он падал как пушинка, медленно-медленно… Нужно было дать ему разбиться, правда? Но, наверное, у меня тоже на крылоболе что-то поехало. Или страсть Диего такой заразной оказалась? Потому что я просто не могла позволить ему упасть. Я прыгнула под задние лапы, ударяясь коленкой и подхватывая каменную сферу у самого пола, и только потом до меня дошло, что любой, даже самый крохотный, шаг дракона сейчас мог бы стать последним для меня. Я быстро откатилась к краю площадки и швырнула каменный шар Рику. Он тоже поймал, и к нему уже нёсся ректор. Напрямую. Мимо дракона, который уменьшался на глазах. Его контуры менялись, и сквозь облик чудовища стал проступать человек.
Я поднялась и, придерживая подол, поковыляла к нему. Диего стоял на площадке и растерянно переводил взгляд с узла из белой рубашки Рика на тот, который был завязан из моего подъюбника.
– У тебя всё в порядке? – спросила я, касаясь охлаждающим заклинанием ожогов на его шее.
– Нет. – Он помотал головой. – Что произошло?..
Но ответить мне не дали. Дон Игнасио грубо оттолкнул меня в сторону, дон Кристобаль подхватил под локоть и потащил куда-то, в сторону, противоположную де ла Ньетто. Я оглядывалась, ловя всё тот же растерянный взгляд. Диего тоже куда-то тащили. И это меня тревожило.
– Что с ним теперь будет? – спросила я, когда поняла, что декан боевиков дёрнул дверь своего корпуса и втолкнул меня в холл, где было темно и пусто.
– То есть что теперь будет с тобой, тебя не интересует? – хмыкнул мой спутник.
– А со мной-то что может быть?
– Действительно. Он же твой капитан, поэтому ты за него очень переживала, – не к месту и с заметным нажимом ответил дон Кристобаль и за запястье потянул меня к лестнице на второй этаж. – А то, что у вас были некоторые разногласия…
– Да не было у нас никаких разногласий!
– А то, что у вас были некоторые разногласия, – с тем же нажимом повторил он, как преподаватель, который пытается донести до нерадивого ученика очевидные вещи, – это просто традиции команды.
Я упёрлась на месте, отказываясь двигаться дальше:
– Это вы сейчас защищаете его или меня?
– Я вас, вас обоих пытаюсь защитить! – Дон Кристобаль дёрнул меня сильнее, и я практически влетела в дверь, на которой висела табличка «Деканат Факультета боевой и защитной магии». – Посиди здесь, – распорядился он, указывая на стул возле своего стола, сам плюхнулся в огромное кресло типа того, за которым у себя в кабинете восседал дон Дженаро. – Тебя придут осмотреть лекари.
– Да со мной всё в по…
– Тебя придут осмотреть, – оборвал меня тренер, и я поняла, что осмотр будет не с позиции моего благополучия и здоровья.
– Я могу удалиться в дамскую комнату?
– Нет.
М-да, моё здоровье точно никого не интересует. Я взглянула на ноющую как от ссадины коленку. На испачканном подоле зияла безобразная прореха. Взгляд пробежался по рукам под задранными рукавами. Пятен не было. Надеюсь, на лице тоже. Я выдохнула. Хотя бы этого можно не бояться.
– Это из-за Амулета? – нарушила я тишину в кабинете. – С Диего произошло?
– Вот сейчас их обоих осмотрят, потом тебя, потом сделают выводы. Зачем ты хотела получить Амулет?
– Я всего лишь хотела помочь Диего.
– Ведь он твой капитан, – знакомым тоном подсказал декан.
– Потому что он мой капитан, и я не могла поверить,
