Втянув воздух сквозь зубы, Снейп «наградил» дерзкого мальчишку звонким шлепком и велел:
— Не шали.
— Почему? — игриво усмехнулся Гарри, готовясь повторить «шалость».
— Потому, — Северус просто одним быстрым движением передвинул его повыше, так что они оказались лицом друг к другу.
От дальнейших расспросов Поттера удержало странное движение зельевара. И почти сразу же осенила догадка — Снейп просто сдержал зевок. Конечно, день выдался насыщенным, а вечер тем более. Безусловно, он устал. Гарри-то успел хоть чуть вздремнуть, в отличие от любовника.
Тотчас устыдившись собственной невнимательности, парень поспешил загладить вину:
— Прости. Ты ведь устал еще больше моего, а я…
— Я не настолько устал, насколько ты сокрушаешься. Но на второй раунд сей же час неспособен. Да и чтобы твою магию… переварить нужно время.
— А со всеми волшебниками так? Ну… в постели? — снова смущаясь спросил Гарри.
— Нет. Только с очень сильными. Чем сильнее концентрация магии в теле волшебника, тем сложнее ее контролировать на пике эмоциональных всплесков. Особенно если способности открываются внезапно, — когда Снейп объяснял вот так: тихо, спокойно, своим завораживающе-размеренным голосом, все сразу становилось понятным и логичным. — Кстати сказать, у тебя такие неконтролируемые всплески магии происходили довольно редко, учитывая обстоятельства.
— Ну да, редко, — усмехнулся Гарри. — Забыл что ли, как моя магия чуть не размазала вас с Дамблдором в больничном крыле?
— Тебя сложно упрекать в том… эпизоде. Уж слишком много сложной к восприятию информации одновременно свалилось.
Северус, оправдывающий его поступки! Кто бы мог подумать, что так мир перевернется! Но Поттер не спешил так просто успокаиваться и напомнил:
— А как же недавний случай в Астрономической башне?
— И что же было в башне? — тотчас подобрался Снейп. — Кроме попыток намеренно простудиться.
— Ну… — Гарри понял, что тогда супруг так ничего и не заметил. Но осознание этого пришло слишком поздно, так как Северус потребовал:
— Говори уже, раз начал.
— Понимаешь, я тогда очень разозлился на Ремуса. Нет, право слово, к чему все эти подозрения и поучения, как мне следует жить? В общем, я поднялся на Астрономическую башню, чтобы немного остыть, но из-за магического всплеска это получилось почти буквально. Камни стали покрываться коркой льда, а потом… потом пришел ты.
— И все прошло?
— Практически. Ты действуешь очень… отрезвляюще.
Фраза заставила Северуса усмехнуться, но он быстро вновь посерьезнел и спросил:
— Этот облезлый оборотень посмел что-то тебе навязывать?
— Ну, не совсем. Но эти его дурацкие подозрения… Я понимаю, что он старается заботиться обо мне, особенно после того, что случилось с Сириусом, и все-таки в некоторых моментах он перегибает палку.
— Догадываюсь, что он мог наговорить, — гневно сузившиеся глаза Снейпа не предвещали Люпину ничего хорошего, поэтому Гарри поспешил хоть как-то сгладить ситуацию:
— Думаю, он уже о многом пожалел. Особенно после того, как узнал, что я Некромант.
Вот только если Северуса это утешило, то самого Поттера воспоминание о собрании Ордена расстроили. Конечно же, подобная реакция не утаилась от супруга. Он провел пальцами по щеке парня, очерчивая скулу и тем самым заставляя посмотреть на себя, и спросил:
— Что еще не так? — вопрос прозвучал настолько мягко, что захотелось завернуться в этот голос, как в плед, и все-таки Гарри попытался отмолчаться. Правда, с Северусом эта практика была изначально провальной, так как последовал еще один вкрадчивый вопрос: — Скажи, что тебя беспокоит?
— Сам толком не знаю. Но Орден Феникса… когда они узнали, что я Некромант, то многие стали смотреть на меня, как на проклятого или темного мага. Уверен, они сразу же вспомнили, что я змееуст, и что Воландеморт общался со мной мысленно. Даже Чарли на меня как-то странно смотрел…
— Тебе так важно их мнение? — осторожно поинтересовался Снейп, поглаживая супруга по спине.
— Нет, но…
— Но что? — Северус старался не давить на супруга, но все же подтолкнуть его к продолжению беседы.
— Они так сильно подталкивают меня к убийству, словно, раз эта возможность предсказана, то мне это ровным счетом ничего не стоит. И вместе с тем их гложут подозрения. Я ощущал их едва ли не физически. Если я пойду у них на поводу, и мне каким-то образом удастся уничтожить Воландеморта, то что будет дальше со мной? Я боюсь, что, разрешив свою главную проблему, они захотят уничтожить и меня. Как потенциальную угрозу.
— Уничтожив Темного Лорда, ты станешь героем, и это будет весьма затруднительно.
— Возможно. Но я останусь Некромантом, а с репутацией не поспоришь. Для многих это синоним темного мага. Вспомни, как насторожился Хмури.
— Он всегда страдал излишней… прямолинейностью, — фыркнул Северус. Лишь то, что он сжимал в объятьях Гарри, остановило его от того, чтобы потереть то место, где совсем недавно находилась Темная Метка.
— Остальные не лучше. Но я не хочу, не желаю постоянно оправдываться! А они ведь и дальше будут пытаться перетянуть меня, подстроить под свои стандарты. Министерство, Альбус… А я этого не желаю! Мне не нужен ни аврорат, ни политическая карьера, ни школа. Я хочу просто жить! Обычной жизнью.
Столь горячо высказанные желания Поттера были так схожи с его собственными, что на миг будто холодная рука сжала сердце. Вот только Снейп всеми силами старался забыть о подобных мечтах. Его образ жизни не располагал к долгосрочным планам. Сложно сказать, когда именно эта мысль прокралась и укоренилась в его душе, но он давно считал, что ему не суждено пережить этой войны. Даже сейчас он боялся думать о большем. Но этот страх не помешал проговорить:
— Ты — надежда всего магического мира. И если эта надежда оправдается, да даже если и нет, то у тебя на руках достаточно карт, чтобы все повернуть в свою пользу. Даже Министерство поостережется иметь во врагах истинного Некроманта. И не стоит забывать о древнемагических семьях. Многие из них знают, что такое твоя новая сила, и встанут на твою сторону.
Эти слова бальзамом разливались по сердцу Гарри, и все-таки в них чувствовался оттенок невысказанной горечи. Говоря столь сладкие слова утешения, Снейп словно дистанцировался от своего супруга в этом обрисованном будущем. Действуя по зову сердца, Поттер сам обнял Северуса, пусть для этого и пришлось изменить позу, казавшуюся такой уютной, и проговорил:
— Хорошо, если так. Но я хочу, чтобы ты разделил со мной это вероятное будущее.
— Вряд ли ты когда-либо хотел семейной жизни, подобной нашей.
— Что тебя так настораживает? Теперь у нас все хорошо, разве не так?
