полыхнул огнём.
– Последний круг, – сообщил правитель и крепче сжал рукоять каскары.
Пыльное облако растянулось вдоль горизонта. Ногам лошадей передалась мелкая дрожь, заставив скакунов волноваться.
Хрупкий мир застыл в ожидании.
Неумолимое время отсчитало ещё один круг…
…и, преодолев последний рубеж, объединённая армия Боуло ворвалась на чужие земли.
С первым ударом копыт о пески вздрогнул ожидающий мир. Звуки вторжения разлетелись по бескрайним просторам.
– Приготовиться!!! – покатилось громогласное эхо.
По рядам неисчислимой армии ато́нов пробежала гудящая волна возбуждения и послышался лязг вынимаемых из ножен мечей.
Под открытым небом нарастал страшный гул. Стон земли распространился во все пределы. На взмыленных боках скакунов, несущих седоков в чёрных одеждах, золотом дрожало солнце. В глазах животных горело сатанинское пламя, сравнимое с адским огнём обезумевших воинов.
Глядя, как отряды противника переливаются через холмы, волнами штурмуя крутые барханы, Музаффар поднял меч. Солнечный луч острым бликом прошёлся по гладкому лезвию, и войско встряхнула мощная дрожь. Переполненные праведным гневом ато́ны рвались немедленно вступить в бой и разгромить покусившихся на священную землю Харахти.
Когда полчище чужаков приблизилась настолько, что на одеждах стали различимы символы имперских родов, пески между враждующими легионами вздрогнули и навстречу бесам поднялась плотная линия острозаточенных кольев.
Смаху налетев на преграду, лошади с истошным ржанием повалились на землю. Опрокинутых седоков накрыла с разгона вторая волна атакующих. Ряды бесов смешались. Давка повергла в смятение. Выравнивая строй, тёмные воины с проклятиями закружили на месте.
Улучив момент, Музаффар выпрямился в седле и направил грозное оружие на врага:
– За священную Áтон!!!
Под небом Харахти прокатился воинственный клич, и защитники мира неудержимой волной понеслись на объединённую армию.
Джахияне перескочили через затоптанных воинов. Обе линии с грохотом сшиблись, и половину переднего ряда бесов смело диким напором. Ато́ны сходу пустили в дело мечи. Их ураганный наскок оборотил атакующих в обороняющихся. Беспощадная рубка вмиг превратила светлый песок во влажно-кровавый. В общей массе, где сошлись рассвирепевшие воины, алым засверкали острые лезвия, и под копыта коней полетели отсечённые головы и конечности.
Музаффар крутанул обагрённой кровью каскарой и поднял глаза. Над равниной содрогался сам воздух. Лязг металла и треск щитов, людские стоны и выкрики – всё смешалось в жуткую симфонию смерти.
В семи конских прыжках от царя вихрем вился могучий всадник. Закалённый в сражениях воин налево и направо раздавал рубящие удары мечом. Налитые мощью руки с лёгкостью управлялись с устрашающих размеров оружием. Кожаные наручи с железными шипами не скрывали застарелых рубцов – следов от ран, полученных в многочисленных битвах.
Демоноподобный стоил двадцатки лучших убийц. Опытный. Сильный как бык. И по-змеиному изворотливый. Да и конь был под стать хозяину. Жеребец вставал на дыбы, дробя тяжёлыми копытами щиты и кости противников.
Когда пал ближний круг, Боуло привстал и пристально оглядел бушующее в схватке море.
И тут взгляды военачальников встретились. Надо лбом Демоноподобного дрогнули костяные наросты, вшитые в плоть для устрашения недругов. Под горящим на солнце нагрудником тяжело поднялась и опустилась рельефная грудь.
– Музаффар, – одними губами произнёс Боуло, и сверкающие чёрным огнём глаза с ненавистью воззрились на первого ато́на.
Сдавив челюсти, солнцеликий крепче сжал окровавленный меч. Взгляд обещал возмездие. И в этот момент воевод разделила волна сражающихся.
Разбив плотный строй тёмного легиона, джахияне всей мощью обрушилась на врага, желая лишь одного – раздавить презренных калапархасов как мерзкую гадину и навсегда втоптать в раскалённый песок Харахти.
Разрозненные отряды объединённой армии бестолково заметались по полю боя. Неповоротливые бесы с ужасом встречали смерть в лице разъярённых ато́нов. То тут, то там, разметая алые брызги, по пескам кувыркались снесённые головы. Пронзённые сердца истекали остывающей кровью. Из разжатых пальцев выпадало оружие, когда остро наточенный меч обрывал крик погибающего на последней отчаянной ноте.
Воины Боуло, изнурённые навязанной дракой, отбивались из последних сил. Выброшенные из сёдел, они валились прямо под копыта взбудораженных коней. Пытавшихся уползти настигали клинки распалённых сражением джахиян.
Шрамированные скулы Боуло напряглись. То, что увидел Демоноподобный, вынудило его с раздражением признать, что, даже превосходя ато́нов числом, они уступают им в силе и опыте.
Наскоком сокрушить воинов, слава о которых идёт не один солнечный период, не удалось. Сомнений не осталось. Спешить ни к чему, действовать нужно с умом. Пока примерились, силу свою показали, и будет.
– Отходим!!! – протрубил властный голос над войском противника.
Демоноподобный погнал скакуна сквозь ряды сцепившихся воинов, по пути разя воинов Музаффара могучими ударами.
Тёмные бесы, не ожидавшие такого мощного отпора, отхлынули от места бойни. Спешно развернув коней, они бросили взятых в кольцо товарищей и устремились к далёким барханам, откуда доносился призывающий бой барабана.
Едва последний воин Боуло унёс ноги с поля сражения, над равниной, усеянной телами погибших, дружно вздрогнул клич радости.
Сохраняя спокойствие, первый ато́н отделился от круга подручных и выехал вперёд своей армии. Сжимая поводья, он пристально осмотрел далёкие барханы, из-за которых продолжал звучать беспокойный ритмичный бой.
Первое столкновение они выиграли. Но сколько ещё предстоит столкновений, прежде чем произойдёт перелом в пользу будущего победителя и замаячит окончание битвы. Что подготовил ато́нам сильный опытный воевода? Отход Боуло в первый день ничего не доказывал. Противники всего лишь изучали друг друга.
И Демоноподобный рассуждал так же.
____________________
[23] Лошадь существует на Земле несколько миллионов лет. В современном виде – чуть более 2-х тысяч. Одомашнивание животного произошло около 5,5 тыс. лет назад. Скаковые виды в романе – исключительно фантазия автора.
Глава 40
Второй день противостояния
С первым лучом рассвета из-за холмов прилетел гулкий запев барабана. По сигналу армия противника начала стягивать силы к новому столкновению.
Музаффар покинул шатёр. Лагерь уже просыпался. Горели ожившие с ночи
