Пытался отвлечься, а становится только хуже. Влагалище пульсирует, сжимается, словно вытолкнуть меня хочет, но я усиливаю напор, вдавливаюсь в лоб моей Мышки. Последние несколько фрикций доводят Мышку до оргазма. Да, моя хорошая, да. Кончаю вместе с ней. Заполняю ее до предела, не прекращая двигаться.
— Камиль, — умоляет она, но я не могу остановиться, даже понять, о чем она. В башке гудит, в тело словно адреналина кольнули, заставили двигаться, двигаться, двигаться стремительно приближаясь к новому оргазму. Мне мало. Черт, почему мне всегда так ее мало! Хочется быть в ней. С ней. Всегда.
Но все уничтожает стук в дверь, словно бомба, взорвавшаяся в тишине ночи. Мы замираем, смотрим друг на друга, застигнутые врасплох женским голосом.
— Лида…
Глава 60. Кот
— Это кто? — спрашиваю глазами, а Лида облизывает губы, часто — часто дыша. Отвечает хрипло.
— Да, Софа. Что-то случилось?
— Да ничего, милая. Там просто Милена бродит. Туда — сюда. Туда – сюда. Как приведение. Уже хотела сюда подняться, а ее как бы это сказать. Опередила.
Сука… И чего ей не спится.
— Спасибо, Софа. Мы... То есть я сейчас выйду.
— Да вы, ну, то есть ты... Не торопись. Я кстати футболку тут нашла. Наверное, ты потеряла, да?
Вот я долбоеб…, впрочем, взгляд Лиды красноречивее любых мыслей.
— Наверное…
— Там в конце коридора комната. Я отнесу футболку туда и оставлю ключ в замке. – продолжает шептать эта святая женщина. – Ну вдруг тебе выспаться захочется. День был тяжелый.
А ночь-то какая...
— Спасибо, Софа. Ты ангел.
— Ой, мне сейчас далеко до благочестивых мыслей, дочь моя, — прыскает она со смеху, и я давлю смешок в себе.
Лида неловко с меня слезает, ища глазами свою тунику. Я подаю ей её и жду истерики, слез, но она лишь улыбается.
— Мызыка секса не может быть тихой.
— Так я тебе почему про звуконепроницаемые стены говорил.
— Так вот в комнате, в конце коридора их пока нет, поэтому веди себя… Тихо.
— Зуб даю. – киваю и беру протянутую руку, чувствуя себя проходящим квест, когда мы вышли и пошли искать ту самую комнату. – Надеюсь рядом не спальня твоей матери? Она, как мне кажется стучаться не будет.
— Зришь в корень, — шепчет Лида, и мы наконец добираемся до нужной двери и включаем тусклый свет прикроватной лампы.
Лида собирается уйти, но я не даю. Просто закрываю дверь на ключ и поднимая ее на руки, потянувшись к губам…
— Камиль. Я пойду. Так неудобно получилось… Если кто-то нас снова услышит…
— Пусть слышат. Завтра выйду на завтрак и познакомлюсь со всеми. Чтобы ты больше ничего не боялась. Рядом со мной тебе ничего не нужно бояться, Лида, — укладываю ее на широкую постель и нависаю сверху. Чувствуя, как сердце колотится, а член горит, не до конца удовлетворенный.
— Может не надо…То есть я уже же… – смущается она, когда я скольжу ребром ладони и задираю ее тунику, убираю остатки полу-порванных трусов, спешно стягивая свои шорты. – Цыц женщина. Я не кончил…
— Камиль, я про завтра. Не стоит тебе с ними знакомиться. Это добром не кончится.
— По-моему мы говорили, что теперь твои проблемы решаю я. Да и что может случиться?
Она пожимает плечами, но стоит мне оголить ее грудь и коснуться губами, как Лида выгибается мне на встречу и больше не говорит. Слова больше нужны. Тела говорят лучше. А порой они просто кричат, особенно когда Лида больше не думает, лишь подчиняется любому мысленному желанию. Пусть оно даже самое грязное и пошлое.
* * *
На утро я все равно просыпаюсь один. От Лиды остался только запах секса, витающий в воздухе и постель, раскуроченная до основания. Но несмотря на то, что ночь мы почти не спали, проверяя как еще можно заниматься сексом бесшумно, голова у меня не болит. Наоборот, я давлю в себе страх общения с ее матерью и сестрой и окончательному взятию на себя ответственности и весьма бодрый спешу найти свою одежду. Сразу натягиваю боксеры, шорты, футболку и иду умываться в ту самую ванную.
В коридоре тишина и я тихонько выглядываю за дверь, которая ведет на балкон. На нем стоит столик со стульями, а, чтобы спуститься, есть лестница. На улице слышны детские, звонкие голоса, и я скорей иду мыться. Телефон я не взял, но солнце уже достаточно высоко, так что скорее всего я проспал-таки завтрак.
В ванной я бы принял душ, но спешу. Так что только пальцем чищу зубы и быстро ополаскиваю лицо. Но взгляд то и дело тянется в сторону подоконника, на котором вчера сидела Лида с охуенно раздвинутыми ногами. Лучше может быть только картинка в спальне, когда она, прогнувшись в спине глубоко брала в рот... Черт, я так выл в подушку, потому что делает она это все лучше и лучше, уже не страдая застенчивостью.
Выдыхаю, чувствуя, как стремительно приливает кровь к паху. Нашел время думать про секс. Дебила кусок.
Впрочем, появление на пороге ванной сестры в одном коротком халате быстро решает проблему. Она довольно борзо заходит и тут же закрывает дверь.
И на что она рассчитывает? Что я тут же упаду к ее худым ногам и начну молить мне отдаться? Или может, что достану член и попрошу помочь со стояком.
Пока вытираюсь полотенцем она оглядывает меня совсем не детским взглядом и прижимается к двери, наклонив голову.
— Я так и не поблагодарила тебя. За помощь с мужем. – ни тебе привет, ни доброе утро. Сразу к делу. Далеко пойдет. Ну или глубоко. Тут вопрос сложный.
— Очевидно, избавлять вас с сестрой от проблем прошлого моя святая обязанность. С тобой решили проблему. Теперь пора к Лиде.
— А как же спасибо?
— Ты могла сказать его где угодно. Вот, например, внизу, за столом.
— Да, да. Просто мне хотелось с глазу на глаз. Знала бы я, что ты здесь, давно наведалась бы к тебе домой.
— Не сомневаюсь, Милена. Но вот это все, — я про согнутую в коленке ножку, обнажающую часть бедра. – Мне неинтересно. Я вряд ли бы стал ночевать здесь, если бы собрался тут же изменять твоей сестре.
— Изменять, какое громкое слово, — вот точно они сестры. –
