— С тем же гонцом, узнав о присутствии здесь посольства Игмалиона, прислал свою просьбу о встрече местный граф ло'Рхе. Он хочет хочет знать политику короля в отношениях подданных короны с киреонскими поселенцами. Кроме этого он просил выяснить, нет ли в составе посольства мага, мотивируя это, насколько я понял, теми же древними развалинами, только находящимися испокон веков на принадлежащей его роду территории. Не совсем понятно только про одни ли и те же развалины идет речь. Дело в том, что киреонское поселение расположено не очень далеко от резиденции графа, — вставил свое слово ответственный секретарь посольства и, обращаясь уже к наместнику, добавил. — А вы утверждали, что на всей территории, занятой вашими поселенцами, нет никого из коренного игмалионского населения.
— Я сам про это услышал впервые, — с досадой сказал тот. — За все это время мои подданные не сообщали о контактах с игмалионцами.
— Теперь это уже не имеет существенного значения, — ответственный секретарь позволил себе слегка улыбнуться. — Со слов графа, у него с соседями с самого начала сложились вполне дружеские отношения, он хочет прояснить только некоторые тонкости, касающиеся границы владений и торговых отношений. Возможно, сначала поселенцы просто испугались сообщать о наличии игмалионских поселений рядом, а потом, когда отношения с соседями наладились, и вовсе не сочли нужным этого делать.
— Возможно, возможно, — пробормотал наместник, но было видно, что он слегка выбит из колеи таким известием.
* * *
По договоренности с капитаном судна, на котором они шли вверх по реке, Нира с друзьями доставляли прямо к дому графа ло'Рхе, благо в составе группы имелись все, кто был необходим графу. Потом корабль возвращался несколько вниз по течению и высаживал там магистра Альсина вместе с представителем наместника. Было решено поступить именно так, потому что, во-первых, именно на территории киреонских поселенцев и были обнаружены надписи на древнетарийском, а, во-вторых, из графского поместья необходимо было отвезти кое-какие товары киреонцам. Ронгедормец все равно не знал древнетарийского языка, а графу требовался любой маг, вот они с магистром и разделились. Альсин намеревался скопировать обнаруженные поселенцами надписи и записать их содержание уже на игмалионском, после чего добраться до графского дома, где уже сообща обсудить полученную информацию.
Друзья сошли на небольшой пристани, невдалеке от которой виднелась крыша графского дома, стоящего на вершине плоского холма. Поднявшихся по длинной лестнице путников встретили граф с графиней и их немногочисленная челядь. Взрослые карайны по просьбе своих двуногих братьев поднимались следом за людьми, чтобы те успели морально подготовить встречающих к их появлению. Впрочем, графская чета и их люди оказались не из пугливых, хотя и были сильно удивлены таким большим кошкам.
Граф, довольно рослый человек средних лет с открытым дружелюбным лицом и темно-русыми волосами, представился как Иртен, его супругу, невысокую миловидную женщину со светлыми волосами приятного пепельного оттенка и крупными серыми глазами, звали Нелией. Граф был очень раз повидать хоть кого-то из соотечественников с большой земли, как называли в этих краях основную территорию королевства. Последний раз люди из центрального Игмалиона появлялись здесь, когда он был ребенком. Изредка к северному побережью приставали купеческие корабли, но сам Иртен лишь однажды бывал в тех местах — обычно необходимые товары доставляли вверх по реке торговцы с побережья. В то, что его владения посетил сам наследник престола, граф поверил только увидев грамоту, предусмотрительно захваченную Ниром с собой.
Принца сильно удивило и порадовало, что после этого поведение графской четы почти не изменилось — дух чинопочитания явно был им чужд, только радушие хозяев, принимающих долгожданных гостей, сквозило в их поведении. Гостям дали возможность умыться с дороги, а потом повели за стол, где до конца обеда они обменивались с хозяевами только общими рассказами о происходящем в этих местах и остальном мире. Все серьезные разговоры были отложены на послеобеденное время.
Из застольной беседы Нир узнал, что род графа насчитывает более ста поколений, однако вассалов у него, в общем-то, нет. Впрочем, других аристократов не жило почти до самого северного побережья. Подданных у графа было около полутора тысяч, они, в основном, проживали в трех поселениях вдоль реки и одном, довольно крупном, поселке на берегу небольшого озера. Правда, последний принадлежал графу весьма формально — им управляла семья одного из его дальних родственников, с которыми они обменивались нехитрыми товарами и изредка встречались для совместных развлечений.
Нир с хозяином дома, уже битый час выяснявшие тонкости разграничения владений графа с территориями, выделенными для киреонцев, и вопросы торговых отношений между соседями, привели Кенрика в состояние едва сдерживаемой зевоты. Остальные из их компании сидели на диване возле окна и тихо перешептывались о чем-то своем. Ронгедормец завидовал им, но поскольку являлся тем самым магом, которого хотел видеть граф, вынужден был терпеть, пока разговор, наконец, не перейдет к тому, ради чего местный владетель и попросил его присутствия. В какой-то момент Кенрик внезапно ощутил где-то неподалеку слабую вспышку магической энергии, а вскоре еще одну. Но вспышки были очень слабыми, и он решил, что разберется с их происхождением позже, а пока послушает графа, благо тот заговорил уже не о ценах на озерную рыбу, а о тех самых древних развалинах.
— Вы говорили в начале встречи, что развалины нашли ваши сыновья, — произнес Нир, — но потом упомянули, что они далеко не единственные в округе.
— Дело в том, — несколько смутился хозяин, — что самые известные развалины находятся на мысу у развилки двух рек. Можно сказать, многие поколения моего рода в определенном смысле, — при этих словах граф усмехнулся, — выросли в них.
Заметив недоуменные взгляды гостей, он пояснил:
— Трудно найти более интересное место для ребячьих игр. С одной стороны, развалины расположены на открытом месте, ничего, кроме травы, там почему-то не растет, и недалеко от дома. С другой стороны, там столько запутанных проходов, лазов и подземных ходов, что есть, где порезвиться. Изредка после сильных ливней земля проседает, и открываются проходы в новые помещения. Прежде там действительно ничего интересного не встречалось, только полуосыпавшиеся стены. Однако пару месяцев назад мальчишки, играя там, обнаружили лаз в одно из помещений с сохранившимся каменным сводом, в котором стены были покрыты картинками и надписями, возможно, под слоем земли на полу там сохранилось еще что-то. Поэтому я и сообщил о находке. Но по всей территории моих владений — и среди джунглей, и на берегу озера — люди испокон веку находили и отдельные обтесанные каменные глыбы, и остатки каких-то строений. Однако все они были сильно занесены землей и проросли корнями деревьев, так что сложно сказать, что они представляли из себя раньше. Наверно, киреонцы при расчистке леса под пашню и наткнулись на что-то подобное.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
