Читаем без скачивания Кровавая осень - Брайан Макклеллан

– Прошу прощения! – окликнул его Адамат.

Человек обернулся, инспектор взглянул на его профиль и почувствовал, как ноги наливаются свинцовой тяжестью. Он схватил трость, повернул рукоятку, обнажая клинок, и направил острие на беглого Первосвященника Черлемунда.

– Вы? – прошипел Адамат внезапно пересохшими губами.

Черлемунд удивленно приподнял брови. Его передник был измазан в муке, а в руках он держал скатанное в трубочку тесто.

– Э-э… что?

Адамат приоткрыл рот, но и сам не очень понимал, что хочет сказать. Первосвященник был мерзавцем, предавшим родину, он дважды ранил инспектора в поединке. Но сейчас, похоже, при нем не было оружия. И в любом случае эта встреча оказалась для него более неожиданной, чем для самого Адамата.

– Оставьте ваше тесто.

– Хорошо.

– Нет, постойте. Лучше продолжайте держать его, чтобы я видел ваши руки.

– Прекрасно.

Черлемунд принялся неторопливо разминать тесто пальцами.

– Прекратите.

– Но так я испорчу хлеб.

– Плевать мне на ваш хлеб!

Голос Адамата сорвался на крик. По спине потекла струйка пота.

Черлемунд искоса посмотрел на него, продолжая крутить в руках тесто:

– Мы встречались?

– Что за вопрос? Не один раз.

Сердце бешено колотилось в груди Адамата, но раздражение пересилило испуг. В конце концов, это Черлемунд или нет? С момента последней встречи Первосвященник прибавил в весе по меньшей мере два стоуна. Слишком много для нескольких месяцев, но в остальном он ничуть не изменился. Или Черлемунд взял к себе поваром кого-то из родственников?

Имел ли он прежде привычку напевать во время работы?

Черлемунд задумался, глядя куда-то за спину Адамата.

– Ах да, правильно. Мы встречались. – Он досадливо поморщился. – Не в самый счастливый момент для этого тела. Приношу вам мои извинения. Позвольте помочь вам?

– Помочь мне?

– В ваших поисках. Вы ищете книгу. Думаю, «Краткое описание богов и святых» подойдет лучше всего. В основном чепуха и суеверия, но вы найдете там ответ на свой вопрос. Она должна быть в библиотеке, в северо-западной ее части. Приблизительно в трех футах от локтя Соу-Смиза.

Клинок в руке Адамата дрогнул.

– Откуда вы все это знаете?

– Я просто пытаюсь быть радушным хозяином, – усмехнулся Черлемунд. – Могу я предложить вам кое-что?

– Что именно?

– Вы, наверное, проголодались. Вчера вечером я приготовил тыквенный суп. Кажется, там еще немного осталось.

Тамас стоял на развалинах стены Будвила, полуденное солнце светило ему прямо в лицо. Он чувствовал себя разбитым, нога пульсировала от боли, свежие швы стягивали кожу. Шрам на щеке нестерпимо чесался, но фельдмаршал запретил себе прикасаться к нему, иначе проклятая рана никогда не заживет.

Деливская армия желто-зеленой змеей ползла по дороге, приближаясь к адроанскому лагерю неподалеку от городской стены. В знак уважения к союзникам солдаты Тамаса выстроились по обочинам в парадных мундирах. Во главе колонны следовали Сулем и его Королевский совет: фельдмаршал даже без порохового транса различал их знамена и слышал отдаленную дробь барабанов, отбивавших походный марш.

– Сэр.

Тамас перевел взгляд на подошедшего молодого капрала:

– Да?

– Вас хочет видеть полковник Олем.

– Зови его скорей.

Фельдмаршал подождал, пока капрал не скрылся из виду, а затем медленно опустился на землю, прислонившись спиной к стене, и облегченно вздохнул. Олем жив. Это очень хорошо. Слишком много достойных людей погибло за последние недели.

Через несколько мгновений послышались шаркающие шаги по каменной лестнице, и Олем, прихрамывая, взобрался на крепостной вал. Лицо его покрывали синяки, на шее и руках были отчетливо видны многочисленные шрамы. Олем стоял, ссутулившись и опустив плечи, и Тамас понял, что его телохранитель с трудом справляется с болью. За долгую военную карьеру он не раз встречал людей в подобном состоянии. Такое бывает после того, как тебя высекли плетьми. Фельдмаршал боялся даже подумать, как выглядит сейчас спина Олема.

Затянувшееся молчание нарушил звук, напоминающий звяканье монет. Тамас посмотрел под ноги и увидел лежащие на камнях шевроны полковника.

– Ты не справился с заданием?

– Все пошло не так, как я планировал, сэр.

– Ты не справился? – повторил вопрос Тамас.

– Убийца Магии мертв. Его люди либо тоже убиты, либо взяты в плен.

Фельдмаршал поднял шевроны и протянул Олему:

– Попробуешь выбросить еще раз, и я запихну их тебе в задницу.

– Но…

– Это первое и последнее предупреждение.

Олем молча взял шевроны. Тамас искоса наблюдал, как телохранитель пытается прикрепить их к отворотам мундира одной рукой. Вторая висела на перевязи. Лицо Олема превратилось в сплошной синяк, на лбу и губах виднелись десятки наскоро зашитых разрезов. Мочка одного уха была порвана.

– Ты похож на вернувшегося из бездны, – сочувственно заметил Тамас.

Олем наконец управился с шевронами и невесело усмехнулся:

– Вы тоже выглядите не очень, сэр.

– Да, бывало и лучше.

Прошедшая битва оставила в памяти Тамаса смутный след: лишь непрерывные потоки крови и звон стали. Он понятия не имел, как получил половину из своих ран, зато прекрасно помнил лица сотен умирающих солдат. Они не давали ему спать по ночам.

– Я представлю рапорт чуть позже, сэр. Не могу писать левой рукой.

– Не стоит переживать из-за этого.

– Но если хотите, я могу рассказать, как все было.

– Как-нибудь потом. Нет, подожди. Как показала себя эта девушка-Избранная?

– С наилучшей стороны, сэр. – Олем на секунду замялся. – Я мало что понимаю в магии, но Избранный Борбадор утверждает, что из нее получится самая сильная адроанская Избранная за последние шестьсот лет.

– Бо любит преувеличивать.

– Она сожгла Убийцу Магии, сэр. По крайней мере, так говорит сам Бо.

– Это… замечательно.

Тамас вспомнил рапорт Таниэля о другом Убийце Магии, Готэне, погибшем в схватке с той, что на поверку оказалась одной из Предвечных. Фельдмаршал в тот раз не до конца поверил рассказу сына и, возможно, не поверил бы сейчас, но он слишком устал, чтобы усомниться в словах Олема. В конце концов, за последние несколько месяцев он повидал немало такого, что потрясло сами основы Девятиземья.

Он с запозданием понял, что Олем продолжает рассказывать, и жестом остановил его.

– Все, хватит. Закончишь потом.

– Как прикажете. Поздравляю с победой, сэр.

– Мы еще не победили.

– Сэр?

– Помнишь, как Ипилл нарушил перемирие? – спросил Тамас, понизив голос. – Так вот, это сделал не он, а переодетые в кезанскую форму люди Кларемонте.

– Мы заставим его съесть собственные сапоги, сэр.

Олем сверкнул глазами и сжал в кулак здоровую руку.

Тамас обернулся и посмотрел на адроанский лагерь, к которому приближалась торжественная процессия деливцев. Впереди колонны теперь шли трубачи. Рев труб действовал фельдмаршалу на нервы.

– Именно это я и собираюсь сделать.

Колонна подошла еще ближе, и Тамас догадался, что Сулем привел лишь пять тысяч солдат. Бо́льшая часть его армии осталась на севере, вместе с пленными кезанцами. Фельдмаршал задумался над тем, сколько деливцы потеряли в этом бою.

– У них вид победителей, – с горечью заметил Олем.

– Так и есть. Они встретили кезанскую армию к северу от нас. Ты ведь проезжал мимо поля боя по дороге сюда?

– Я видел его только издали.

– Они отвлекли врага на себя, пока мы штурмовали город.

– Рискну предположить, что победа досталась им легче, чем нам. Великая армия не скрывалась за стенами, как гвардейцы Ипилла.

Тамас не хотел обсуждать это.

– Они нужны мне, Олем. Их солдаты и Избранные.

– Для чего, сэр?

– Мы захватили в плен почти семь тысяч кезанских солдат. Теперь осталось чуть больше шести тысяч. Я не могу обеспечить их безопасность даже с помощью лучших своих людей. Слухи о тех зверствах, что творили кезанцы в Будвиле, распространяются быстро, и каждую ночь кого-то из них настигает возмездие. Я хочу как можно быстрее передать всех пленных Сулему, иначе скоро в живых не останется ни одного кезанца.

– Я сделаю все возможное, чтобы навести порядок, сэр.

– Лучше побереги силы. Завтра мы отправляемся в Адопест.

– Вы не будете участвовать в мирных переговорах?

– Мне необходимо выяснить, что происходит в столице. Кларемонте задумал какую-то большую игру, и я должен покончить с этим. Я заставлю его ответить за нападение, прервавшее мирные переговоры, но действовать нужно осторожно. Он захватил нашу столицу и теперь держит нож у нашего горла. Не знаю, стоит ли силой выгонять его из города, или он как раз этого и добивается. – Тамас покачал головой. – Я оставляю вместо себя генерала Арбора. Переговоры затянутся на несколько месяцев, и это в лучшем случае. Если Рикарду Тумблару удалось создать нечто вроде гражданского правительства, я попрошу его прислать сюда делегацию.