Читаем без скачивания Адмирал: Сашка. Братишка. Адмирал - Владимир Геннадьевич Поселягин

дополнительную услугу. Скучая, я сторговался и купил у женщины слегка потрепанную книжицу по судовождению, расширенную версию. Дед с тезкой, что вышли покурить, вернулись обратно, недоумевая задержкой. Мол, мелочь осталась, а не выхожу. Дед поставил уже все подписи, так что мы забрали документы и прошли на второй этаж. Там дед, как и договорился тезка, получил разрешение на управление речным транспортом малого тоннажа. Для судов побольше уже просто так не дадут, учиться надо. Да и тут помогли.

Выйдя из здания порта, мы направились в сторону стоянки баркаса. Нас троих хватило, чтобы столкнуть, тот по смазанным дегтем бревнам с наклоном, скатился в воду, глубины тут сразу приличные и закачался на волне. Он был привязан, так что мы втроем подтянули его к берегу. Тяжеловато, массы прилично, без малого двадцать тонн по документам и двадцать одна в действительности будет. Это прошлый хозяин признался, когда уже продал баркас. Скотина, выше двадцати к обязательной мобилизации. Однако документы в порядке, написано восемнадцать, значит восемнадцать, кто не верит, идите лесом.

Мы успели подготовить бревна, так что когда подошла сменившаяся бригада тезки, то они легко закинули бревна с досками на баркас. Тут и портовый буксир подошел. Лодку я привязал к корме нашего баркаса, а тот уже шел на буксире портового судна.

– Вон туда правьте, где дети плескаются на берегу, – указал я. – Видите участок пляжа, не закрытый песком? Он почти на метр возвышается над водой. Вот туда буксир и нужно поднять.

– Подожди, там же до склона метров пять всего, – сказал озадаченный тезка. – Баркас не встанет, упрется и корма провиснет.

– Встанет. Я не говорил, что мы его упирать носом в склон будем. Вот поперек встанет.

– Да как?.. – растерялся тот. – Тут же плавучий кран нужен.

– Я покажу, – усмехнулся я. – Есть способы.

Тот почесал затылок, и лицо его прояснилось. Догадался. Буксир подошел к берегу, осторожно причалив к пирсу, вся детвора с открытыми ртами наблюдала за нами, и тишина. Всегда бы так. Мы покинули борт судна и, оказавшись на берегу, стали дополнительным канатом подтягивать баркас. Его буксирный канат уже отцепили от буксира. Сам он отошел чуть в сторону, чтобы не мешать, и приткнулся к берегу. Единственный член команды судна покинул борт и, подбежав к нам, стал помогать подтягивать баркас.

Подтащив его к берегу, часть людей отправили на борт, за бревнами, ну и лодку отвязать. Это я уже сам сделал.

Фишка вся в том, что баркас будем вытаскивать наискосок к берегу. Носом тот будет у самого берега, почти касаясь, а корма если не будет возвышаться над водой, то очень близко. Я уже узнавал, какой тут уровень воды в разное время года, пляж даже в ледокол не захлестывало. Разве что редкие льдины выталкивало. Чтобы от них защититься, я осенью колья вобью в берег, хоть какая-то защита. Вот так мы уложили бревна, подготовили направляющие и подогнали к нему баркас. Нос уткнулся в доски, чуть-чуть приподнялся и все. Сил наших для этого явно не хватало. Однако у ребят действительно все было отработано. Они взяли с буксира лопаты и подальше от берега стали копать узкую яму. Пока до воды не докопали, не останавливались. Мы как раз закончили все подготавливать. С того же буксира сняли бревно с блоком на одной стороне и закопали бревно с сильным уклоном в сторону склона нашего огорода. Что те собирались делать, я уже давно понял. А так согнав детей наверх, их дед увел, пробросили канат.

Буксир отошел от берега. Кормой к нам вернулся, ему забросили канат, и тот, закрепив его, стал медленно отходить. Бревно в яме заскрипело и стало выпрямляться, но блок, взвизгнув, стал крутиться, и мой баркас начал неторопливо подниматься на берег по доскам и двум бревнам. Сам буксир с бурунами у кормы, серьезно на нее просев, продолжал работать двигателями, ревели те серьезно. Напрягал все силенки, можно сказать. Однако ничего. Когда нос баркаса дополз до склона, еще метр и уткнется, мы свистнули, и капитан буксира сбросил газ, задним ходом возвращаясь. Один из парней тезки подтягивал канат, чтобы его на винты не намотало. Отвязав канат, капитан подогнал буксир к пирсу, и началась погрузка. Бревно, в которое уперся нос баркаса, они, кстати, выкопали и забрали. Мы же уже закрепили слеги, чтобы мое судно не скатилось обратно в воду. Все же едва заметный уклон на месте стоянки был. Собьешь эти слеги, приложить побольше сил, и все, заскользит. Я еще планировал его закрепить, так что посмотрим. А так стоянка была надежной, я был в ней уверен.

За помощь я расплатился двумя бутылками водки. Те самые, из трофеев бандитов в поезде. Я их до сих пор возил, сам не пойму, как не побились. Порадовал бригаду. Еще мама, что тоже нет-нет да поглядывала за нашей возней внизу, прислала через Марину каравай хлеба и протертый чесноком кусок соленого сала, на закуску. Мы-то не пьем, дед разве что, так что пусть отметят. В общем, поблагодарили всех, ударили по рукам с дядей Сашей, и те уплыли. Баркас хорошо был закреплен, и главное закрыт, а то его малышня мигом осмотрела и забралась на палубу. Каюты, рубка и люки закрыты, ключи мне передал бывший хозяин судна. Пусть ползают. Их силенок сбить слегу не хватит, мы тут с дедом, если покорячимся, может, и выдернем. И то не факт, тут кувалдой сбивать ее надо, специально.

Уже вечерело, вот-вот стемнеет, устали все сильно, так что малышню отправили по домам, чужих, а своих повели в баню. Я тоже взял чистое белье и пошел. Дед уже чистый, но все равно подтопил и присоединился к нам с Димкой, поработал вениками, ну и мы по нему прошлись. Они из запасов старого хозяина. Хорошо-о, как же банька прекрасно усталость снимает. И чего Димка орал, когда его вениками хлестали? Дед был мастер сразу двумя работать, бесподобен с ними.

Потом мы, окатившись холодной водой из ведер, вытерлись и вышли во двор, пройдя в беседку, там самовар стоял, да еще ужина у нас не было, у нас с дедом так точно. Мама нашила достаточно простынь, прекрасные штуки, мы так и сидели в беседке, закутавшись в них, поглядывая на ночную реку, на редкие вспыхивающие и гаснущие огоньки. Уже и Димку увели, поздно, спать пора, когда и мы собрались. Сегодня женщины, гордые своим свершением, все же засолили и засластили изрядно овощей и фруктов, после баньки тоже сидели с нами,