Подумав секунду, я привычным движением махнул рукой. Длинна луча возросла почти в три раза, диаметр тоже увеличился, а шипение стало громче.
— Ладно, это частично спасает положение, — тихо проговорил я, выключив деструктор, и повесив на пояс.
Вновь присев на холодную поверхность крыши, я закатал правый рукав, насколько это позволяла накладка на предплечье. Две чёрные полосы спиралями оплетали руку. Заканчивались они плавным, острым сужением ближе к запястью. Полосы покрывала едва различимая вязь неизвестных мне тусклых алых символов, что непрерывно исчезали, и вновь проступали на чёрных лентах, благо хоть не светились.
Я провёл пальцами левой руки по поверхности кожи. Нет, ленты не просто были на руке. Они буквально срослись с кожей, либо оказались под ней, и, если бы не символы, были бы неотличимы от простой татуировки.
— Твою медь… — бессильно выдохнул я. — Надеюсь эта дрянь хотя бы безвредная.
Ещё некоторое время я просто сидел, разглядывая внезапный подарок, и пытаясь переварить всё то, что произошло несколько минут назад. Получалось плохо. Тот гнев, что я испытал, когда полосы перешли на мою руку… Даже с поправкой на синхронизацию, такое бешенство мне не свойственно. Или те рывки, когда я атаковал Мора. Как я это сделал? Репульсор тут явно не при чём, он на тот момент, скорее всего уже не работал. Но и у меня определённо не хватило бы сил, чтобы так прыгнуть. Я, конечно, не совсем дистрофик, и за мышцами слежу, но до таких прыжков мне, мягко говоря, далеко. Как, впрочем, и любому человеку. Разумеется, не сложно догадаться, что причиной этому издевательству над физикой, и здравым смыслом послужили именно полосы, но вот как именно — хрен его знает.
А потом я посмотрел в небо: высоко под грязно-серым куполом летело около десятка знакомых силуэтов. Василиски. Вскочив на ноги, я поспешил скрыться в подъезде. Правда в спешке, спускаясь по неудобной металлической лестнице, чуть не упал, в очередной раз продемонстрировав миру всё богатство моего словарного запаса. И только после этого до меня дошла одна интересная мысль: я один в зазеркалье, почти без снаряжения, без связи, и без понятия где ближайшая точка перехода. В этом городе просто не может не быть отражений, и те василиски это прекрасно иллюстрируют. А я тут в полный голос жалуюсь на несправедливость мира в целом, и законов физики в частности. Молодец. С тем же успехом можно просто выйти на центральную площадь с транспарантом "Сожри меня полностью!"
Тряхнув головой, я постарался сосредоточиться. Для начала надо уйти подальше отсюда. Если кто из тварей услышал мои возгласы, то пойдут они именно сюда. А дальше… А что дальше-то? Как мне найти точку перехода, если мой интерфейс отключён, а сам я даже приблизительно не представляю, где она может быть?
— Засада… — прошептал я, начав осторожно спускаться.
По дороге вниз, я заглянул в несколько квартир, но, естественно, заветного зеркала ни в одной из них не оказалось. Ближе к первому этажу меня посетила внезапная догадка: монумент на площади. Именно через расположенные на нём зеркала я попал сюда. Быть может, я смогу вернуться обратно тем же путём? Но тогда бы…
Я встал на месте, как вкопанный. А где остальные? Юфи, Юно, Егор… Кто-то из них точно попытался бы отправиться за мной. И тут только два варианта: либо они не смогли пройти, либо…
— Чёрт! — бросил я, ускорившись.
Каковы шансы, что Леонид убил кого-то из моих? Низкие, думаю… Нет, лишь надеюсь. У меня нет ни одного объективного аргумента в пользу того, предатель не пошёл бы на такое. Ну уж нет, хватит на сегодня потерь! НА той стороне и так осталось слишком много трупов. Надо успокоиться…
Выйдя из подъезда, я начал огибать дом. Совершенно забыв про осторожность, я шёл как можно быстрее, едва не срываясь на бег.
Вот из-за угла дома стала видна площадь. Как же обидно было понять, что в зазеркалье это место выглядит не таким разгромленным, и разорённым, каким оно было в моём мире. Монумент был виден даже отсюда: треснутое бетонное основание высокого многогранника, окутанное ржавым металлическим каркасом, не имело и намёка на зеркала. Впрочем, вокруг него валялись, ярко поблёскивая, осколки стекла. Интересно, откуда эти отблески, если на небе нет ни намёка на солнце?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Пройдя через засаженный деревьями дворик, отделявший дом от площади, я пошёл к монументу. А около него я остановился. Ибо моё внимание намертво проковал к себе лежащий у моих ног осколок: края его почернели, напоминая причудливую, тонкую рамку. В отражении на зеркальной поверхности не было меня. В этом отражении с неба обильно лил дождь. До боли знакомое ощущение. И, подняв осколок с земли, я убедился в своих догадках: это было не отражение. А изображение моего мира: Обильно исходящие тяжёлым чёрным дымом, и паром остовы автобусов, снующие в небе вертолёты, и то и дело проходящие в поле зрения люди в форме наблюдателей, а порой и дайверы.
Прикоснувшись к поверхности осколка, я с удивлением обнаружил, что на ощупь она никак не отличается от обычного стекла. То есть, эта штука не является полноценной точкой перехода, но каким-то образом всё-равно показывает происходящее в моём мире? Допустим.
Повертевшись, и наконец найдя то место, где оставил раненого Сашу, я с облегчением обнаружил, что ни его, ни остальных моих друзей там нет. Судя по всему, их эвакуировали. Отлично. Теперь хотя бы за Сашу так волноваться не буду. Я осмотрелся. Ещё около сотни осколков были такими же. Подумав секунду, я выбрал несколько подходящих по размеру, и убрал их в небольшой подсумок на поясе комбинезона.
Думаю, Илифия такой подарок оценит. Или лучше отдать один из осколков Афине? Однако, подумав о перспективе незапланированной встречи с этой маньячкой, я решил пока отказаться от этой идеи. А потому, просто вернулся к более животрепещущим проблемам. Итак, как мне отсюда выбраться? Задумавшись, я начал обходить монумент по кругу. Как и ожидалось, все зеркала были разбиты. Скорее всего Леонид сделал это, чтобы за ним не могли пойти. И, в какой-то мере, сейчас я был даже благодарен ему за это. В общем, окончательно убедившись в том, что вернуться тем же путём не выйдет, я осторожно побрёл вдоль центральной дороги.
Издали иногда доносился приглушённый рык отражений, так что я старался держаться поближе к домам. Там хотя бы спрятаться можно. Ибо даже при наличии деструктора, у меня всё-равно очень мало шансов в бою с отражением на открытой местности.
Дома, словно стены, окружающие широкую полосу проспекта, зияли тёмными провалами оконных проёмов. Я старался не вглядываться в них. Ибо сейчас, почти без снаряжения, я чувствовал себя слишком уязвимым. А во тьме то и дело чудились неясные силуэты, едва заметные движения, и внимательные взгляды затаившихся тварей, которых на самом деле не существует. Богатое воображение на этот раз играло против меня, подталкивая в колючие объятия паники. Однако, пока мне хватало самообладания, чтобы сохранять ясность мысли.
Спустя минут двадцать пути, я вышел к мосту. Слева от него было крупное озеро, вышедшее из берегов, судя по торчащим над поверхностью воды верхушкам пляжных зонтиков, и краям крыш небольших построек. Приглядевшись, я заметил и несколько узких асфальтовых дорожек, уходящих прямо в воду. По правую сторону моста раскинулся довольно крупный парк, утопающий в желтизне листвы. Впрочем, многочисленные деревья не могли скрыть его разруху: то тут, то там виднелись покосившиеся, или вовсе упавшие фонарные столбы. Когда-то элегантные светильники на их верхушках, в большинстве своём были разбиты вдребезги, а металлические прутки, ранее образовывающие витиеватый узор, украшающий светильники, были погнуты, больше напоминая ветви иссохших деревьев. От лавочек остались лишь немногочисленные напоминания в виде ржавых металлических каркасов, на земле под которыми разлились широкие пятна ржавчины.
Я помедлил перед тем, как выходить на мост. Там прятаться негде. Разве что редкие остовы машин могли бы послужить укрытием. Вот только на довольно длинном мосту их было штук пять от силы. Да и слишком сильно они проржавели, чтобы внутри можно было спрятаться. Так что, здраво оценив свои шансы остаться незамеченным, я снял с пояса деструктор, положив палец на кнопку активации.
