в стенах МИБИ, — негромко сказал я. — Но и тут умудрились достать его. А мне надо бункер рыть и полосу препятствий ставить на подходе.
— Не поможет, — Сабина улыбнулась.
— Скорее всего, Дашков на меня злобу затаил из-за Старицкого. Или же империя Воронцова, которую они так задорно делят, настолько лакомый кусок, что на ровном месте поссориться со мной хотят. Есть ещё и третий вариант, что это всё задумал и спланировал Разумовский, чтобы убавить количество моих друзей.
— Последняя мысль хорошая, — кивнула Сабина. — Папа всегда так делает, озвучивает вслух догадки, даже самые нелепые.
— Пойдём Марию проведаем, — я показал взглядом на невесту короля. — Тебе тоже пора к тренировке приступать.
— А что, ледяной лотос сам для себя домик не построит? — приподняла она бровь. — Принцесса Цао к нему так относится, словно он волшебный.
— Пойдём, — я рассмеялся, потянув её обратно в зал.
За заботами и делами я не заметил, как день пролетел. После занятий с иностранными студентами у меня был час на приём посетителей, нуждающихся в корректировке баланса. В институте шептались, что я за эти услуги беру слишком много. Один приём желающему обходился в трёхмесячную зарплату ведущих учителей МИБИ, а про младший персонал и говорить не приходилось. И за один день я мог принять где-то пятерых. Зато такие цены отсеивали большую часть одарённых, которым скромный талант не позволял стать мастером. Как раз сегодня приходил мужчина из их числа. К тридцати годам он едва смог пробиться на уровень эксперта третьей ступени. Обычно парни и девушки уже к двадцати двум уверенно поднимаются на этот уровень, а в его случае дело было вовсе не в балансе. Тут уже ничего поделать нельзя, даже если есть деньги на энергетики и консультации великого мастера. Но я никогда не советую таким людям опускать руки. Если есть желание и стремление, то упорными тренировками добиться результата проще, чем надеяться на волшебную таблетку.
После обеда у нас шли дополнительные занятия в особой группе, затем полтора часа я занимался с Чжэнь. В отличие от других студентов, ей требовалось гораздо больше внимания. Но и занималась она усерднее других. Уже ближе к позднему вечеру ко мне заглянул Василий. Поделился кое-какой информацией о недовольстве князей, направленном в мою сторону. Мы с ним прогулялись на заснеженный полигон, чтобы разобрать проблему, которая у него возникла с ударной техникой.
— Ты зря их недооцениваешь, — говорил Василий, пока мы шли к центру полигона, где совсем недавно работали люди Ханта. — Князья — люди злопамятные. Могут долго таить обиду, подстраивая мелкие пакости по каждому удобному поводу. И будут гадить до тех пор, пока сам не придёшь к ним договариваться о перемирии.
— А если я им пакостить начну, они не боятся? — посмотрел я на него.
— На этот вопрос ответить сложнее. Маленький, пусть и богатый род им ничем не навредит. Только если ты войной на них пойдёшь, как на Орловых, тогда они забеспокоятся и сразу побегут на тебя жаловаться остальным. Тебе нужны сильные союзники, чтобы князья боялись твоего ответа на их козни.
— Посмотрим, — многозначительно сказал я, решив подумать об этом позже.
— Из того, что я узнал, они планируют давить на новоиспечённого императора, чтобы он Матчиным статус рода не давал. Хотят убедить его в том, что тебе и в роду Наумовых будет неплохо, особенно после того, как ты дочку итальянского герцога в жёны возьмёшь. Всё потому, что уверены, будто вы с Разумовским теперь большие друзья. По их мнению, он после смерти брата получает слишком много влияния. Думают, подкупил тебя.
Я посмотрел на Василия, отчего тот пожал плечами, дескать, что слышал, то и рассказал. Мы одновременно оглянулись, посмотрев на Алёну и Сабину, идущих позади метрах в пяти и о чём-то беседующих на испанском.
— Хорошо, — сказал я, — давай к твоей проблеме. Уверен, что тебе нужен такой сильный удар? Если ты до противника доберёшься, то и взрывного будет достаточно.
— Помнишь того огненного мастера, с которым мы у Бергов столкнулись? Против него взрывной удар не работал. А этот смог бы зацепить, так как у него радиус взрыва больше.
— Как скажешь. В общем, хитрость приёма в том, чтобы концентрировать энергию для удара в руке, одновременно с укреплением доспеха духа. Классические мастера не умеют переносить доспех на определённую часть тела. Представь, что ты накапливаешь силу для удара, предварительно надевая стальные варежки с рукавами до самых плеч. А перед выбросом энергии нужно поставить ладонь так, чтобы удар и взрыв получились направленными. Жахнет ведь во все стороны с одинаковой силой, и твоим рукам тоже достанется. Доспех духа должен сыграть роль отражателя, для которого крайне важна форма. Она должна быть как у мины направленного действия, выгнутая наружу. Давай, я продемонстрирую.
* * *
Когда на тебя сваливается куча дел и забот, сложно уследить за мелькающими днями и даже неделями. Учебный процесс в МИБИ, учитывая индивидуальные занятия, отнимал почти всё свободное время. А ещё нужно было следить за организацией работ в нашей новой кузнице и принять четыре больших заказа на оружие, включая наваху Оскара. Обещанные кузнецы и мастера из Индии и Китая не спешили навещать меня, поэтому вся работа легла на плечи двух друзей из клуба любителей фантастического оружия. Надо не забыть добавить к этому работу над мечом для Императора Цао. Всё оказалось гораздо сложнее, чем я представлял себе. Пришлось даже обращаться к Петру Сергеевичу, чтобы помог найти хорошего ювелира, работающего с серебром и золотом для ножен.
Много времени отнимала подготовка к свадьбе с Сабиной. С помещением мне помог Судский, у которого в Москве был настоящий дворец, способный вместить несколько сотен гостей. Он же посоветовал обратиться к своему родственнику, умеющему организовать праздник такого большого масштаба. О стоимости всего мероприятия я умолчу, но выходила просто огромная сумма.
За всеми делами недовольство князей и всё прочее с ними связанное выпало из поля зрения. Не до них мне пока было. Да, в некоторых журналах и газетах вышли не самые приятные статьи обо мне, но я на подобное решил внимания не обращать. Любопытно то, что журнал, где работала знакомая Ильи, свою статью так и не выпустил. Илья рассказывал, что главного редактора за это сильно прижали, но он держался, не собираясь сдавать позиции. И это мы тоже запомним.
