Читаем без скачивания Спартанцы Гитлера - Олег Пленков

Ввиду «антибуржуазности» Гитлера следует помнить, что служащие и чиновники, в принципе, получили от нацистов менее всего выгод: в период «национальной революции» нацисты представляли их как носителей ненавистной «системы» (нацисты только так называли Веймарскую республику). Сами нацисты, разумеется, выступали как борцы против замшелого бюрократизма и инертности государственной бюрократии. 7 апреля 1933 г. вышел «Закон о реставрации служилого сословия»; с его помощью нацисты хотели создать «правовую базу» для осуществления чистки среди государственных чиновников и служащих. По этому закону чиновником мог быть только тот, кто имел арийское происхождение и по своим политическим взглядам соответствовал новой национальной общности.

Вместе с тем исследователи социальной истории Третьего Рейха единодушно указывают, что общественной группой, которую нацисты считали базовой для их движения, были средние слои, то есть ремесленники и мелкие торговцы, одним словом, — мелкая буржуазия. В нацистской среднесословной политике можно, грубо обобщая, выделить три фазы. Первая фаза — от прихода к власти 30 января 1933 г. до июля 1933 г., в этой фазе нацистские идеологи среднесословной политики были в силе и казалось, что их планы вскоре реализуются. Вторая фаза — до провозглашения четырехлетнего плана в сентябре 1936 г., в этот период ремесленники и торговцы закрепили за собой определенную общественную нишу, не претендуя на реализацию прежних планов в отношении обещанной нацистами фронтальной поддержки среднего сословия. В третьей фазе — с 1936 г. и до конца войны нацистские правящие верхи систематически притесняли среднее сословие в интересах политики вооружений, а также в угоду планам в социальной сфере.

Прагматизм нацистов по отношению к среднему сословию наблюдался задолго до 30 января 1933 г. Еще в 1927–1928 гг. в нацистском руководстве высказывалась мысль, что для нацистской политики средние слои будет легче мобилизовать, чем промышленных рабочих, и соответственно этому убеждению нацисты апеллировали к традиционным для крестьян, ремесленников, торговцев и служащих требованиям защиты их групповых интересов. Однако необходимость завоевания «жизненного пространства» на Востоке поставила на повестку дня программу вооружений, которая могла быть реализована только в союзе с крупной промышленностью. Промышленники с опаской и недоверием относились к нацистским программным требованиям в среднесословной политике, поэтому Гитлер уже в сентябре 1932 г. предпринял ряд шагов, которые практически нейтрализовали прежние идеологические партийные установки. В отделе экономической политики партийного руководства были произведены изменения, уравнявшие прежнего критика «процентного рабства» и капиталистической эксплуатации Готтфрида Федера и креатуру промышленных кругов Вальтера Фун-ка, который, хотя и составлял к выборам 1932 г. «Экономическую программу восстановления Германии» вместе с Федером, но отличался от последнего большей трезвостью. Упомянутая программа в свое время заменила левую экономическую программу Грегора Штрассера. Таким образом, Гитлер одновременно ослабил позиции начальника этого отдела Отто Вильгельма Вагенера, известного своей приверженностью проектам корпоративного строительства промышленности и торговли по образцу итальянской «хартии труда» (Charta del Lavoro). Пропаганда корпоративной модели организации экономики была негласно запрещена и более нацистами не восстанавливалась. Функовская программа скорректировала некоторые важные положения штрассеровской программы: право на труд исчезло, вместо больших налогов на крупные состояния было декларировано снижение налогов и процентных ставок. Об инвестиционном контроле и контроле за ценами уже не было и речи, антикапиталистическая терминология штрассеровской программы растаяла. Старое нацистское требование создания рабочих мест осталось и в программе Функа, но кредитование этой программы было ограничено 3 млрд. рейхсмарок. Разумеется, эти изменения соответствовали требованиям Шахта и Гитлера{835}. В декабре 1932 г. последовала реорганизация нацистской среднесословной организации: был основан «Союз борьбы ремесленного сословия» во главе с Адрианом фон Рентельном; эта организация заменила прежний «Союз борьбы против универмагов и потребительских кооперативов». Все меры указывали на то, что партийное руководство стремится к более полному контролю за среднесословной политикой. В конце 1932 г. Рентельн заявил, что партия стремится к такой среднесословной политике, которая не нанесла бы вреда нации в целом. С другой стороны, сразу после прихода к власти Гитлера наблюдалась большая активность нацистов из среды ремесленников и торговцев — в бойкотах универмагов и погромах еврейских торговых предприятий. С февраля по апрель 1933 г. казалось, что партийное руководство поощряет эти эксцессы, да и не в правилах Гитлера было противодействовать настроениям толпы, ибо его искусство политика заключалось не только в мобилизации нужных эмоций, но и в использовании в собственных целях спонтанных реакций. В феврале 1933 г. немецкие среднесословные объединения, в руководстве которых давно уже преобладали нацисты, обратились к правительству с предложением обратить внимание на бедственное положение немецкого среднего сословия и предпринять необходимые меры для обеспечения условий его процветания. 17 февраля 1933 г. Гитлер в присутствии ведущего функционера по среднесословной политике Теодора фон Рентельна подтвердил готовность имперского правительства действовать в этом направлении{836}. Симптоматично, что стремление к унификации среднесословных организаций и политики в рамках немецкого промышленного и торгового сословия во главе с Рентельном в апреле 1933 г. не сопровождалось пропорциональной унификацией организаций крупной промышленности. Еще одним опасным конкурентом Рентельну выступил несравненно более опытный (по сравнению с аппаратом Рентельна) и сильный «аграрно-политический аппарат» Вальтера Дарре, который и сам, впрочем, не долго продержался на плаву в борьбе за компетенции.

Во второй половине марта 1933 г. средиесословные нацистские организации поддержали бойкот еврейских универмагов, потребкооперации и еврейской торговли. Апогея эта кампания достигла 1 апреля, когда имперское правительство санкционировало действия нацистских активистов по бойкоту еврейских предприятий. Вскоре после бойкота нацисты завершили унификацию среднесословных предприятий, из которых были удалены все евреи.

Вследствие успехов нацистских среднесословных политиков в борьбе против универмагов резко подскочили цены на различные товары, что повлекло недовольство влиятельных нацистских организаций — С А и НСБО: на поверку оказалось, что наивные мечты нацистских среднесословных политиков о торжестве «справедливых» цен вследствие организационных перестановок — это утопия; на практике эти перестановки породили хаос и нежелательный рост цен (торговое дело в масштабах больших универмагов было более выгодно не только для их хозяев, но и для покупателей). 16 мая 1933 г. баварское правительство постановило полицейскими мерами пресечь необоснованное повышение цен — в течение нескольких дней только в Мюнхене было арестовано 200 торговцев, завысивших прежние цены, а на их лавках появилась надпись: «Закрыто вследствие спекуляций, хозяин отправлен в концлагерь Дахау на перевоспитание»{837}.

Желание среднесословных нацистских политиков создать всеобъемлющее среднесословное законодательство, которое способствовало бы гармоничному и сбалансированному развитию этого сословия, также оказались фикцией. 12 мая 1933 г. имперское правительство ограничилось законом об ограничении (на некоторое время) дальнейшего развития торговли в универмагах. Через год — 23 июля 1934 г. — был принят закон о строгой государственной регламентации розничной торговли — это противоречило прежним нацистским среднесословным принципам самоуправления. Прекращение борьбы против универмагов особенно разочаровало среднесословных политиков — в обращении государства в сторону более современной, но неудобной для мелких торговцев формы организации розничной торговли, они усмотрели однозначный отказ от учета их интересов.

НСБО и СА опасались банкротства универмагов еще и потому, что оно повлекло бы за собой сокращение большого числа рабочих мест, повышение цен, потерю заказов многими поставщиками товаров для универмагов и т. д. Более того, когда вследствие нацистского бойкота крупнейший торговый концерн «Херти» (Hermann-Tietz-Konzem, «Herti», 14 тыс. работников) оказался на пороге банкротства, то Гитлер, уступая просьбам министерства экономики, решил осуществить государственную санацию концерна, несмотря на то, что владельцами его были евреи. Курьезно, но крупный нацистский среднесословный политик доктор Хиллянд, не зная о том, что решение принято непосредственно Гитлером, призвал к разоблачению еврейских финансовых групп, стоящих за этим решением правительства. 29 июня и 7 июля 1933 г. с тем, чтобы покончить наконец с этим вопросом, заместитель Гитлера по партии Гесс выпустил два циркуляра: в первом циркуляре Гесс извещал, что партийная позиция по отношению к потребительским кооперативам остается неизменной, но, принимая во внимание общее экономическое положение, партия не считает целесообразным проводить по отношению к ним прежнюю линию. Во втором циркуляре речь шла об универмагах; там также говорилось, что партия не изменила на них свою точку зрения, но впредь местным партийным организациям запрещалось устраивать погромы или бойкоты универмагов. В обосновании такого поворота говорилось о приоритетах в социально-экономической политике и о том, что универмаги и потребкооперация отвечают интересам большого числа немцев. Правда, циркулярами запрещалась пропаганда универмагов и потребкооперации.