русской поговорки «совмещать приятное с полезным». И он решил использовать этот вид отдыха, для чего наметил неспешный «приятный» поход вверх по реке.
Вечером подготовился к походу. Корзину решил не брать. Все же она немного затрудняет движение, а он совершенно не знал, что его ожидает. Рюкзак в этом случае подходил больше. Уложил в него парусиновый плащ – при слабом дожде он позволял спокойно продолжать движение. Такой плащ очень быстро намокал, но зато так же быстро высыхал – около костра или на солнце. На всякий случай прибавил к плащу полиэтиленовую накидку, заменяющую в этих условиях палатку.
Положил рядом топорик и малую лопату – может быть понадобится что-нибудь раскопать. Из «оружия» решил взять «вечную» рогатку (одна запасная), нож, обязательное ружье. Хотел взять пику – может пригодиться, но, подумав, решил не брать– уж очень мешает в движении. Приготовил термос для «чая» – горячая вода, в которую надо будет положить каких-нибудь ягод и травы для запаха. На обед и, на всякий случай, ужин, отрезал «шматок» мяса – позавчера ему удалось поймать в силки зайца. Чтобы мясо не испортилось, он сразу целиком его зажарил и понемногу отрезал каждый день. Пока хватило на три дня, часть решил взять в дорогу, а остальное отложил на утро после возвращения. Надеялся во время похода пополнить свои запасы, но кто знает, что его ждет.
Утром встал как обычно – по распорядку – сделал зарядку, приготовил завтрак – шашлык из рыбы, залил в термос кипяток, добавил туда «приправы», уложил рюкзак, натянул куртку – утром было еще прохладно, надел туфли, сейчас он делал это только в особых случаях, накрыл голову камуфляжной кепкой, «взгромоздил» рюкзак и… взял в руки «малую» пику с ножом, закрытым чехлом из волчьей шкуры. В последний момент ему пришла в голову мысль, что пика это хороший «посох», который в пути может пригодиться.
Неспеша отправился вверх по течению. Первый километр за эти дни он уже хорошо изучил – знал каждую кочку, каждое упавшее дерево и прошел его почти не заметив, погруженный в свои мысли. Когда вышел к пересечению с западной магистралью, которая сейчас стала восточной, остановился, присел на поваленный ствол, приютивший его, когда он впервые вышел к реке. Посидел молча 5 минут и отправился дальше. Следующий километр ему тоже был немного знаком – он прошел его, когда подыскивал хорошее место для стоянки. Тогда этот участок ему не понравился – не было здесь ровной, высокой площадки, на которой бы можно было строить новый «поселок». К тому же в то время он был затоплен. Сейчас он уже смотрел на этот километр другими глазами и увидел много интересного и полезного. Здесь росли сосенки диаметром около 15 сантиметров, т.е. основной материал для его строительства. И берег здесь иногда был ровный и удобный для спуска на воду плотов. Увидел много молодых побегов, которые через месяц вполне сгодятся для корзин. Их можно будет нарезать и погрузить на плот из тонких сосенок, годных для его строительства. По берегу валялось много упавших стволов, как сырых, так и совершенно сухих, вынесенных рекой в паводки откуда-то сверху. Оставалось столкнуть их в воду и выловить около своего поселка. Это очень обрадовало, ибо вопрос с дровами, был один из самых болезненных, так как требовал затрат большого количества времени.
«Может быть, мне удастся по реке за лето доставить много сухих дров к поселку, а уж рубить можно будет и зимой. Сухих деревьев у меня мало» – думал Никита, перешагивая, а то и перепрыгивая через поваленные стволы деревьев, в том числе и толстые, которые рубить самому было очень тяжело. Он шел сейчас по правому берегу, поглядывая на левый лишь мельком, потому что на этом берегу было много интересного. Все же он хотел перебраться на левый берег и высматривал подходящее дерево, чтобы перебросить его верхушку на ту сторону. Впрочем вовремя опомнился, сообразив, что с его маленьким топориком пытаться срубить более или менее толстое дерево не стоит. Но найти такое дерево и явиться сюда с большим топором следует.
Скоро, берег с большим количеством поваленных деревьев сменился чистым, можно даже было бы сказать «ухоженным» участком, почти без подлеска и признаков какого–либо мусора. Через 3 километра наметилось сужение долины и повышение противоположного берега, в котором еще дальше он увидел подмытый склон высотой около трех метров, а в нем, в самом низу – почти у реки, выход каких-то горных пород. Наметилась гористость. Этот факт очень обрадовал, так как Никита давно уже беспокоился о том, где он будет добывать камни для бани. Да и вообще в его теперешней жизни твердые породы очень нужны, хотя бы как дополнительное оружие – отбиваться от мелких хищников. Да и читал он о древнем оружии – «праще», которым, в свое время, очень умело пользовались. «Были бы подходящие камни можно бы было потренироваться, а вдруг получится неплохо» – иногда всплывала мысль, когда он вспоминал о хищниках и защите от них – патроны он по-прежнему продолжал беречь и не использовал даже когда появлялась возможность подстрелить какое-нибудь крупное животное.
Камни нужны были – и много камней – для фундамента дома. Он надеялся дом, если уж решится его строить, сделать по всем правилам и, в первую очередь, с хорошим фундаментом – на деревянных «стульях», а если будет возможность, то на каменном фундаменте. Здесь, правда, есть две закавыки – нет цемента и камней надо очень много – не менее 5 кубометров, если делать 4 стены, и глубину фундамента не более полметра. Доставить такое количество камней – это конечно несбыточная мечта, но почему бы на досуге немного не помечтать.
Теперь надо найти еще выше по течению хорошие деревья, которые пойдут потом «в дело», чтобы делать плоты и на них перевозить камни, сколько можно (сколько получится). По результатам похода решил берег реки не столбить. Его строение довольно заметное и можно определять место без номеров затесок.
Далеко вверх по течению он заходить не хотел – хватит и пяти километров – поэтому, отойдя немного от конца «восточной» магистрали, начал отклоняться от берега и обследовать местность метрах в 200 от берега. И не пожалел. Там оказались целые плантации малины – на возвышенных открытых – солнечных полянах, «заросли» черной смородины по руслам и долинкам ручьев и небольших речек, а на возвышенностях среди деревьев по южным склонам пятнами росли кусты красной смородины. Они хорошо узнавались, так как красная смородина уже выбросила свои еще зеленые кисти, а черная – выдавала себя
