на информационный стенд для раздачи более патриотичным военным медикам!
Глава тринадцатая
Мистер Деннис заехал на вместительную автостоянку отеля «Банк» в исторической части Львова, передал ключи от машины парковщику и зашел в вестибюль, украшенный старинными мраморными лестницами. Яркое весеннее солнце, пробиваясь через стеклышки витражей, раскрасило керамические полы разноцветными квадратами. Оглянуться Деннис не успел — рядом тут же вырос менеджер отеля.
— Приветствую вас в Банк-отеле, достопочтенный пан! Вас ожидают?
— Ожидают, — Деннис достал айфон и с запинкой прочел арабское имя. — У меня встреча с господином Аббасом Амиром Сулейман Шараф эль Дином.
— Президентский сьют, — почтительно кивнул менеджер. — Седьмой этаж, шановний пан! Вас проводить?
— Проводите. У нас с господином эль Дином деловые переговоры — полагаю, что в конференц-зале. Это тоже на седьмом этаже?
— Конференц-зал на втором, шановний пан. Но господин эль Дин ожидает вас в своем номере.
На седьмом этаже Денниса встретил предупрежденный личный консьерж арабского гостя. Расспрос повторился, и дежурный клерк потребовал у посетителя сдать на время визита к арабскому гостю мобильный телефон. Деннис возмущенно протестовал и ссылался на правила экстерриториальности[135], однако клерк был непоколебим. Это требования арабского гостя неукоснительно для исполнения: или посетитель сдаст свой «сотик», или он не будет допущен в «святилище». Ворча, секьюрити выложил свой мобильник, и перед ним распахнулись двери люкса.
В центре огромного холла на полукруглом диване сидел человек в белоснежной кандуре и с традиционной накидкой на голове. На диване напротив устроились два араба в темных европейских костюмах. Еще трое выстроились позади дивана — их поза и неподвижность говорила сама за себя — это были телохранители.
Деннис пересек холл и вгляделся в лицо под белоснежной кандурой, припоминая черты лица брюссельского знакомца. Как и у многих европейцев, черты лиц других рас у американца сливались в одно. Так было и тут — однотипная одежда, похожая брутальность небритых щек и подбородка делала лица арабов похожими друг на друга. Разве что накидка — у человека на диване накидка выделялась дорого. И, несмотря на долгое и тесное общение в Брюсселе, Деннис колебался:
— Добро пожаловать во Львов, дорогой господин Аббас… э-э-э…
— Не ломайте язык, господин Деннис! — коротко хохотнул один из арабов в европейской одежде. — Как я вижу, у вас плохая память на лица. Можете называть меня коротким личным именем — эль Дин. А человек, к которому вы обратились — мой помощник, микробиолог. Его имя Джума. Справа от меня переводчик Салах, но он, я думаю, нам не потребуется: если вы помните, я родом из Америки и хорошо говорю по-английски.
— Простите, сэр! — чуть смутился Деннис. — С нашей брюссельской встречи прошло немало времени, а тут неважное освещение…
Араб снисходительно отмахнулся:
— Присаживайтесь, мистер Деннис! Но я смотрю, вы явились с пустыми руками? Признаться, я ожидал, что вы принесете сюда то, за чем я сюда прибыл!
Деннис кашлянул, готовясь огорчить араба, и тут же заметил краем глаза какое-то движение справа. Повернув голову, он едва не вскочил с места: из-за второго дивана, потягиваясь, выскользнула огромная черная кошка. Пума?! Пантера?!
Кошка мягко приблизилась, приветственно ткнула мордой под локоть Аббаса, уселась у его ног и в упор посмотрела на посетителя янтарными глазами. Деннис еще раз кашлянул и натянуто улыбнулся:
— Какой милый котик… И администрация отеля не возражала против такого «гостя»?
— Разумеется, нет! Это моя спутница и друг, ее зовут Блэки. Но давайте не будем отвлекаться, — нахмурился араб. — Что с нашей сделкой?
— К величайшему сожалению, исполнение обещанного мной в настоящее время под большим вопросом, господин эль Дин…
— То есть как — под вопросом? Мы согласовали и цену товара, и дату моего приезда, а теперь вы говорите, что сделка под вопросом? Так дела не делают, мистер Деннис! Объяснитесь! И избегайте, по возможности, наименования интересующего меня товара. Мои люди тщательно проверили помещение на предмет скрытого аудиоконтроля, но лучше не рисковать! Итак?
Деннис украдкой вздохнул: он никак не ожидал, что встреча с арабом из ЮНЕСКО получится такой официальной. В Брюсселе Аббас эль Дин был рубахой-парнем, они шатались по злачным местам бельгийской столицы и уже перешли на «ты». Нынче манера араба разительно изменилась: он с порога поставил старого знакомого в положение подчиненного. Пришлось играть по предложенным арабом правилам.
Тщательно подбирая слова, он принялся рассказывать покупателю про беду, случившуюся с патогеном чумы. Всех подробностей он сообщить просто не мог, и на ходу импровизировал. Во время его рассказа переводчик тихо бубнил что-то микробиологу в белоснежном одеянии. Не дослушав Денниса, эль Дин повелительно поднял обе руки:
— Вы хотите сказать, что сотрудник лаборатории то ли по недосмотру, то ли намеренно подверг мой товаром критическому температурному воздействию?
— Я не являюсь специалистом в области микробиологии, господин эль Дин! И не принимал участия в перемещении… э-э упаковки с товаром из дорожного хранилища в стационарное. Прошу учесть, что на территории Украины в настоящее время идут боевые действия, а персонал лаборатории почти весь разбежался. Я вынужден был поручить перемещение специалисту со стороны. Собственно, этот тип не был совсем посторонним. Его личность и компетентность, господин эль Дин, была подтверждена вашингтонским куратором нашей лаборатории. Но случилось так, что накануне вашего прибытия этот специалист исчез.
— Как это — исчез? Он что, испарился, как джинн? — в голосе араба звучал сарказм.
— К сожалению, связь с этим человеком была потеряна. И поэтому я решил убедиться в надлежащем качестве предлагаемого товара. Проверяющий обратил внимание на показания приборов контроля, говорящие о том, что сразу после перемещения товара из дорожного контейнера в стационарный бокс там была запущена программа воздействия на товар высокой температуры — около ста тридцати градусов Цельсия. К сожалению, данных о продолжительности воздействия критической температуры не зарегистрировано. Именно поэтому я распорядился проверить товар в боевых, так сказать, условиях! На живых организмах. Меня заверили, что через 7–10 дней после детальной проверки все окончательно выяснится. Если товар не пострадал — вы его получите!
— А этот ваш специалист со стороны, как вы его называете… Неужели вы не подвергли его тщательному допросу? Если хотите, можно поручить допрос моим помощникам, — уверяю вас, это очень опытные люди! Керим и Али и мертвого разговорят, уверяю!
— Таких помощников полно и здесь, в Украине, — вздохнул Деннис. — Беда в том, что человек-то исчез. И допросить, увы, пока просто некого! Его, конечно, ищут. Розыском занимаются профессионалы, вполне компетентные люди, — но гарантий, как вы понимаете, я дать не могу! А к тому же не совсем понимаю вашего интереса к беглецу: товар-то остался у меня. Важно другое: определить степень его сохранности.
Аббас не
