больше нет смысла.
— Я соскучился по дому, да и по парням из отдела… Ну, я побегу? — отпросился Максимка.
— Беги — разрешил Михалыч и добавил — обещаю, вечером на торжественное закрытие мы приедем.
Максимка помахал рукой и умчался как угорелый. Видать действительно опаздывал.
— Меняется прям на глазах — произнесла ему в след Варвара.
— Знаешь, я уже жалею, что раньше не выпустил его в мир. Он действительно стал вести себя совсем по-другому. Вероятно общение со сверстниками ему придаёт уверенности, которой в Ленинске у него не было.
— Тут больше свободы и больше возможностей раскрыться.
— Согласен! У нас ещё есть время, идём прогуляемся по галереи?
— Хочешь фотографии посмотреть?
— Почему бы и нет? Сидеть на скамейке в жару и ждать Сагоби не вариант, а там кондиционер и тень.
Вместо ответа Варвара взяла Михалыча под руку и повела. Оказывается, тут была целая история и тысячи фотографий. Особенно фотографии всех знаменитостей, которые когда-либо бывали в этом лагере. Лица, лица и ещё лица. Их было много. Разные живые и довольные.
— Смотри, тут отдельно из союза есть.
Михалыч прочитал надпись над стендом.
— Да, это какой-то отдельный стенд конкретно из СССР.
Надпись гласила «Комсомольские работники из Москвы».
— После институтов наверное — предположила Варвара — ты где практику проходил?
— В Казахстане, а ты?
— Я в Москве в КМБ потом там и осталась.
— Секреты…
— Ни в коим случае! Никаких секретов, всё предельно прозрачно. Я хотела пойти туда, и я туда попала.
— А я в милицию попал не сразу.
— А как же призвание и всё такое?
— Призвание появилось позже, тогда, когда мне влетело от деда.
— Он тебя наставил на путь истинный?
— Он, так сказать пинком отправил меня во взрослую жизнь, но я не против…
Варвара и Михалыч неторопливо шли мимо стендов рассматривали фотографии и разговаривали между собой оттягивая время ожидания. Внезапно Варвара остановилась.
— Стой!
— Что случилось? — не понял Михалыч.
— Ну-ка, давай вернёмся…
Варвара потащила за руку Михалыча на пару метров назад. Разглядывая повторно фотографии, она ткнула пальцем в одну из них и торжествуя воскликнула:
— Вот!
— Что? — не понял Михалыч.
— Ни что, а кто! Вон смотри парень молодой с отрядом пионеров. Он есть на фотографии старого вождя он один из тех, кого мы опознать не можем.
— Уверена? — не поверил сразу Михалыч.
— Да сам посмотри! — Варвара достала телефон и из папки с фотками вытащила копию фотографии. В принципе она могла это и не делать Михалыч за столько дней аналитики знал уже почти все ненавистные рожи с фотки как он любил говорить в последнее время. Увеличив изображение, она приложила телефон к снимку.
— Видишь?
Михалыч сравнил, после чего был вынужден согласиться с ней.
— Ты права, это одно и тоже лицо, но тут нет имени.
— За-то тут есть годы. На верх стенда посмотри.
Михалыч перевёл свой взгляд. Действительно на стенде стояли даты. Год, которым датировалась фотография, был на год раньше того, когда в песчаных пещерах была сделана групповая фотография археолога и его группы.
— Хм… — произнёс Михалыч — в архивах мы этих людей не нашли не имён не фотографий а тут вдруг раз и попалась…
— Чистое везение!
— Бывает, но очень редко. Нужно пробивать его. Как ты заметила?
— Никак. По началу пропустила, но если десять дней разглядывать одни и те же рожи тогда они тебе сниться начнут. Я не сразу заметила, а потом как отошли образ всплыл в памяти, и я отреагировала. Нужен архив лагеря.
— Угу — согласился Михалыч — я общался с директором, милейший человек. Если они хранят личные дела тогда нам повезло. У меня кстати его номер есть.
— Позвоним?
— Сейчас?
— А чего тянуть?
— Да в общем-то то можно и сейчас просто я думал дойти до него. Тут не так уж и далеко.
Михалыч достал телефон и набрал номер…
Вскоре он и Варвара уже входили в здание архива. Здание посещалось редко точно так же и уборка в нём проводилась явно не чаще раза в год если конечно вообще проводилась.
— Я смотрю Давид, здание спросом не пользуется и посещается не так часто? — отметил Михалыч.
Сам директор вызвался их проводить. Он ещё с первого посещения его Михалычем был в курсе что имеет дело с оперативниками КМБ.
— Да какой тут спрос… Сюда складируются все документы, вышедшие из оборота. По правилам мы обязаны их хранить не больше двадцати лет и только потом полная утилизация, но Вам повезло, бывает, что утилизация проходит не в точные сроки, а слегка с запозданием… лет на пять. Не могу сказать за всё, но что-то точно осталось из тех годов. Нужна одиннадцатая секция.
— Директор повернул выключатель и по секциям стал включаться свет освещая всё больше и больше стеллажей выныривающих из темноты.
Варвара брезгливо скидывала паутину.
— Боитесь пауков? — спросил Давид.
— Вы очень внимательны, но боюсь я не пауков, а паутину.
— Вот как… обычно наоборот. Идёмте.
Михалыч осматривал подвал. Он как истинный профессионал искал вероятные пути отхода или просто любовался грязными стенами.
Отсчитали десять секций. На следующей красовался номер «11». Загремела труба.
— Что это? — дёрнулся Михалыч.
— Где? — не понял директор.
— С трубой что?
— А, вы про трубу… перепад давления воды. У нас тут потребление большое, а насосы не справляются бывает резкое падение мощности и обратно резкое повышение.
— Образцово показательный лагерь? — пошутил Михалыч.
— Точно, он самый. Бюджет режут который год, а детей присылают круглогодично. Порой в лагере даже простой ремонт не успеваем провести вовремя. Вот Ваша секция, а вот Ваши стеллажи.
Директор указал на ряд двухсторонних металлических стеллажей.
— А ориентиры какие-то по годам есть?
— Какие ориентиры? Я Вам показываю стеллажи с документами того года, который Вы запросили.
Выражение лица Варвары сильно изменилось и было видно, что она в растерянности.
— Твою мать… — тихо произнесла девушка — мы тут за месяц не нароем ничего.
— Глаза боятся руки делают — возразил Давид. Тут папки не хаотично лежат. Просто пройдитесь по полкам и смотрите, где лежат личные дела вожатых. Отдельно будут лежать документы с бухгалтерии, закупки, приказы…. В общем всё в своих кучках. Пересортицы точно не будет.
— Не всё так плохо?
— Не всё так плохо — подтвердил Давид — вот, держите — он передал ключи от входной двери Михалычу и добавил — как закончите закроете и найдёте меня по телефону. Договорились?
— Договорились! — подтвердил Михалыч.
Директор ушёл.
Варвара отметила:
— Он отлично говорит на русском, я даже акцента не слышу.
— Я тоже отметил, когда первый раз с ним
