а не пушка, — довольно заявил Вовка. — Как я их, а?
— Улет. Смотри-ка, а тип на мусоровозке так и сидит. Похоже, нас он боится не меньше, чем зомбаков.
— Ну пойди, успокой его. Я прикрою отсюда, — предложил Вова.
— Только это, жопу мне не отстрели, прикрывальщик! — хмыкнул я.
Мужик и впрямь при виде приближающегося меня запаниковал, да только деваться ему было некуда.
— Эй, уважаемый, — стараясь, чтобы голос мой звучал как можно более доброжелательно, позвал я его, — слезай уже! Злые дворники больше не будут тебя есть.
— Да мне и тут неплохо, — ответил мужик. — Спасибо, ребяты, что помогли. Но, честное слово, я лучше тут посижу.
При ближайшем рассмотрении мужик оказался эдаким живеньким лубочным дедком лет семидесяти, одетым в полушубок, берцы и растянутые треники.
— Отец, слазь ты уже вниз! — предложил я. — Мы тебя не тронем, ну серьезно. А от ружья ты все равно не спасешься — хотел бы, уже пальнул бы.
— А ну как еще этакие супостаты придут? — забеспокоился дед. — Не в мои годы вверх-вниз скакать. Чагой тебе надобно-то от меня?
— Да расспросить хотел, что да как тут в городе… Можем подвезти тебя куда-то. Ну, если нам по пути будет.
— Ну, ежели и впрямь подбросите, то благодарствую, не откажусь, — решился дед. — А насчет чего происходит — ну дык чегой и не рассказать-то? Только что тебе именно надо, хлопец?
— Ну, в первую очередь, мы слышали, что вроде бы как должна отсюда быть эвакуация. Не знаешь, где-то есть конкретная точка сбора или типа того?
— А… ну да, ну да. Вояки там собрали всех, да-а-а…
— Где «там»?
— Дык в этом, в лахере своем. Накрутили на стадионе колючей проволоки, поставили патрулей, всяких будок с мордоворотами и сидят, ждуть с моря погоды. Тьху! Нет бы делом каким заняться. Да вона, хотя бы этих нехристей угомонить, — он кивнул на трупы, которые только что Вова настрелял.
— А чего ты так про них? Вроде ж хорошее дело делают. Людей собирают, чтобы спасти…
— Да хрен там тебе по всему рылу, а не хорошее… Они у людей отбирают продукты и оружие — сам видел, — тут дед снова сплюнул, повторил чью-то фразу, даже передразнив интонацию: «На общие нужды». А затем тех бедолаг, что к ним приплелися, значить, расселяют в палатки. Ну и всех, кто им подозрительным кажется, тут же разворачивают. Вот только ежели у тебя уже забрали ружжо да макароны, а потом решили, значить, не пущать, то черта лысого тебе вернут твои пожитки. Просто за забор выставят, и крутись, как знаешь. Да и эякуяция эта… вилами по воде писана!
— Это почему это?
— Дык как по каналу первый раз БДК пришел, забрал семьи солдатиков да моряков, так с тех пор и тишина. (БДК — большой десантный корабль). Чтобы его сюда загнать, нужно в канале уровень воды поднимать почти на максимум, и ой, не думаю я, что сейчас в диспетчерской сидит такой дурак, который это делать будет. А процесс непростой, технологию знать надо.
Забавно. Стоило завести речь о канале — и вся старческая придурковатость, деревенская манера говорить у мужика испарилась. И корабль он знает по типу, и про канал. Забавный персонаж. Я не удержался и спросил:
— Слушай, отец, а про канал — это так, размышления, или ты знаешь, о чем говоришь?
— Дык как не знать. Я оператором шлюзов почитай три десятка лет отработал после того, как меня с флота списали. Потому и говорю — нет сейчас в операторской никого, место там плохое… или пожрали их, или сбегли.
— А почему тогда тебя не пустили в этот лагерь?
— Дык это… ну, в общем, я того, без дохументов нонче… тока справка. Ладно, то дело не ваше. Так что, подвезете меня, а, хлопцы? Кстати, а сами вы откуда будете? И кудой путь держите? Не местные поди?
— Да друг у нас тут живет. Моряк он. Думали, может, поможет. А сами мы с Приморска. У нас там такая же дрянь началась, и мы сюда рванули.
— А чего за друг моряк? Как фамилия? Я войсковых всех знаю, чьи корабли тут…
— Мурий. Влад, — ответил я.
— А, Влад — это который кап-два с «Разящего»? На Банниковской живет.
— А ты откуда знаешь?
— Я тут много чаво знаю. Но мне не тудой, хоть и по пути. Давайте ежели надо — вас до него доведу, чтобы знали, кудой ехать. Небося без нафигатора своего по городу кататься не умеете…
— Здорово было бы, но мы сначала все же до лагеря бы доехали.
— Ох не советую я вам… неча там делать. Говорю же — спасти вас не спасут, а вот добришко придется сдать.
— Ну, мы подумаем, как добришко сохранить, а за совет спасибо. Садись вон в «Жигуль» и командуй, куда тебя везти.
Странный дед, так и не назвавший своего имени, кивнул и быстро слез с мусоровоза, просеменил и юркнул в Вовкин драндулет. Тот затарахтел, затрещал своим полумертвым движком и со скрежетом втыкаемой передачи поехал вперед. Я аккуратно пристроился за ним, не забывая крутить головой вокруг. Мало ли. Подозрителен мне этот всезнающий старпер. Никогда таких типов не встречал…
Глава 30
В гости
Все же хорошо, что мы старикана встретили: без этого знатока местных троп хрен бы мы куда доехали. Он точно знал, где стоят дорожные блоки, знал, где заторы и как их объехать.
Всю дорогу дед, назвавшийся, кстати, Олегом Викторовичем, «но ты, паря, зови просто Викторыч, мне так привычнее», не умолкал. Он шутил с Аськой, комментировал завывания движка «Жигулей». Вову разговорить у него не получалось, тот сидел букой и в диалог вступать отказался напрочь.
В итоге когда дедок вышел на перекрестке Контейнерной и Банниковской, Вову все же он смог разболтать и тот растаял, от щедрот душевных пытался ему отдать старый дробаш под 20 калибр, подобранный с бандюков. Нам он был без надобности, да и патронов под него всего штук 8 нашлось, но дед отказался, мол, тяжелое, неудобное, и вообще, нам нужнее. На прощание он сначала детально и точно рассказал нам, как отсюда попасть к дому Мурия, а потом, уже уходя, остановился и, глядя на нас своим странным, хитрым взглядом из-под кустистых бровей, выдал:
— Если вдруг какая нужда будет — поищите меня, глядишь, смогу помочь. Хорошие вы парни, хоть и глупые.
— Э-э-э… — я немного офигел от такой характеристики, но все же решил старикана уже не обижать.
— И как же
