накрывают.
Он все еще молчал, а я, пожав плечами, добавила:
- И я очень рада, что ты пришел! И что он не сможет больше никому угрожать!
Алексей не ответил, лишь вздохнул и снова опустил взгляд, погрузившись в невеселые мысли.
Ладно уж, ему тоже пришлось непростой поступок осуществить, так что пусть отметет сомнения, и реальным спасителем себя почувствует! А мне с моими решениями тоже придется как-то дальше жить.
Снова повисло молчание. После таких признаний действительно сложно на отвлеченные темы беседы вести. Но, может, оно и к лучшему.
Я подошла ближе к окну, и посмотрела на движуху снаружи. Сейчас в соседний корпус соваться не стоило. Но как только обстановка чуть успокоится, наверное, ближе к утру, нужно будет обязательно прогуляться в шоу-рум.
Надо забрать необходимое, и все-таки попытаться потом вызвать корабль. И после моего признания Алексей даже не сильно расстроиться, когда я все же улечу.
А я вернулась в гостевое кресло у рабочего стола и снова взяла фотографию Нади.
- Вот она бы точно сообразила, что когда следовало сдать назад! И ни с чем подобным ей бы дел иметь не пришлось! – уверено заявила я. – Кто знает, может, в реальности так оно и было!
Ответа я не ждала. Вообще не знаю, зачем вслух начала рассуждать. Видимо, это напряженное молчание все же начало меня тяготить.
- А я рад, что мы все-таки встретились! - послышался голос Алексея, значительно ближе, чем я рассчитывала. Оказывается, он поднялся со своего места и подошел сюда, остановившись у, сложенных в два ряда, коробок.
Думала, после моих слов, он в мою сторону даже не посмотрит, а тут прям какая-то странная решимость во взгляде появилась.
Я растерянно уставилась на него, а он пристально смотрел на меня.
Все еще не могла понять, как к нему относиться. Знала только, что вчера бы я от таких слов просто растаяла. А сегодня? Сегодня слишком тяжелый день получился! И, тем не менее, равнодушной к нему оставаться не получалось.
- Уверен, что стоило? – с сомнением уточнила я.
- Уверен! – улыбнулся он.
Я снова смутилась и отвела взгляд.
А собеседник отвлекся на одну из коробок, с которой рядом оказался. Ну, одну из тех, куда рабочие бумаги собирали.
- О! А вот это уже интересно! – обрадовался он и достал сверху две толстых папки, в которой подшили очень знакомые мне рисунки.
Мне выдавали бумагу папками листов по двадцать, а тут их собрали в две толстые подшивки. Я даже не думала, что их настолько много. Да, я за год раньше столько не рисовала!
- Это я ударно потрудилась! - ухмыльнулась я, окончательно прогоняя от себя хмурые мысли. Ну, хотя бы временно!
Затем вернула на место Надино фото в коробку к другим вещам, и тоже подошла, чтобы оценить собственное творчество.
Алексей взял подшивки и подошел к окну, где хоть что-то рассмотреть возможность имелась.
На внешней обложке подшивок даже подписи прицепили, а внутри еще и даты аккуратно на каждом листе проставили. Ну, надо же! Прямо каталог!
- Ты явно не ту сферу деятельности выбрала! – заявил Алексей, листая первую подшивку с надписью «Люди и Существа».
Там в основном собрали портреты, но с среди них порой действительно интересные рисунки попадались.
- Мне вот эта нравится! - указал он на одно занимательное изображение.
Там нашлась та самая хниида, которая изогнулась словно кошка при подготовке к прыжку. При этом у нее еще и одно из ротовых отверстий растянуто было, словно она угрожающе рычит. И это при том, что этих отверстий у них имелось несколько. Реально мерзкая гадость! Хотя рисунок очень динамичный получился, не спорю.
- На самом деле не совсем правильное изображение, у них нет эмоций и языка тела в привычном нам виде. Наверно, где-то в ин-новелле подобное видела. Там любят приукрашивать для эффекта. Вот и нарисовалось! - усмехнулась я.
- А что здесь написано? – прищурился он, явно пытаясь использовать свои новые языковые знания, чтобы перевести мое экспрессивное послание на неродном языке. Да, то самое, где я пожелала, чтобы их всех сожрали.
- У меня тогда было очень-очень плохое настроение! - лишь отмахнулась я, немного смутившись.
В этот момент вдалеке послышался тарахтящий гул от крутящихся лопастей, так что мы оба прислушались. Сквозь закрытые окна его было едва-едва слышно, но в царящей тишине этот звук очень хорошо выделялся.
Вообще, так рано мы его не ожили, но, разумеется, воодушевились. Алексей сразу подобрался, вернул на пояс оружие, и уже подходя к двери, обратился ко мне.
- Побудь здесь, я заберусь наверх, и посмотрю, что там творится.
- Аккуратнее там! – вздохнула я.
Он улыбнулся, глядя на участливую меня.
- Ты тоже не высовывайся!
Алексей включил маскировку, затем дверь как будто сама по себе открылась, а потом тихо прикрылась.
Я снова тяжело вздохнула. Мне вовсе не нравилось сидеть и ждать. Но сегодня меня не только снаряжения лишили, но даже обуви. Так что я не рыпалась и даже не возмущалась.
И меня тут уже не первый раз сегодня вечером оставляли. Периодически выглядывали на разведку, чтобы более подробно обстановку оценить.
Но в этот раз даже скучать не пришлось. Я взяла две тяжелые подшивки и уселась на кресло у окна, где до этого дежурил он.
Там не только проще рассматривать было, так как единственный источник свет шел снаружи, но и место само по себе оказалось удобное. Если кто-то посторонний войдет, то я у него за спиной окажусь, и увидят меня не сразу. А шокер у меня рядом лежал наготове.
Я раскрыла папку с подписью «Места и техника», уж очень мне интересно стало, что я там наизображала.
На первом же листе обнаружился «Тар-и-накти». Судя по дате, эту работу я создала одной из последних. Видимо, подшивали их по мере поступления.
Вспомнилось, как я его тогда его рисовала, и улыбнулась. Кажется, я тогда пыталась ловить хоть какой-то позитив. Правда, в тот момент мною двигало почти злорадство. Ну, в том, что пусть челнока меня лишили, но мой корабль остался для них недоступен.
Хотя на тот момент я тоже считала, что без своего транспорта и сама не смогу до него добраться, потому не стеснялась погружаться в депрессию.
Впрочем, совсем без челнока я
