— Я не знаю... — грустно помотала головой Агнесса. — Мне не сообщили. Наверное, тоже велят прийти за полчаса до начала. Ожидание хуже всего, если честно. Кстати, а о чём говорила ты? Вроде как, это тоже очень впечатлило ректора...
Блондинка пожала плечами, со слегка отстранённым выражением лица повернувшись в сторону общего зала, где набирала обороты довольно странная, с точки зрения Агнессы, вечеринка. Здесь не было подобающей лёгкости и естественности происходящего — больше казалось, что студенты пытаются изобразить, в меру собственного представления, настоящую кабацкую попойку, но ввиду отсутствия опыта — получалось у них слабо и неубедительно.
Нелия отпила хороший глоток и слегка сморщилась, когда пары ударили в нос:
— Всего лишь намекнула на то, что Университет не всемогущ, а власть ректора не распространяется за его стены. Есть, конечно, законы, эдикты и уложения, разрешения и Его Величества Королевское дозволение на работу столь причудливого заведения, но все быстро может поменяться если, например, мой отец, простой цирюльник, у которого стрижется половина Ковена, замолвит словечко. Люди склонны прислушиваться, когда по их шее скользит сталь, — девушка нехорошо хихикнула, задумчиво и даже мечтательно глядя в бокал. — Или леди Харрис, старая приятельница герцога Элквуда, казначея Короны, пожалуется, что из Университета просто так вышвыривают отпрысков благороднейших семейств. И вот в грядущем году Палата Лордов не продлит Его Величества Особое Дозволение. Или, например, казначейство найдет какие-то серьезные неточности в финансовой отчетности Университета и все тут заполонят дознаватели, а затем и пожарные инспекторы.
Агнесса с трудом сохраняла нейтральное выражение лица, привычно подмечая слегка изменившиеся интонации — кажется, тихоня слегка переоценила свою устойчивость к алкоголю, даром, что выбрала наименее крепкий напиток. Но все эти имена и термины, кроме, разумеется, «пожарников» — про знаменитых ведьмоловов знал любой, — были для скромной бывшей работницы паба пустым звуком. Весьма неожиданным оказалось узнать, что Нелия происходила из семьи брадобрея. Вроде и обслуга, но уровень прямого служения Ковену, очевидно, давал значительные привилегии.
— Д-да, если учитывать это всё — наверное, неудивительно, что к тебе прислушались, — пробормотала Агнесса, но поняла, что собеседница её не слышит, когда та резковато взмахнула рукой с бокалом, едва не расплескав содержимое и широким жестом обводя зал:
— Не питай иллюзий, Баллирано, хоть университетский устав и не делает между студентами разницы, а студенческий совет исповедует равенство всех учащихся, коль скоро мы все сумели поступить, среди равных всегда найдутся те, кто равнее, — она сделала еще глоток и бросила ленивый, уже слегка затуманенный взгляд на кольцо Агнессы, с лёгкой язвительностью добавив, — впрочем, мне ли вам это объяснять?
— Право же, это... — беспомощно улыбнулась та, но Нелия не обратила внимания.
— В этом мире хватает исключений... возьмём, к примеру, Синклера, что не сводит с тебя глаз весь вечер, — блондинка кивнула в сторону столика, оккупированного пятью старшекурсниками, среди которых действительно обнаружился Фридрих, но Агнесса не заметила, чтобы тот на неё пялился.
— А что они? — почти против воли спросила она, подавшись чуть вперёд и понижая голос.
— Казалось бы — простые торгаши... но! Синклер старший — единственный в мире человек, владеющий судами, способными совершать трансатлантические путешествия. Властьимущие благородные только зубами скрипят, поскольку наложить лапу на них не могут, — Нелия тихо хихикнула, протянув Агнессе почти опустошенный бокал, который та, скрепя сердце, долила на две трети.
— А почему не могут? — осторожно уточнила девушка, с любопытством посматривая на Фридриха, который невозмутимо потягивал всё то же вино, что она налила ему в самом начале вечера — и, как заметила Агнесса, в бокале едва убавилась половина.
— Потому что это будет не-за-кон-но! — пропела Нелия и весело рассмеялась.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Но разве не благородные пэры устанавливают законы? Что мешает им изменить их, если они так уж сильно хотят заполучить эти... суда?
Воображение Агнессы пасовало перед представлением корабля, способного передвигаться по океану на такие гигантские расстояния. Она никогда не видела ничего, крупнее Темзы, и само понятие «океан» отдавало, скорее, сухим географическим определением.
— Не всё так просто, мисс Баллирано, не всё так просто... — загадочно пробормотала Бейкер и, оттолкнувшись от стойки, направилась в зал, словно начисто позабыв об их разговоре.
— Ну вот, — разочарованно вздохнула ей вслед Агнесса, надеявшаяся на увлекательный экскурс в политические сферы Англии.
Веселье в пабе набирало обороты, но всё ещё не приобрело хоть сколько-то внятные очертания — просто смех стал чаще, разговоры — громче и откуда-то полилась музыка. Приятная, ненавязчивая, но не совсем понятная Агнессе — под такую ни потанцевать, ни почитать!
«А ты сама чего не пьёшь?» — неожиданно спросил Мельхиор.
«В смысле? Я же на баре».
«Ты не в Лондоне. Это не работа, а твоя прихоть. У тебя есть полное право отдохнуть».
Агнесса заподозрила неладное, уловив в голосе демона упрашивающие нотки.
«Не припомню, чтобы тебе раньше было дело до того, как я отдыхаю», — протянула она, вновь принимаясь машинально протирать стойку.
«А теперь есть! Давай, выпей чего-нибудь, тебе надо расслабиться!» — зарычал демон.
«Мельхиор! Что с тобой? Откуда такая навязчивость?»
«Аргх, девчонка! У меня сил нет торчать в твоей башке, среди этих тысяч вялых мыслей! Окажи услугу нам обоим — напейся и избавь меня от твоих душевных терзаний! Я тоже хочу развлечься, в конце концов! Да и этим слизнякам вокруг не мешало бы узнать, что такое — настоящее веселье!»
Агнесса поражённо моргнула, пытаясь понять — о каких таких «терзаниях» говорит демон.
«Это неприлично, Мельхиор, — наивно попыталась она воззвать к совести своего „защитника“. — Ты же знаешь, я не пью...»
«Тут выпивка — будь здоров! Слушай, тебя же никто не заставляет напиваться? Выбери что-то... не знаю. Что ты любишь?»
«Я ничего не люблю!» — запаниковала девушка, не зная, что делать с вкрадчивыми интонациями демона.
«А ты попробуй. Давай, не тушуйся. Ты же знаешь, что ничего дурного с тобой произойти не может — я же рядом. Отдохни...»
— Чего киснешь? — за стойку с размаху опустилась Ирина, успевшая уже разжиться где-то огромным пивным стаканом — в котором, правда, плескалось совсем не пиво.
— Я... я не кисну, — растерянно помотала головой Агнесса, машинально сжимая в руках полотенце — уже успевшее изрядно запачкаться от пролитого и вытертого.
— Выпей со мной! — требовательно заявила княжна, постучав стаканом по стойке.
А так как говорила она довольно громко, несколько ближайших студентов, совершенно незнакомых Агнессе, поддержали её одобрительными возгласами. Девушка беспомощно покрутила шеей, понимая, что голова уже идёт кругом. Всё-таки её положение сейчас изрядно отличалось от «рабочего», когда мало кому придёт в голову пытаться споить бармена.
«Девчонка дело говорит. Не будь занудой. Расслабься, развлекись с другими...» — нашёптывал в мыслях Мельхиор, уверенно подтачивая решимость Агнессы стоять до конца.
В конце концов, от одного бокала ведь ничего не будет, верно?
— Хорошо... — обречённо согласилась она одновременно с Виленской и Мельхиором, и, выбрав самое скромное из предложенного — яблочный сидр, — налила тот в стакан для виски.
Запах оказался одуряюще сладким, и Агнессе стало совсем непонятно — почему напиток не пользовался популярностью.
— Чудно! — воскликнула Ирина, отсалютовав кружкой и надолго приложившись к той.
Агнесса, вздохнув, последовала её примеру, правда куда более деликатно пригубила свой напиток, зажмурившись от удовольствия. Да уж. Местная выпивка, действительно, и рядом не стояла с тем, что заказывал мистер Гилмур. Аромат и чистота алкоголя не вызывали никаких сомнений.
