– Москиты? Не рановато ли?
Чары мгновенно распались. Слушатели стали постепенно приходить в себя.
– Они здесь в любое время года… Немного, но есть, – стала оправдываться госпожа Энопл. – Может, сядем к столу?
Она бросила на супруга взгляд, исполненный тревоги. Тот относился к числу мужчин, которые могут откладывать обед до бесконечности только для того, чтобы выговорить за это супруге.
Уослоп озадаченно потер подбородок.
– Господин Андор, вы не можете повторить – с какой целью вы приехали в наши края?
Надо заметить, об этом Андор не говорил еще ни разу.
– Я решил стать проводником своего друга, – ответил Андор, кивком головы указывая на Рэпа. – Меня просили об этом… некие влиятельные персоны. У него на родине сельское хозяйство испытывает серьезные затруднения, соответственно, он прибыл сюда для того, чтобы набраться опыта – только и делов… Он выразительно посмотрел в глаза Рэпу. Рэпа этот взгляд застиг врасплох. Он не имел ни малейшего понятия о том, что ему следует говорить в создавшейся ситуации. Минуту назад он прибег бы к помощи магии, теперь же ему оставалось полагаться на собственную изворотливость.
– В последнее время мы стали испытывать трудности с сельскохозяйственными рабочими, трибун. Раньше мы использовали для этих целей преступников, но, увы, теперь их явно не хватает.
Хозяева и их дочки словно окаменели.
– О каких таких работниках вы говорите, ваше величество? – поинтересовался Уослоп, побагровев от напряжения.
– Речь идет о моей родине, – вздохнул Рэп. – В отличие от здешних мест в Сисанассо с этими скотами никто не цацкается.
– Как вы сказали?
Если тайная продажа рабов и существовала. Рэп должен был сделать вид, что не знает об этом. Примерно так же должен был вести себя и Уослоп.
– О каких именно работниках идет речь? – вновь спросил трибун.
– О заключенных. Основной поставщик рабочей силы – армия. Разумеется, я имею в виду и троллей. Для определенных видов работ они идеально подходят. Я нисколько не сомневаюсь в том, что здесь, в Касфреле, вы используете и их, не так ли?
– Используем ли мы троллей? Да, конечно, работать они могут, да вот только очень уж они ненадежные.
– Нет, нет, – поспешила добавить Энопл. – Зря вы о них думаете. Они слишком ненадежные. Лучшие работники – это импы.
– Я знаю одну смешную историю о джинне, гноме и етуне… – вступила в разговор Нья.
– Опять эти дурацкие етуньи истории! – презрительно фыркнула Пуо.
– Почему же вы не обратились с этим вопросом к своему обычному поставщику? – поинтересовался Уослоп.
– К сожалению, он не смог помочь мне. Какая-то там оппозиция, дискредитация системы, недостачи и так далее. Цена взрослого самца выросла настолько, что даже дух захватывает. Вот я и решил разобраться со всем на месте.
– Все правильно, – закивала головой Энопл. – Прошлым годом мы все поголовье потеряли, а ведь мы тогда этим впервые занялись по-настоящему. Жалость такая, что…
– Ладно тебе. Нашли же мы им замену, верно? – угрюмо фыркнул ее супруг. – Обед уже готов, как ты полагаешь?
Говорить о троллях в приличном обществе было не принято.
3
Вечер, что начался так замечательно, стремительно терял свою прелесть. Обед стал настоящей катастрофой. Рэп никогда не умел вести пустых светских разговоров обо всем и одновременно ни о чем. Он сосредоточился на тонком магическом уровне. Новых проявлений силы он не замечал. Возможно, давешняя вспышка произошла куда дальше, чем ему казалось, и не имела к нему самому непосредственного отношения. Может быть, стороннего наблюдателя привлекли чары Андора? Впрочем, в любом случае прибегать к силе им уже не следовало.
Поскольку Андор находился сейчас в обществе двух прекрасных девушек, все эти проблемы отошли для него на задний план.
К счастью, Рэп сидел прямо напротив. Едва Андор пытался прибегнуть к помощи чар обольстителя, он толкал его ногой.
Через некоторое время тот стал понимать, что хочет сообщить ему фавн, и это полностью лишило его равновесия. Без оккультной поддержки, к которой он прибегал все эти годы, Андор выглядел достаточно жалко. И куда только делись все его манеры! Он стал говорить неестественно и невпопад. Если бы не серьезность ситуации, в которой они оказались, это выглядело бы смешно.
Самым неприятным было то, что Уослоп и его семейство вышли из-под власти чар. К трибуну вернулись его обычные угрюмость и подозрительность. Теперь он не понимал ни того, что делают эти люди в его поместье, ни того, почему их так интересуют его рабы. Звездочки, блиставшие в глазах Нья и Пуо тоже погасли – к льстивым речам гостя они относились теперь с вполне объяснимым презрением. Чаровник превратился в мужлана.
Что до фавна, то место ему было не за господским столом, а в конюшне!
Госпожа Энопл, чувствовавшая эту вопиющую несообразность, занервничала по-настоящему. И как эта неуклюжая, нескладная женщина смогла произвести на свет столь славных дочек? Ее робкие попытки поддержать беседу делали разговор еще более тягостным. Она принялась засыпать Рэпа вопросами о его мифическом королевстве, однако тот успел побывать в Сисанассо всего раз, и потому знания его о родине предков были более чем скромными. Он попытался создать тропическую версию Краснегара, но картина вышла, мягко говоря, не правдоподобной. Тогда хозяйка стала расспрашивать Андора о том, что происходит при дворе, и этим напомнила всем о смерти императора… Нечего и говорить – события принимали все более скверный оборот.
Когда обед наконец подошел к концу, о танцах уже никто не вспоминал. Всем хотелось верить в то, что путники просто-напросто устали с дороги и им необходимо отоспаться и отдохнуть. Рэп и Андор неуклюже извинились и поспешили к лестнице, которая вела к их комнатам.
– Именем Зла, что все это значит? – в ярости прошептал Андор, когда они стали подниматься наверх. – У меня все лодыжки в синяках!
– Здесь есть волшебники. Ты вызываешь рябь в тонком магическом уровне.
– Я сейчас у тебя в мозгах рябь вызову, мой дорогой фавн! О ком ты говоришь? О каком таком волшебстве?
Рэп закончил свой рассказ уже наверху. Взяв спутника под локоть, он повел его вдоль по коридору.
– В свои комнаты мы не пойдем. Мы уходим отсюда!
– Как?
– По черной лестнице. Надо успеть до того, пока они не спустили собак.
Андор даже взмок от ужаса.
– Собак?!
– Идем же, ну!
Они стали спускаться вниз.
Рэп воспользовался отдаленным подобием дальновидения, которое позволило ему увидеть семейство хозяина, занятое уборкой обеденного стола. Путники покинули дом через пять минут после того, как они попрощались с хозяином, и замерли в тени. С каждой минутой становилось все холоднее; с ясных небес на них взирал месяц, освещавший всю долину. В этом свете горы Мосвипс казались особенно красивыми.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
