– Сидеть! – приказала колдунья. – Эй, вы! Сидеть, сказано!
Тролли поспешили перейти в указанный угол и тяжело опустились на солому.
Энопл повернулась к Андору.
– Талантливый ты парень, как я погляжу… Прямо-таки гений. Теперь ты уже не сможешь воспользоваться своими чарами. С прочими твоими оккультными талантами будут разбираться старшие. – Она фыркнула, пытаясь скрыть свой гнев под маской презрения. – Я думала, что ты действовал по принуждению, но теперь вижу, что это не так. Фавна я еще как-то могу понять. Фавны для нас – вещь привычная. Но чтобы имп позволял себе такое! Нет, подобное я вижу впервые. Надеюсь, пребывание здесь пойдет тебе на пользу.
Андор захныкал.
– Госпожа, сейчас я вам все объясню!
– Я уже и так все поняла, друг троллей!
– Нет, нет! Просто…
Его объяснения нисколько не интересовали колдунью. Внезапно Андор замолк – рот ему заткнул кляп, сделанный из грязной тряпки.
Колдунья повернулась к Рэпу и довольно ухмыльнулась.
– Мы ждали грозного врага, ты же… слабак! – Она презрительно выпятила губы. – Я думала совсем о другой добыче.
Перед Рэпом забрезжила слабая надежда. Колдунья, похоже, не понимала, с кем она имеет дело.
Та передернула плечами.
– Я сообщу о вас утром. Надеюсь, его всемогущество сможет заскочить сюда через денек-другой. Пока же вам придется довольствоваться нашей компанией. Вы сами во всем виноваты…
– Ваш господин Зиниксо?
– Конечно нет! Если ты говоришь о прежнем Смотрителе Запада, то он умер много лет назад.
– Значит, Олибино?
– Разумеется! – Она вновь довольно ухмыльнулась. – А твоя хозяйка наверняка эта паскуда Грунф. Возможно, его всемогущество решит оставить тебя здесь в качестве наживки – вдруг она надумает тебе помочь.
– Нет! – покачал головой Рэп. – Послушайте! Вы ничего не поняли! Вы ведь еще не говорили с Чародеем Олибино, верно?
– Не твое собачье дело.
– Не уходите, госпожа! Я хочу сказать вам одну очень важную вещь! Во-первых, я не отношусь к числу сторонников колдуньи Грунф. Во-вторых, я не имею никакого отношения к прошлогоднему побегу троллей. И в-третьих… А-а-а!
Локти и плечи Рэпа ушли еще дальше назад, отчего боль стала нестерпимой.
– Я не желаю слушать всю эту чушь! – фыркнула колдунья. Наверняка она испытывала его, стараясь понять, что он собой представляет. Унять боль можно было только при помощи волшебства, но теперь его сковывал магический кокон, такой же недвижимый, как горы Мосвипс или его собственные руки.
Шея его изогнулась так, что говорить стало почти невозможно.
– Я говорю правду! – пробормотал он. – Вы ведь сами все видите!
Нет, к сожалению, она ничего не видела. Экран работал в обе стороны, соответственно, она не могла прочесть его мыслей. Верить же залетному прохиндею на слово, она, естественно, не могла.
Боль усилилась, и теперь Рэп не мог уже вымолвить ни слова. Он стал терять сознание, когда вдруг странная эластичная стена несколько подалась, от чего напряжение в голове и спине заметно ослабло. Вероятно, колдунья сочла его еще немощнее, чем то показалось ей вначале.
– Госпожа, вы в опасности…
– Слушай, придет время, ты все это расскажешь, понял? Тебя в любом случае выслушают – или Четверо, или сам Чародей. Да, спокойной ночи я вам желать не стану – ненавижу лицемерие…
Дверь закрылась, раздался лязг щеколд. Энопл исчезла.
О Боги! И как он все это стерпит?
– Нгнн? Гнннгнн? – промычал Андор.
– Тругг, – процедил Рэп сквозь стиснутые зубы. – Другому человеку нужна помощь.
Конечно же, тролли тоже служили наживкой. После того как Четверо отклонили жалобу Олибино, чародей решил восстановить законность самостоятельно. Здесь, в вотчине Грунф, Смотрителю Востока делать было нечего, и потому он решил прибегнуть к помощи таких вот хитроумных ловушек для преступников.
– Укнг! Гунн-гнуннг!
– Тругг!
Тролль, сосредоточенно вычесывавший комки запекшейся крови из своей бороды, оскалил огромные зубищи в широкой улыбке.
– Жарко здесь, хозяин… Жарко, – проревел он. По всей видимости, он не видел ничего особенного в том, что людей сковала стена. Не поднимаясь со своего места, он принялся стягивать с себя рубаху. Женщина и девушка последовали его примеру.
Да, в загоне действительно стояла жара, однако снаружи температура продолжала падать. Рэп решил, что к утру его конечности превратятся в ледышки.
– Тругг! Нужно помочь другому человеку! Подойди к нему, Тругг!
Тругг поднялся на ноги, но сделал это только для того, чтобы скинуть с себя штаны. Андор вновь принялся мычать.
– Тругг, иди сюда! – закричал Рэп.
Ох, вернуть бы назад свои магические способности…
Интересно, сколько послушников Олибино находилось в предгорьях Мосвипса, ожидая того момента, когда будет предпринята очередная попытка освобождения троллей? Энопл была такой же женой Уослопа, как и Рэп. Она приняла обличье супруги Уослопа, матери обеих его дочерей, и это свидетельствовало о ее недюжинной магической силе. Она, помимо всего прочего, сумела обвести вокруг пальца не только обитателей поместья Касфрель, но и самого Рэпа!
Тролли побрели к колышкам, с тем чтобы повесить на них свою одежду. Этому они научились уже здесь, ибо вольные тролли никогда не носили одежд.
Рэп заорал изо всех сил:
– Тругг!
На сей раз чудище решило-таки подойти к нему. Встав прямо напротив Рэпа, тролль спросил:
– Хозяину… больно? Хозяин застрял? Огромные ручищи схватили Рэпа за талию и потянули его на себя. Рэпу живо представилось, как его тело разрывается на куски.
– Нет, нет! Отпусти сейчас же! Помоги другому человеку! Этому, видишь?
Тругг повернулся к Андору.
– И другой… хозяин застрял?
Тролли, обитавшие во влажных широколиственных лесах, обладали крайне развитым ночным зрением.
– У него во рту тряпка, Тругг. Видишь? Принеси мне эту тряпку.
Тругг послушно направился к Андору, вынул у того изо рта грязную тряпку, и, вернувшись назад, засунул ее в рот Рэпу. Вкус у нее был на редкость мерзкий, Андор залился счастливым смехом.
Тругг легонько наподдал девочке. Вне всяких сомнений, шлепок этот служил проявлением нежных чувств, хотя, будь на ее месте представитель любого другого народа, он лежал бы уже без чувств. Норп поняла, чего хочет от нее Тругг, и легла в дальнем углу загона. Тролль тут же заключил Ург в объятия.
– Гугнуууууг! – промычал Рэп.
– Тругг! – заорал Андор.
Тругг, казалось, забыл обо всем на свете. Он был немногим старше Ург и, похоже, не знал, что в неволе тролли не размножаются. Поведение этой парочки полностью опровергало данный тезис.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
